* * *
— Ты что творишь, дурак?! — редко кто-то в Ковенанте видел Охотника за душами настолько разъярённым. — Самодовольный глупец, если бы я знал, как ты портишь всё, к чему прикасаешься, я бы оставил твою душу умереть на Марсе четыреста пятьдесят миллионов лет назад! Сейчас уже поздно… но у ловушки есть иной режим! Мы редко рассказываем о нём посторонним, и ещё реже применяем… но если ты ещё раз повторишь нечто подобное — ты узнаешь его.
— Пыточный режим? — спокойно уточнил Джаффа.
— Да. Эссенция неуничтожима, и это позволяет реализовать придуманную вами концепцию Ада. Бездна мучений.
— Какая интересная вещица. Ладно, трёхглазый, не дуйся, а то сейчас лопнешь. Я накосячил, я и исправлю. Что тебе не так-то?
— Что?! Ты ещё имеешь наглость спрашивать? Благодаря тебе Фу Манчу стал вампиром! Его душа теперь заперта в бессмертном и крайне трудноубиваемом теле! С его-то осторожностью и хитростью! Вероятность гибели в ближайшие столетия не превышает процента! Я уж молчу о том, что из-за твоей деятельности сместились вероятности гибели множества других ценных душ!
— Хорошо, ладно, старик. Признаю, увлёкся немного, вспомнил молодость. Добуду я тебе этого старого лиса, только не нервничай.
— И думать не смей! Потерян — значит потерян! Нам нельзя убивать ради сбора душ — ни своими руками, ни чужими. Но то, что ты делаешь сейчас, гораздо хуже, чем потеря нескольких душ.
— Э… А что я делаю-то? Планет вроде не взрываю, внимания Дракона не привлекаю…
— Ты вообще подумал просмотреть, куда экспедицию ведёшь, ясновидец несчастный?!
— Посмотрел, конечно, ты за кого меня принимаешь? Совершенно необитаемый кусок земли, пингвинов и тех нет.
— Идиот! — Охотник схватился обеими руками за голову с такой силой, что казалось, вот-вот расколет череп. — А ПОЧЕМУ их там нет, ты себе вопрос не задавал? А морское дно проверить у того берега уже не подумал?!
— Не подумал, — опустил голову Джаффа. Свои ошибки он признавать умел, во всяком случае, те из них, что сам расценивал, как ошибки. — Что там такое?
— На дне у побережья. Город подлинных хозяев Земли. Старцев, или, как их ещё называют, звездоголовых. Настолько древней цивилизации, что в сравнении с ними даже Дхувиане и Глубоководные — молоды. Они прилетели на эту Землю ещё во времена Предшественников. Ещё до попадания её в «коробку». И они очень не любят, когда эфемерные цивилизации текущей волны их беспокоят.
* * *
Всё следовало переиграть. И очень быстро! А то Земля могла оказаться очищенной от слишком расплодившихся человечков раньше, чем ожидалось!
Он навестил Немо и сообщил ему, что выяснил. Тот тоже обеими лапами за голову схватился, когда узнал, КУДА направляется любимая дочка. Сам-то он это место посещал в своё время — но вооружённый всеми знаниями Глубоководных! И то еле живым ушёл, хотя вёл себя предельно вежливо.
Он согласился, что «Наутилус» нужно остановить любой ценой. И правители подводных городов согласились с ним тоже, хотя и по другой причине. На судьбу Дженни они чихать хотели, а вот пограничный инцидент с морскими соседями им был нафиг не нужен! Старцы ворчливы, как и положено старцам. Только неудовольствие своё они выражают не клюкой, а излучением, вызывающим распад всей живой материи в зоне поражения — то ли мини-Ореол, то ли очередная версия дезинтегратора Фор Така — ни с тем, ни с другим вы иметь дело не захотите!
* * *
— Господа, — обратился Вэл к окружавшим его офицерам в кают-компании бронецеппелина «Экскалибур», где только что завершилась блестящая во всех отношениях бильярдная партия, — а есть ли у вас глубинные бомбы?
— Глубинные бомбы?
— Да, я как раз шел и думал: «Нет ли у капитана Кристофера Пайка случайно глубинных бомб?» Мне было просто интересно.
