– Есть какао?
Странно в баре искать молоко и своё любимое какао в жёлтой пачке и с зайцем на обложке.
– Какао? – переспрашивает.
Я сама удивлена.
Не пила его с тех пор, как была беременна.
Стоит задуматься.
Но!
Я не могу быть в положении.
Во-первых, первый раз с Артуром у нас был защищённый. Он сам сказал, что взял презерватив. А я ему верю. Не стал бы этот мужчина так низко поступать со мной, зная наши страхи.
А второй раз был… вчера. И забеременеть так быстро явно не могу.
Смеюсь себе под нос.
Наверное, это всё из-за моего состояния.
Всю беременность в то время я ходила счастливая.
Прямо как сейчас.
– Так что насчёт какао? – мило улыбаюсь и надеюсь, что парень его найдет. А если нет… Печально.
Мне вообще везёт, что африканец русский понимает. Хочется узнать о нём немного больше, но… Зачем?
– К сожалению, нет, – качает головой парень. – Но, может, шоколадный коктейль?
Мотаю головой.
Нет. Не то.
– Спасибо, – улыбаюсь, чтобы не расстраивать его.
Подпрыгиваю с барного стула и несусь по горячему песку и под палящим солнцем в море. Всё тело пылает, немного ломит от вчерашней ночи, но мне так приятно, что я не замечаю, как навстречу мне выходит Артур из воды. Ловит на полпути и прижимает к своему прохладному и мокрому телу.
М-м-м-м.
Волшебно.
– Ты куда так несёшься? – недоволен чем-то.
– Купаться.
Мы же всего на пару дней приехали. У Беркутова работа. И через день мы уже улетим. Нужно успеть сделать всё! Если позагорать я уже смогла, то толком искупаться – нет.
– Смелая стала? – вспоминает мою фобию.
– Я на берегу, – тихо хихикаю. Знает уже меня.
Его ладонь взмывает в воздух и дотрагивается до моей щеки. А мне так хочется потереться об неё. Но порыв сдерживаю.
– Кремом воспользовалась?
Киваю. И встаю на носочки, подаваясь вперёд. Для него – полная неожиданность. Для меня… Почти. Мне плевать. Эндорфин зашкаливает.
– Волнуешься?
– Конечно, – усмехается. А в глазах пошлый огонёк играет. – Если обгоришь ещё сильнее, мне потом нельзя будет делать с тобой всё то, что я так хочу.
От одних слов вспыхиваю, как горящее солнце над нашими головами.
И начинаю пылать сильнее, когда он наклоняется. И дарит нежный поцелуй, от которого ноги подкашиваются.
– Вау! – слышится восторженный вздох. Отрываюсь от Артура и испуганно поворачиваю голову. Опускаю взгляд вниз. Славка стоит, смотрит на нас восхищённо и радостно. – Мама с папой целуются.
Невольно улыбаюсь.
– Мам, а так дети появляются?
Глаза вот-вот из орбит вылетят.
Чего?
Откуда такие вопросы?
– А это тебе папа расскажет, – мило щебечу и вырываюсь из крепкой хватки. И несусь к морю с довольным выражением лица и бабочками в животе.
Нежусь в тёплой воде и наслаждаюсь отдыхом.
К моему сожалению, он заканчивается быстро, и мы снова возвращаемся обратно в родную Россию.
Глава 39
С каждым днём на протяжении этих четырёх месяцев наши отношения с Беркутовым становятся лучше. Он вновь заставляет меня откровенничать, говорить то, что таится у меня в голове.
Одной ночью, просто обняв меня, сидел позади, прижимая к своей груди, и доставал из меня всех бесов. Мои переживания, обиды, мечты. До единой. Вернул к себе моё доверие за какие-то пару дней.
И развратил, собственно, как он умеет.
Но с ним моя жизнь кардинально поменялась.
Мы окончательно переехали к нему. Надеюсь, на постоянной основе.
Беркутов отчего-то хочет купить другой дом. Этот считает маленьким, тесным, прямо как его квартира, которую он не любил. Хочет простора и удобств рядом. Например, школу. Здесь рядом только садик. В него теперь Славка ходит. У неё появилось несколько подруг. И теперь они вместе посещают уроки рисования.
Всё шикарно!
До мелочи!
Мои проблемы на работе решены, и мы живём как нормальная и здоровая семья.
