– О чём он с тобой говорил? – спрашиваю. Становится интересно. Даже не глядит на меня. Точно что-то случилось.

– Нужно было подписать несколько бумаг, – хм, почему именно ей? Точно. Он же её Беркутовой назвал. Посчитал моей женой. Неужели она из-за этого покраснела? – И кстати, там нужно было заплатить за палату и лечение. Я оплатила картой – той, ну… Которую ты мне однажды оставил.

Ага. И она совершенно ей не пользовалась. Первое время контролировал все её расходы. Садился за ноут по вечерам, смотрел историю покупок. А её не было.

– Спасибо, – киваю. – Не волнуйся, она безлимитная.

Знаю, что ей всё равно.

– Тут ещё список… – протягивает мне. – Что тебе можно кушать. Не, тебя кормить будут, но вдруг что-то хочешь другое, еда там не понравится, и…

Славка быстро выдёргивает бумажку из её рук.

– Мы купим! – восклицает. И листок перед глазами держит. Пытается прочитать. Но, кажется, не умеет. Или плохо получается. Но быстро сдаётся. Пихает листок Мире и уверенно заявляет: – Мама купит.

Тяжёлый вздох моей девочки веселит.

– Ну да, это было скорее для нас.

Не хочет здесь находиться? Суетится как-то. И видно по рваным движениям, что нервничает и куда-то торопится.

– Солнышко, нам уже ехать надо. Ты же помнишь, что у тебя сегодня праздник?

Праздник? Ах, да. День рождения. Помню. Когда смотрел документы Славки, приметил, что он скоро. И арендовал ресторан с детской площадкой и аниматорами. Чёрт. Вот тебе и превысил скорость… Всё испортил. Все сюрпризы. Все планы.

Шиплю из-за боли в руке.

Да когда же это закончится, а?

Слышу, как Слава воздух ртом вбирает.

И боль отходит.

– Не пугайся, – вижу испуг в голубых глазах. – Прости, я без подарка.

Тянусь к кошельку. Хорошо, что Егор притащил от главного врача. Достаю из него ключи и протягиваю Мире. Она ничего не понимает, но их берёт.

Надо, чтобы она съездила ко мне домой.

– Потом объясню, – говорю. Не знаю, поняла она или нет, но кивает. Напишу, что подарок Славы у меня в квартире. Я же готовился.

– Раз ты без подарка, – вдруг голосит малышка, – можно мы останемся здесь? Это будет самый лучший подарок для меня!

Наивный ребёнок…

Но не могу смолчать, что её слова трогают меня. Я был таким говнюком. Хотел использовать её, чтобы подобраться к Мирославе. А девочка сама тянется ко мне. Светлая, добрая, умная… Ей подарки не нужны. Семьи хочет. Я это понимаю. Но когда Мира поймёт?

– Слав, а как же гости?.. – шепчет растерянно, пытаясь заглянуть в глаза своей дочери.

Дочери…

Как же это звучит. Непривычно, но в то же время сладко.

Та руки на груди скрещивает и взгляд прячет. Не знает, что сказать.

– Я…

Замолкает. Губки надувает.

Вот-вот слёзы пустит.

– Ладно-ладно, – Мира присаживается рядом с ней, приобнимает и гладит её по плечам. – Если ты не хочешь, мы никуда не поедем. Всё отменю, и…

Жалко. Моя девочка наверняка старалась всё устроить. Явно заморочилась. А теперь…

Дерьмо. Как поступить?

– Если Артур не против, отпразднуем прямо здесь? Купим тортик и… мороженого. Отпразднуем втроём.

– Хочу! – подпрыгивает на месте. Будто ждала эти слова.

Мира поднимает на меня вопросительный взгляд.

Мне вкололи какую-то гадость. Скоро засыпать начну. Но как тут отказать, если я не хочу и просто не могу? Подумаешь, вырублюсь.

– Я не против, – улыбаюсь и протягиваю ей ладонь. Тут же маленькие пальчики хватают меня за указательный палец. – Скажу Егору, чтобы привёз всё, что ты хочешь.

И кое-что ещё. Только мамочке придётся вернуть мне ключи.

Неловко принимаю огромную коробку из рук Егора. Там явно торт, судя по упаковке. Правда, не понимаю, почему такой тяжёлый… Килограмм пять или семь…

– Куда ты? – грозный голос даже меня пугает. – Иди и поставь на стол.

Беркутов злой.

