Да поздно уже было что-то исправлять.

Она захотела этого. И я не мог её сдержать. Понимал, как ей тяжело и больно. И согласился. Себе в ущерб. Дал ей три года.

Но ждать больше не хочу.

Думаю о ней – и сердце вдребезги. Болит не на шутку. Никогда не думал, что так может быть. А оно болит.

– Артур, ты серьёзно?

Сжимаю челюсти.

Может, оно ей нахрен не нужно?

Мы расстались друзьями. Но ни разу не связались за это время. Последняя наша встреча – мой дом. Мира приехала за вещами. Мы молча встретились, молча помог собрать ей вещи. И в такой же тишине провожал её взглядом, стоя в дверном проёме, пока она шла до такси. Не сказала и слова.

Ей это, может, и не надо. А мне необходимо как кислород.

– Не лезь, Мил, – прошу её.

У меня есть планы. И боюсь, мелкая всё испортит. И так у меня слишком много рисков.

– Капец. Вот так помогай тебе.

– Я о помощи не просил, – чиркаю зажигалкой и вставляю сигарету в зубы. Дрянь редкостная. – Просто сообщай, как у неё дела.

– Да ну тебя. Сам справляйся.

И отключается.

Невыносимые девчонки!

Телефон сам летит в панель.

Нет, спасибо ей. Но не так это делается.

Извинюсь как-нибудь потом. А пока хватаю ключи и завожу мотор, возвращаюсь обратно в офис.

Мира

В кафе.

– Понимаешь, малыш…

У меня язык не поворачивается сказать страшную правду. Что папы у нее не будет.

Ей достанется только мать, одиноко живущая с котом.

А ведь она мечтает о другом. Как и все нормальные дети, хочет полноценной семьи.

Если я скажу ей, что папы не будет… Увижу это расстройство в маленьких голубых глазах. Испорчу этот трогательный момент. Её настроение.

И потом буду чувствовать себя еще хуже.

– Мой молодой человек…

Запинаюсь и не знаю, что сказать. Его ведь нет. А я откровенно несу чушь, глядя в лицо этого чистого ангелочка.

– Он сейчас далеко отсюда, и я не могу вас познакомить. Приедет позже. Но я рассказывала ему про тебя, и он жутко хочет с тобой познакомиться.

Вру и не краснею. Самой на душе тошно. Что обманываю ребенка. Дарю ей надежду, которой нет.

Мира, ты дура.

Зачем ты говоришь это ребенку?

Надеюсь, что она забудет этот разговор к тому времени, когда я удочерю её. Или мне придётся что-то придумать. Найти папу, который придёт ей по душе.

– А ты ему обо мне уже рассказала? – наивно спрашивает, хлопая светлыми ресницами.

– Конечно!

– А что именно? – любознательное чудо сильнее заставляет меня мучиться.

– Ну-у-у, – прикасаюсь к её розовой щёчке и улыбаюсь. – Что ты жутко честная и прямолинейная. И на бомжа не похожа.

Тихий смех чуть разряжает обстановку.

– А он? Какой он? – бубнит с ложкой во рту. Болтает ножками и вновь невинно смотрит на меня.

– Умный, – выдаю первое, что приходит в голову.

Мира, остановись!

– Красивый, – продолжаю. – Тёмные волосы, ресницы. Карие глаза… Настоящий красавец!

– А добрый?

– Добрый. Но иногда бывает груб. Очень чуток, ласков и…

Пальцы сжимают стаканчик ягодного щербета.

Почему, когда я говорю об этих качествах, думаю об одном человеке?

И образ чёткий.

Его.

– Что и? – допытывает. А я не могу. Мотаю головой, прогоняя образ Артура.

– А вот узнаешь потом, – щелкаю её по носу. – Когда познакомишься с ним.

Когда-нибудь…

– Мне он уже нравится! И я хочу с ним увидеться!

Я очень хотела бы её с ним познакомить…

Если бы он был…

– Все будет, малыш.

Не могу я ей правду сказать, когда она так счастлива.

Закусываю губу, молчу. Осматриваю людей, ем мороженое. И молюсь, чтобы расспрос не продолжился.

Отвлекаюсь на телефон. Приходит сообщение от Милы с вопросом, как нам в аквапарке.

Никак.

День испорчен.

Но я рада, что теперь… Скоро эта малышка обретёт дом. Только вот он не такой, каким она его представляет.

