Элис перевела взгляд на Чарли. Тот зажал уши руками и в ужасе смотрел на чудовищ.

– Нет, нет, нет, – бормотал он.

Эти слова она прочла по движениям его губ, потому что сильнейший ветер заглушал все звуки.

И тут лич – Уолтер – двинулся вперед. Сначала он пополз. Медленно, но легко, как будто ветер был для него пустяком, а передвижение по крыше раскачивающегося на ходу вагона – прогулкой по парку. Его длинные когти со скрежетом цеплялись за скреплявшие карниз металлические полосы. Элис рукой отстранила Марлоу назад, достала свой кольт и для равновесия встала на колени.

Уолтер двигался все быстрее, ускоряясь, как преследующая добычу безжалостная гончая.

Элис взвела курок.

Она уже стреляла в хозяина этого существа и не нанесла ему никакого урона, так что не надеялась, что пули подействуют на Уолтера. Но гореть ей в аду, если она хотя бы не попытается. Нужно только подождать, пока он подберется совсем близко. У нее будет лишь один шанс. Сердце ее билось спокойно. Она прицелилась.

Лич быстро сокращал расстояние, и сквозь ветер уже было слышно, как он скребет по крыше вагона когтями и щелкает зубами. Джейкоб Марбер между тем продолжал просто стоять и наблюдать за происходящим. Элис расслабила дыхание.

Существо внезапно прыгнуло, быстро преодолев промежуток между вагонами. Но не успел лич приземлиться, как что-то схватило его за ногу, и, перекрутившись и взмахнув руками, он отлетел назад, врезавшись в крышу вагона, с которого только что прыгнул.

Из промежутка между вагонами выросла огромная фигура. Это была женщина с налитыми кровью глазами, в развевающихся юбках. Очень крупная женщина.

– Бринт! Бринт! – закричал Марлоу.

В поисках ребенка великанша повертела головой, мотая своей косой, и Элис узнала ее – это была та самая женщина из цирка, «дама с татуировками», защитница Марлоу.

Лич, которого она крепко держала, дико извивался, метался, размахивал когтями. Обхватив обеими руками руку женщины, он, словно проворная ласка, скользнул ей на спину и начал рвать ее плоть. Когти твари вырывали куски мяса, а великанша вертелась на месте, пытаясь ухватить чудовище. Наконец, поймав его, она размахнулась и со всей силы бросила его на крышу. Но когда Бринт отступила, тварь снова вцепилась ей в руку и, пощелкивая зубами, взобралась ей на спину. Оттуда существо прыгнуло вперед, как бы желая добраться до Марлоу, но огромная женщина бросилась за ним и снова ухватила его за лодыжку.

Элис пыталась прицелиться, но не могла. Тут женщина подняла лицо и посмотрела прямо на Элис. Они встретились взглядами всего лишь на мгновение. Лицо женщины было бесчувственным, не передававшим никаких эмоций. Лич извивался, пытаясь освободиться. Великанша двумя руками ухватила его за ногу и, ни за что больше не держась, всем телом повалилась вбок.

– Нет! – вырвалось у Элис.

На показавшийся невообразимо долгим миг лич замер, цепляясь когтями за крышу. Бринт сильно ударилась боком о вагон. Монстр зарычал и в отчаянии оскалился на Марлоу, но вес великанши был слишком большим, она потянула его в проем между вагонами, и они вместе исчезли из виду.

– Бринт! – снова закричал Марлоу.

Элис схватила мальчика за руки и сквозь его развевающиеся на ветру волосы увидела, как на них несется Джейкоб Марбер. Солнце покрыла тьма.

Маргарет Харрогейт в агонии открыла глаза.

Каждая часть ее тела нестерпимо болела. Руки и живот покрывали слипшиеся от крови клочки бумаги. Она попыталась встать, но пошатнулась и упала. Попыталась снова. Застонав, она огляделась по сторонам. Уолтера нигде не было.