Есть, правда, одно «но» в этой маленькой идиллии…
От хорошей жизни толстеют.
Вот и я немного поправилась. И теперь загоняюсь по этому поводу, боясь, что разонравлюсь Артуру.
Слишком много ем.
Не знаю отчего. Стресса нет.
Я бы подумала, что беременна, но!
Опять эти «но»!
Мы всегда предохраняемся. Абсолютно. Я, как истинный параноик, проверяю это и даже думаю на всякий случай начать пить таблетки.
Беременность исключается сто процентов.
У меня есть критические дни, хоть и нерегулярные.
Может, опухоль какая?
Испугавшись, что с моим организмом что-то не так, я первым делом, найдя время, бегу на УЗИ брюшной полости. Вдруг там что-то серьёзное? Но вместо этого получаю направление к гинекологу.
Не понимая, направляюсь к нему в кабинет.
Объясняю ситуацию. И уже через десять минут сижу в кабинете УЗИ.
Вроде это то, чего я так хотела, но…
Почему я так волнуюсь?
И почему на чёрно-белом экране появляется какой-то рисунок?
А в следующую секунду доктор тихо и спокойно произносит:
– Поздравляю. Это не опухоль.
Клёво! Хорошая новость!
Чуть не подпрыгиваю на месте от радости.
Значит, я просто много ем!
Плохая новость.
Пора переставать жрать.
– И поздравляю ещё раз.
– С чем? – хлопаю нетерпеливо ресницами.
– С будущим пополнением.
– О чём вы говорите? Какое пополнение?
Вижу подобную картину не в первый раз. И тогда всё кончилось плачевно.
Да и как?!
– Вы беременны.
Её слова – как удар молотком. Долбят по голове, в которой после этого только свист.
– Беременна? – переспрашиваю ещё раз.
Я не умственно отсталая!
Судорожно пытаюсь вспомнить, когда это могло бы произойти.
И ничего в голову не приходит.
Только наш первый раз. Я была пьяна, он – неконтролируемый. Но Артур! Не могу его обмануть!
А теперь?.. То, чего я так боялась, может повториться?
Девочка… Если будет девочка, я тут же пойду и сделаю аборт. Больно, страшно. Но лучше, чем потерять её на поздних сроках, когда я снова всей душой полюблю её.
– Да, – кивает. – Двойней.
Двойней?!
Бьющееся сердце на миг останавливается. Умирает. Взрывается. И снова собирается воедино.
В животе все органы скручиваются, и тяжесть в животе от волнения появляется.
Два мальчика…
Две девочки…
Кто?
Боже, двойня!
Я и подумать не могла, что у меня может такое случиться!
– Вот, посмотрите.
Миловидная женщина показывает на чёрно-белый экран. А там два человечка… Уже с ручками, ножками… Такие маленькие… Два сердечка бьются… С моим в унисон… От радости. Восторга. И страха.
Я боялась этого больше всего на свете. Не из-за того, что не люблю детей, нет. А потому что… страшусь вновь пережить те эмоции после потери.
– Соответствует шестнадцати неделям беременности.
Что?
Шестнадцати?
Как? Как я не заметила этого раньше?
Я ведь всегда трепетно относилась к циклу, прекрасно зная, чем может обернуться моя беременность от Артура. Мне нельзя от него ребёнка.
Особенно девочку. Она заведомо обречена.
О детях мы с ним не говорили. Хотя где-то в душе теплилась надежда, что, возможно, потом мы решимся на ЭКО, где возможен выбор пола.
Но всё так быстро…
И неожиданно.
– А у меня ведь месячные есть, – вдруг ошибка? Правда, они были месяц назад, совсем скудные…
– Такое бывает. Не обильные, мажущие. Связано это со многими факторами. Но нужно будет проверить, чтобы убедиться, что с малышом… точнее, с малышами всё в порядке.
В каком-то тумане расспрашиваю её о возможных опасностях. Что нужно сделать, чтобы их избежать. И, получив всю информацию, немного успокаиваюсь. Убеждает меня, что не всё так плохо, как я думаю. Ведь малыши – вот. Уже шестнадцать недель. Оба дышат, сердца бьются.
– Мы можем узнать их пол, да? – голос подрагивает, когда пытаюсь рассмотреть на картинке подсказки.
