В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь раскатами грома.
— Я спасал тебя… — промолвил Роджер и умолк.
— Ты порождение Преисподней! — взвизгнула Лиша. — Да, я была девственница! Но разве это оправдывает то, что вы отдали людей на растерзание демонам?
— Отдали? — спросил Заступник.
Лиша резко повернулась к нему лицом.
— Конечно, отдали! — заорала она. — Уверена, что твои дружки-демоны с радостью приняли подарок. Ничто не доставляет им такую радость, как убийство людей. Нас осталось совсем немного, так что для них мы редкое угощение!
Глаза Заступника округлились, отражая свет костра. Выражение его лица стало более человеческим, чем прежде, что вмиг заставило Лишу забыть гнев. Воин подался ко входу в пещеру. Как раз в этот момент корелинг бросился на магическую сеть, которая вспыхнула серебристым светом. Заступник повернулся и пронзительно закричал на демона. Такого крика Лиша еще никогда не слышала и тем не менее узнала его. Именно этот звук она чувствовала в себе тем страшным вечером, когда ее насиловали на дороге.
Заступник схватил копье и бросил его во тьму. Вспыхнула магия, и демон рухнул в грязь.
— Будь ты проклят! — заревел Заступник, сбрасывая одежду и выскакивая под ливень. — Я поклялся ничего не давать вам! Ничего!
Он напал на демона леса сзади и прижал его к себе. Вспыхнул массивный оберег на его груди, и корелинг загорелся ярким пламенем, несмотря на проливной дождь. Нечистый начал беспомощно молотить руками, и воин пинком отбросил его прочь.
— Сражайтесь со мной! — бросил вызов Заступник другим демонам, тяжело ступая по топкой грязи.
Корелинги бросились на него, пытаясь укусить или зацепить когтями, однако человек сам бился не хуже любого демона, и нечистые летели прочь, как осенние листья, гонимые ветром.
В глубине пещеры ржал и натягивал путы Закат, наученный драться рядом с хозяином. Роджер в недоумении поглядел на Лишу и пошел успокоить коня.
— Он не сможет сражаться со всеми демонами, — промолвила Лиша. — Только не в такую погоду. — Многие обереги воина уже покрылись грязью. — Он хочет погибнуть, — продолжала она.
— Что же нам делать? — спросил Роджер.
— Играй на скрипке! — велела Лиша. — Гони их прочь!
Роджер покачал головой.
— Ветер и гром заглушат мою музыку.
— Нельзя позволить ему совершить самоубийство! — крикнула Лиша.
— Ты права, — согласился Роджер.
Он подошел к оружию Заступника, взял легкое копье и покрытый оберегами щит. Поняв, что на уме у юноши, Лиша хотела остановить его, однако он выскочил из пещеры и бросился к Заступнику.
Демон огня плюнул на Роджера пламенем, которое вмиг погасло под дождем. Корелинг прыгнул на него, но юноша поднял вверх магический щит, и тварь изменила направление. Глядя перед собой, Роджер не заметил еще одного демона огня, подкравшегося к нему сзади. Нечистый напал, но Заступник поймал трехфутового демона и отбросил его в сторону.
— Вернись в пещеру! — приказал воин.
— Только вместе с тобой, — отозвался Роджер. Его рыжие волосы намокли и прилипли к лицу. Он щурился на ветру, однако смело смотрел Заступнику в глаза, не отступая ни на шаг.
Демон леса напал на них. Заступник упал в грязь и оттащил Роджера за ноги в тот момент, когда нечистый хотел схватить его когтями. Кулаки воина отбросили тварь назад. Кругом собирались другие корелинги, привлекаемые вспышками света и звуками битвы. Их слишком много.
Заступник взглянул на Роджера, лежащего в грязи, и безумие покинуло его взор. Он протянул руку, и Жонглер взял ее. И они вдвоем устремились в пещеру.
— О чем вы только думали? — говорила Лиша, используя последний бинт. — Вы оба!
Роджер и Заступник сидели у огня, завернувшись в одеяла, и ничего не отвечали на ее брань. Через некоторое время она затихла, приготовила горячий бульон и молча подала его им.
— Спасибо, — едва слышно произнес Роджер первые слова с тех пор, как вернулся в пещеру.
