— Заткнись! — взвизгнула Элона. — Ты постоянно баловал ее, вот она и распустилась.
— Я не заткнусь. — Эрни вплотную подошел к жене.
— Ты умолкнешь, если не хочешь неприятностей, — предупредил Стив, сжимая кулаки.
Эрни посмотрел на него и сглотнул.
— Я не боюсь тебя…
Гаред ухмыльнулся.
Стив схватил Эрни за ворот рубашки, приподнял его над полом одной рукой, готовясь нанести удар другой.
— Прекрати валять дурака, — обратилась к мужу Элона, — а ты, — она повернулась к Лише, — сейчас же пойдешь с нами домой.
— Она никуда не пойдет. — Бруна отложила вязанье и встала, опираясь на палку. — А вот вы покинете мой дом.
— Заткнись, старая ведьма! — крикнула Элона. — Я не позволю тебе погубить мою дочь так, как ты погубила меня.
Бруна фыркнула.
— Разве я вливала яблоневый чай тебе в горло и заставляла отдаваться каждому мужику в деревне? — спросила она. — Ты сама виновата в своих несчастьях. А теперь убирайся из моей избы!
Элона подскочила к старухе.
— Или что будет? — с вызовом спросила она.
Знахарка улыбнулась беззубым ртом и опустила посох на ногу Элоны, заставив ту вскрикнуть. Затем последовал удар в живот, после которого женщина согнулась пополам.
— Это что такое! — вскричал Стив, отбрасывая в сторону Эрни. В тот же миг он и Гаред кинулись к старухе.
Бруна держалась так же спокойно, как и при нападении демона леса. Она лишь сунула руку под шаль, достала горсть порошка и бросила в лицо нападавшим.
Гаред и Стив с дикими воплями упали на пол, схватившись за лица.
— У меня и для тебя порошок найдется, Элона, — пригрозила Бруна. — Вы все ослепнете, если будете командовать у меня в доме.
Элона на четвереньках поползла к двери, закрывая лицо рукой. Бруна со смехом пнула ее ногой под зад.
— Вы тоже пошли вон! — заорала знахарка на Стива с Гаредом. — Или я подожгу вас!
Стенающие мужчины с красными, заплаканными лицами ощупью пробирались по комнате к выходу. Целительница подгоняла их палкой, направляя к двери, словно собак, которые помочились на пол.
— Если вернетесь, будет еще хуже! — предупредила Бруна, когда незваные гости спешно покидали двор.
Днем в дверь опять постучали. Лиша уже встала, однако все еще была довольно слаба.
— Кого там опять принесло? — прорычала Бруна. — Ко мне сто лет никто не приходил в гости, а тут начали шастать один за другим!
Старуха потопала к двери, открыла ее и увидела на пороге Смита. Знахарка прищурилась.
— Я отошла от дел, — заявила она. — Иди к Дарси. — И стала закрывать дверь.
— Подожди, пожалуйста, — взмолился Смит, придерживая дверь рукой.
Бруна окинула его гневным взглядом, и он тотчас отдернул руку, словно обжегся.
— Ну, — раздраженно бросила целительница.
— Речь идет об Анде. — Смит имел в виду одного из пострадавших во время ночного нападения демонов. — Его рана стала загнивать. Дарси разрезала ее. И теперь кровь у него так и хлещет.
Бруна плюнула на сапоги деревенского Главы.
— Я говорила, что так оно и будет.
— Знаю, — пробормотал Смит. — Твоя правда. Мне стоило прислушаться к твоим словам. Вернись, прошу тебя. Я сделаю все, что ты пожелаешь.
Бруна крякнула.
— Не хочу, чтобы Анд заплатил жизнью за твою глупость. Ловлю тебя на слове, и не вздумай отпираться.
— Все, что захочешь, — пообещал Смит.
— Эрни! — рявкнула знахарка. — Тащи мою сумку с травами! Смит понесет ее. А ты поведешь свою дочку. Мы идем в деревню.
Лиша всю дорогу опиралась о руку отца. Она боялась отстать, Однако, даже будучи весьма слабой, шла рядом с Каргой, которая едва передвигала ноги.
— Надо было заставить тебя нести меня на закорках, — ворчала Бруна, обращаясь к Главе. — Ноги у меня уже не такие резвые, как раньше.
— Если хочешь, понесу, — предложил Смит.
— Не будь идиотом, — усмехнулась Бруна.