— Есть, как не быть, — с другой стороны каюты поднялся молчаливый до тех пор сероглазый седой офицер. — А что, хотите кита какого оглушить?
— Скорее кальмара. Только железного. Видите ли господа, мне сейчас сообщили, что один экспериментальный магнитный прибор, установленный на «Энтерпрайзе», засёк под водой большую массу металла, движущуюся на глубине двадцати ярдов, со скоростью в шестьдесят узлов. Поскольку ни одно государство не сообщило о своих подводных судах в этом малоисследованном районе, я полагаю, что это либо марсиане, либо…
— «Наутилус»! — одновременно выдохнули несколько голосов.
— Верно, господа, я подумал то же самое. Мы экспедиция невоенная, так что нас это беспокоит мало. Но я подумал, что Королевскому воздушному флоту сведения о самом знаменитом в мире пирате, потопившем множество британских кораблей, могут быть интересны.
Тут уже к разговору прислушались уже все офицеры кают-компании, а один бросился в рубку, чтобы уведомить об интересном открытии капитана. Была установлена радиосвязь с «Энтерпрайзом», капитан которого, по указаниям Шторма, подтвердил, что фиксирует неизвестный подводный аппарат и готов сообщать его положение постоянно. А ещё через десять минут и второй корабль сопровождения сообщил, что засёк тепловой след в соответствующем районе. Правда, в охоте он участвовать не будет, если его не вынудят защищаться — Силам Обороны Земли разрешено применять оружие лишь против инопланетян. Но готов подождать, пока британцы решат свои проблемы, и с большим интересом понаблюдает за процессом. А также желает им всяческих успехов.
* * *
Существовала всё же вероятность, что речь идёт не о корабле Немо, а о каком-то ином исследователе океанов. Джаффа, естественно, знал, что корабль именно тот, но такая неуверенность была ему на руку. Поэтому он согласился, что любовь к анонимности может быть продиктована просто скромностью, а не пиратской натурой. И что прежде открытия огня необходимо исключить возможность недоразумения.
Два гидросамолёта стартовали с «Экскалибура», обогнали идущий «Наутилус», и сбросили у него перед носом большую сеть, привязанную к буйкам. В каждом буйке содержалось сообщение с предложением диалога.
Корабль с лёгкостью разорвал сеть механическими щупальцами и начал погружаться. Как бы хорошо ни был вооружён «Наутилус», на поверхности он не мог тягаться с громадным воздушным линкором-авианосцем. Дженни Даккар это понимала, и уходила глубже в свою стихию.
— Ну что, господа, я полагаю, сомнений не осталось — такие размеры могут быть и у других судов, даже столь невероятная подводная скорость теоретически возможна, но щупальца уж точно есть лишь у одного! — заявил капитан Пайк. — Начать сброс бомб!
Вылетевшие самолёты начали сбрасывать бомбы по периметру, блокируя подводной лодке все возможные пути к отступлению. Однако «Наутилус» тоже был не так прост. Отдалённые взрывы его ничуть не беспокоили, бионический корпус упруго пружинил, гася ударные волны. Близких же он не допускал, дистанционно подрывая каким-то оружием все бомбы, подошедшие к нему на опасную дистанцию, раньше чем взрыв мог превзойти пределы его «выносливости». При этом он продолжал стремительно погружаться — не просто открыв цистерны, а работая двигателями в вертикальном направлении, делая добрых десять метров в секунду. Всего за пять минут Дженни достигла дна и прижалась к нему.
Нет, Джаффа всё равно видел, где она находится, и сообщал координаты вошедшим в азарт лётчикам. Но пока бомбы неспешно преодолевали толщу воды, подлодка успевала несколько раз сменить положение.
— Такими темпами запасы бомб у нас кончатся часа через три, придётся улетать, так ничего и не добившись, — хмуро сказал комендор «Экскалибура».
— Это чудо морское мало того, что крепкое, оно, похоже, видит сквозь водную толщу, как мы ясным днём, — согласился капитан. — Человеческие руки такое страшилище построить не могли. Хотел бы я знать, из каких адских бездн Немо его вытащил! С марсианами сторговался, что ли?
Он сам не подозревал, насколько близок к истине, хотя марсиане тут были и ни при чём. Но про «адские бездны» — совершенно точно.