— Я все еще зла на тебя, — проговорила Лиша, не глядя ему в глаза. — Ты врал мне.
— Ничего подобного, — протестовал юноша.
— Ты скрывал правду, — настаивала Лиша. — Это то же самое.
Роджер пристально посмотрел на нее.
— Почему ты уехала из Каттеровой Ложбины? — спросил он.
— Что? Не уходи от темы.
— Если поселяне значат для тебя так много, что ты готова рисковать ради них жизнью и выносить все ради их блага, — говорил Роджер, — почему тогда ты покинула свою деревню?
— Ради учения… — начала Лиша.
Роджер покачал головой.
— Люди убегают от своих проблем, Лиша.
— Это не твое дело.
— Тогда почему я пережидаю грозу в пещере, окруженной корелингами, в какой-то проклятой глуши? — спросил Роджер.
Лиша подняла на него взгляд и вздохнула. У нее иссякли силы, и она больше не могла ссориться с ним.
— Ты вскоре все узнаешь обо мне, — сказала она. — Жители Каттеровой Ложбины не умеют хранить секреты.
И Лиша все рассказала им. Она вовсе не хотела исповедоваться, вот только холодная сырая пещера почему-то располагала к этому. Как только она начала рассказ, слова полились сами собой: она говорила о матери и Гареде, о порочащих ее слухах и побеге в избушку Бруны, о своей жизни в качестве изгоя. Заступник подался вперед и открыл рот при упоминании о жидком демоническом огне Бруны, однако не стал перебивать целительницу.
— Вот так все получилось, — говорила Лиша. — Я хотела остаться в Анджире, но у Создателя, наверное, есть для меня другой план.
— Ты заслуживаешь лучшей участи, — сказал Заступник.
Лиша кивнула и посмотрела на него.
— Почему ты пошел туда? — спросила она, указывая подбородком в сторону входа в пещеру.
Заступник опустил голову и уставился в свои колени.
— Я нарушил обещание, — ответил он.
— И это все?
Он поднял на нее взор, и Лиша впервые увидела одни лишь пронзительные глаза без всяких татуировок вокруг.
— Я поклялся, что ничего не отдам им даже ради спасения собственной жизни. И отдал им то, что делало меня человеком.
— Ты ничего не отдал им, — протестовал Роджер. — Это я взял магический круг.
Лиша крепко сжала руками чашку, но ничего не сказала.
Заступник покачал головой.
— Я облегчил твою задачу, зная, какие чувства ты испытываешь. Отдать их тебе значило то же самое, что отдать корелингам.
— Они продолжали бы разбойничать на большой дороге, — настаивал Роджер. — Без них там будет спокойнее.
Заступник кивнул.
— Только это не повод отдавать их на растерзание демонам. Лучше бы я забрал круг. Или убил их в рукопашном поединке при свете дня.
— Значит, ночью ты вышел из пещеры потому, что испытывал чувство вины? — спросила Лиша.
Заступник нахмурился.
— Люди стали слабыми, триста лет дожидаясь Спасителя, — пояснил он. — Он миф и никогда не придет на землю. Пора бы уже всем это понять и начать самим биться с демонами.
— Мифы имеют власть над людьми, — заметил Роджер. — Не спеши отбрасывать их в сторону.
— Когда это ты стал верующим? — обратилась к нему Лиша.
— Я верю в надежду, — ответил Роджер. — Я всю свою жизнь был Жонглером, и если что-то и понял за все эти годы, так то, что люди любят истории, которые вселяют в них надежду.
— Двадцать, — неожиданно проговорила Лиша.
— Что?
— Ты говорил, что тебе двадцать лет.
— Разве?
— Тебе даже двадцати нет, не так ли?
— Есть! — настаивал юноша.
— Я не дура, Роджер. Мы знакомы менее трех месяцев, и ты за это время подрос на дюйм. Двадцатилетние уже не растут. Сколько же тебе лет? Шестнадцать?
— Семнадцать, — усмехнулся Роджер и отбросил в сторону чашу, разлив остатки бульона. — Теперь тебе стало легче? Правильно говорила Жизель, что ты годишься мне в матери.
Лиша уставилась на него. Открыла рот, чтобы сказать что-то резкое, и вновь закрыла его.
— Прости меня, — извинилась она.