Егор цыкает, отбирает у меня коробку с тортом и несёт к столу. Палата всё же у Артура слишком хорошая. Здесь и просторно, и стол есть. Холодильник. И ванна личная с туалетом… А ещё выход на балкон присутствует. Именно там Славка сейчас смотрит на парк возле больницы, подкармливая голубей.

– Готово, говнюк, – отзывается Егор.

Что он сказал?!

Выдыхаю, что малышка этого не слышит.

Слишком рано выдыхаю.

Тут же с балкона выглядывает светлая макушка.

Разворачиваюсь к парню и испепеляю его взглядом. Совсем дурак? При детях ругаться! Она в детском доме и не такое наверняка слышала, но… Ругаться при ней больше не позволю.

– Ой, – понимает ошибку, когда Слава приоткрывает рот.

– Ма, а гов…

– Слава, это плохое слово, – серьёзно и строго, словно отец, обрывает её Артур. У нас у всех рты захлопываются. Даже у смелой златовласки. – Не повторяй.

– А, поняла, – и голова быстро пропадает снова на балконе.

Напугал…

– Упс, – чешет виновато макушку. – Всё? Свободен? Могу валить?

– Иди уже, – отмахивается. Атмосфера в палате ужасная. – От тебя только одни проблемы.

Чего это они? Насколько я помню, они всегда хорошими друзьями были, а тут… Как кошка с собакой. Только в лицо друг другу не кидаются. Не могут. Но уверена, будь у Артура эта возможность…

Он бы точно ему врезал.

Дверь за Егором захлопывается. А я останавливаюсь у кровати больного и аккуратно сажусь рядом с ним. Зачем? Там стул есть. Но почему-то захотелось сесть сюда.

– Вы поругались? – пытаюсь выпытать причину его пренебрежительного отношения. – Ты относишься к нему грубо.

Нет, ничего удивительного, но…

Странно же.

– Он накосячил. Жёстко.

– Ударил тебя по лицу? – усмехаюсь. Он напряжён!

– Лучше бы ударил, – цедит сквозь зубы. Тема для него болезненная, судя по тону и испепеляющему окно взгляду. Не лезу.

– Проехали, – сворачиваю тему и наблюдаю за Славой. Пора её забирать оттуда. А то уже прохладно становится, заболеет. Да и что-то волноваться начинаю. Вдруг упадёт? Вздыхаю. Сейчас заберу. Только…

Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладонь.

Соберись, тряпка!

– Спасибо тебе, – выпаливаю то, что так давно крутится на языке.

– За что?

– Что не отталкиваешь. Разрешил тут отпраздновать. Она тебе никто, но ты всё равно…

Никто…

– Эй, стоп, – в голосе какая-то обида. Да ну… – Я хотел её удочерить. А ты буквально вырвала у меня её из рук, воровка. Подумала о моих чувствах?

Странный укол совести прознает все органы.

Не подумала…

Изначально я подозревала, что он делает это всё ради того, чтобы мы вновь сошлись, а теперь… Не могу так думать. Я не вижу это ни в его глазах, ни в поведении. Раньше… Возможно. Но эти пару дней дали мне отдохнуть. Пересмотреть взгляды.

И сейчас мои пальцы накрывают его ладонь.

– Прости.

Хочу сжать их, но быстро отдёргиваю. Славка возвращается с балкона с розовыми щеками.

Господи!

Подпрыгиваю с кровати, подлетаю и чуть не сажусь на колени. Трогаю её за лицо. Замёрзла, наверное. Заболеть может! А нам нельзя! Планы все поменяются…

Хотя всё и так идёт не по плану.

– Холодно? – ощупываю её. Господи… Отвлеклась на торт!

– Не-а, – головой мотает. – Хор-р-рошо было.

И улыбается счастливо.

Облегчённо выдыхаю.

– Пошли, горячий чай сделаю. И тортик хочешь?

– Хочу-хочу, – бежит к столу. Встаю, иду следом за ней. Открываю коробку и замираю. Какая красота! Вот это куколка! Присматриваюсь и не вижу ни единого изъяна. Как они за такое короткое время нашли такой шикарный торт? Я не могу от него взгляда оторвать, а что до Славы… На месте замерла. – Она съедобная?

– Да, – говорит за нашей спиной Артур. – Делал лучший кондитер.

– Агзамов, что ли?.. – шучу.

Я мало кого знаю, на самом деле. А это шоу по телевизору видела… Запомнила…

Шутка неудачная, да?

– Ага.

Странный ответ.

Хватаю нож со стола. Целый, не распакованный, только из магазина. Вынимаю его из пачки и замираю.