Ничего. Я объясню ей все чуть позже.

– Вот документы, которые нужно собрать. Рекомендую не затягивать, поскольку в любой момент… Сама понимаешь.

Я принимаю воодушевлённо бумажку со списком документов и киваю. Да, Славу могут удочерить, но ничего. Я всё успею. Из-за благотворительного фонда у меня много связей, и если что – мне могут быстро помочь разобраться со всем.

– Спасибо, Лёш.

Не знаю, с чего мы сегодня перешли на неформальное обращение. Он начал, а я продолжила. «Выкать» не смогла. Но… Боюсь, блин. Вдруг он отношений хочет? Я-то нет. Но пока не ставлю между нами стену – а если мы друзьями будем? А вдруг он сам по себе такой? Люди разные ведь. И ему проще так общаться.

– Сделаю как можно быстрее.

Начну со следующей недели. Нужно кое-что решить с работой. А ещё…

Прикладываю лист к приглашению, подаренному Беркутом. Сегодня уже мероприятие. Как же быстро летит время… И почему-то сегодняшний вечер вызывает в груди трепет и предвкушение.

Мне страшно.

Я давно в клубах не была. Но очень хочу пойти.

Встаю со стула и направляюсь на выход из кабинета. Нужно будет заглянуть к Славе и сделать ей косички. Уверена, она снова бегает как растрёпанный Маугли.

– Мира!

От услышанного имени останавливаюсь, оборачиваясь.

Алексей смотрит на меня растерянно. А затем, смущаясь как юный мальчишка, выпаливает:

– А не хочешь выпить кофе вечером?

Немного теряюсь. Что сказать? Я не могу сегодня. Позвать его в клуб? Но нет. Он же… Не сможет. Да у меня и приглашения для него нет. Всё же это вечеринка Артура, а не моя.

– Прости. Сегодня я не могу. Может, как-нибудь в другой раз…

Пытаюсь быть дружелюбной.

– Тогда я позвоню.

Киваю.

И быстрее, пока ничего не случилось – бегу на выход.

Нет, меня звали на свидания, и не раз, но…

Постоянно неловко отказывать.

По пути забегаю к Славе. Оказывается, у них тихий час, и я зашла не вовремя. Удостоверившись, что малышка спит, ещё и с аккуратно заплетёнными косичками, со спокойной душой еду домой. До часа Х остаётся совсем немного. Я работаю, созваниваюсь с Дашкой. Она уже в полной боеготовности. Показывает фотографию со своим новым бельём. И зачем она надевает его в клуб? Для кого? Отвечает, что для себя.

Хм…

Качаюсь на стуле и посматриваю на свой шкаф.

Я же тоже могу, наверное, что-то надеть для себя, да?

Точно! Когда у меня будет ещё повод надеть что-нибудь красивое?!

Подпрыгиваю с места и незаметно для себя перекапываю весь шкаф. Но нахожу то, что в жизни бы не надела! Кружусь перед зеркалом в чёрном, красивом кружевном белье, рассматривая себя со всех сторон.

Я такое надевала… Только в отношениях с Артуром. Ему нравилось такое. А ещё лучше – без всего.

Громкий свист пугает.

Тут же кидаюсь к платью и прикрываюсь им как щитом, крепко прижимая к себе.

В голове паника, что здесь кто-то есть!

Надеюсь, что не грабители!

Натыкаюсь взглядом на сестру и чуть не реву от злости.

– Мила! Звонить не учили?

– Учили, – язык показывает. – Но это неважно. Это что такое?

И взглядом меня сканирует с головы до ног.

– Для кого? – улыбается с хитрецой в глазах.

– Для себя, – выплёвываю, гордо вздёргивая подбородок.

Ещё я буду для кого-то одеваться!

– И куда ты в таком виде?

Смолчать или рассказать?

Она же издеваться будет, когда услышит одно имя!

– В клуб, – решаю быть максимально скромной в информации.

– Ого! С кем?!

А что тут удивительного?

– С Дашкой.

– А что за клуб?

Она присаживается на диван и, навострив ушки, подпирает голову рукой.

Вот что за допрос она тут устроила?

– Не к Артуру ли? – опять ещё хитрее глазками сверкает, как лисица.

Застываю, когда доходит, чьё имя она сказала.

Вот откуда она всё знает?

– А ты откуда…– накидываю на себя халат, не договаривая.

А она хмыкает и ногти свои тут же рассматривает.