Полдеревни собралось у Священного Дома. При появлении знахарки раздался общий вздох облегчения. Увидев Лишу в синяках и порванном платье, селяне начали перешептываться.
Карга, ни на кого не обращая внимания и прокладывая себе дорогу посохом, прошла прямо внутрь помещения. Лиша увидела Гареда и Стива, которые лежали на койках с влажными повязками на глазах, и с трудом сдержала улыбку. Бруна объяснила, что полученная ими доза перца и вонючего растения не ведет к полной слепоте, о чем скорее всего не знала Дарси. Элона, сидящая рядом с ними, бросала в сторону знахарки огненные взоры.
Бруна прошла прямо к кровати Анда. Тот весь покрылся потом и страшно вонял. Кожа у него пожелтела, а тряпка, прикрывающая поясницу, пропиталась кровью, мочой и фекалиями. Бруна посмотрела на него и сплюнула. Рядом сидела заплаканная Дарси.
— Лиша, разворачивай травы, — приказала Бруна. — У нас много работы.
Дарси бросилась к девушке.
— Давай я, — предложила она. — Ты еле на ногах держишься.
Лиша откинула одеяло и покачала головой.
— Здесь мое место, — ответила она, развязывая материю с пришитыми к ней кармашками.
— Лиша теперь моя ученица! — громко, так, чтобы все слышали, объявила Бруна. И, глядя Элоне прямо в глаза, продолжила: — Она больше не обещана Гареду и будет служить мне семь лет и один день! А те, кому это не нравится, пусть сами лечат своих больных!
Элона открыла рот, однако Эрни указал на нее пальцем и крикнул:
— Заткнись!
Элона от удивления закашлялась.
Эрни кивнул и подошел к Смиту. Мужчины удалились в угол и начали потихоньку о чем-то шептаться.
Лиша потеряла счет времени. Дарси случайно порезала Анду кишечник, пытаясь удалить гной, и отравила его собственным дерьмом. Бруна неистово ругалась, устраняя нанесенный ущерб. Она заставляла Лишу чистить инструменты, приносить травы и смешивать снадобья. Знахарка объясняла ученице ошибки Дарси и показывала, что нужно сделать для их исправления. Лиша внимательно слушала.
Наконец они сделали все необходимое, зашили рану и перебинтовали ее. Анд принял сильное снотворное и крепко спал. Теперь его дыхание стало ровным.
— Он поправится? — спросил Смит, когда Лиша помогла Бруне встать на ноги.
— Только не благодаря тебе или Дарси, — отрезала знахарка. — Если он останется на месте и будет делать то, что ему велят, у него есть шанс выжить.
По дороге к выходу Бруна подошла к койкам, на которых лежали Гаред и Стив.
— Снимите эти дурацкие повязки с глаз и прекратите хныкать, — сурово обратилась она к ним.
Гаред подчинился первым, щурясь от света.
— Я вижу! — воскликнул он.
— Конечно, видишь, дурья твоя башка, — заметила целительница. — Деревне нужны люди, которые могут переносить тяжести с места на место, а такая работа не для слепых. — Она потрясла посохом у его лица. — Только попробуй еще перейти мне дорогу, и я напущу на тебя что-нибудь пострашнее слепоты!
Гаред побледнел и кивнул.
— Ну вот и хорошо, — сказала Бруна. — А теперь говори честно: ты сорвал цветок невинности Лиши?
Гаред огляделся с испуганным видом и опустил глаза.
— Нет, — пробормотал он. — Я все сочинил.
— Говори громче, парень! — рявкнула Бруна. — Я стара, и мой слух уже не тот, что прежде. — И она повторила вопрос зычным голосом, так, чтобы слышали все: — Ты сорвал цветок невинности Лиши?
— Нет! — крикнул Гаред и покраснел еще больше, чем от пресловутого порошка.
Люди стали громко перешептываться.
Стив снял свою повязку и дал сыну хорошего подзатыльника.
— Ты у меня еще не так получишь, когда вернемся в дом! — прорычал он.
— Только не в мой, — произнес Эрни. Элона зло посмотрела на мужа, однако тот, не обращая на нее никакого внимания, указал пальцем на Смита. — На постоялом дворе найдется место для вас обоих.
— А проживание там вам придется отработать, — добавил деревенский Глава, — и я прогоню вас через месяц, если вы успеете поставить только один сруб.
— Это смешно! — вступилась за мужчин Элона. — Они не могут одновременно отрабатывать проживание и строить дом!