В вагоне царили тишина и полумрак. Сквозь пол ощущались толчки колес, подпрыгивающих на стыках рельсов. Маргарет, схватившись за живот, встала на колени, затем все же поднялась на ноги и, спотыкаясь, направилась к двери. Она должна во что бы то ни стало найти Уолтера. Предупредить Коултона и детей. Каким-то образом ей удалось перебраться над сцепкой на заднюю площадку соседнего вагона. Там тоже был беспорядок. Пошатываясь, она медленно прошествовала по проходу, снова перебралась над сцепкой и вошла в вагон, в котором располагалось то самое купе, где в Лондоне она укладывала накачанного наркотиками и связанного по рукам и ногам Уолтера на диван.

Казалось, это было целую вечность назад. Сейчас же ее глазам предстал настоящий хаос. Двери разнесены в щепки, оконные стекла вырваны из рам и разбиты, в купе свистит ветер. На полу в лужах темной густой крови лежали трупы с разорванными глотками. Посередине коридора она поскользнулась в каком-то застывшем месиве и едва успела схватиться за поручень, задыхаясь от боли.

Некоторые из лежавших на полу людей были еще живы; они стонали или тихо плакали, когда она проходила мимо. Но Маргарет не останавливалась, не находила в себе сил остановиться, пока не добралась до вагона третьего класса и не окинула взглядом ряды со все еще сидящими на своих местах пассажирами – задохнувшимися, с серыми, обескровленными лицами, выпученными глазами. Некоторые прижимали к себе свои вещи.

В проходе она обнаружила Коултона, лежавшего лицом вниз, с бледной, похожей на мел сморщенной кожей, как если бы он слишком долго сидел в ванной – как будто из него полностью выкачали всю кровь.

– О нет, нет, нет, нет, – прошептала она, обхватывая руками его лицо.

Его кожу и лицо окропляла ее собственная кровь. Закрыв ему веки, она оставила на них по кровавому отпечатку большого пальца. В этот момент у нее над головой раздался скрежет. Она в недоумении подняла голову. Наверху что-то грохнуло, вагон вздрогнул и качнулся из стороны в сторону. И тут Маргарет поняла, что все, кого она ищет, находятся на крыше.

Превозмогая боль, она поднялась на ноги и добралась до следующей площадки, где ее едва не повалил ветер. Ухватившись за перила и стиснув зубы, она посмотрела наверх и увидела размахивающего руками Уолтера, царапающего какую-то крупную женщину, разорванные юбки которой развевались на ветру. Сверху, со стороны переднего вагона, доносились крики Элис Куик. Маргарет попыталась собраться с мыслями.

И тут ее взгляд упал на сцепку между вагонами, скрепляющую между собой две детали: муфту и болтавшуюся под ней цепь.

Она понимала: это был их единственный шанс. Вытянувшись, насколько это было возможно, она попыталась открутить ее. Та не поддалась, даже не пошевелилась. Вагоны скрежетали и лязгали на ходу, проносящиеся внизу шпалы сливались в одно серое пятно. Сверху доносились звуки борьбы, потом крупная незнакомка вскрикнула и сорвалась с крыши, увлекая за собой Уолтера, а Маргарет, задохнувшись от боли, откинулась назад.

Бесполезно даже стараться.

Порезы на животе давали о себе знать. Все ее платье залила кровь. Ветер завывал в ушах, щипал глаза.

И тут Маргарет Харрогейт будто увидела себя со стороны. Она медленно встала на ноги и, заскрипев зубами, изо всех сил потянула за муфту.

Элис выстрелила. Пуля попала в цель, угодив Джейкобу Марберу в грудь. Тот вздрогнул, слегка поежился на ветру, но тотчас же снова выпрямился и продолжил уверенно и быстро шагать им навстречу.

Она стреляла еще раз и еще, и каждый раз пули, казалось, просто проходили через его тело, представлявшее собой уплотнившийся сгусток темноты, насквозь, хотя это и не имело смысла, противоречило всем известным Элис законам природы. Марбер никак не реагировал на ранения, а просто двигался вперед, распространяя перед собой тьму.

Чарли успел доползти до дальнего края крыши; он вцепился в него и что-то кричал. Элис подталкивала Марлоу к Чарли, но мальчик не шел, а только поглядывал назад. Как будто внутри него что-то надломилось, когда он увидел эту женщину, Бринт.

– Иди же, Марлоу! – закричала Элис. – Иди к Чарли! Поторопись!