Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну–ка, ну–ка, ну–ка, — крепыш сделал несколько шагов и присвистнул, — это же помидоры! Настоящие помидоры! Правда, здесь они ещё маленькие и зелёные.

— Тогда, идём искать большие и съедобные.

Бродить среди всего этого великолепия можно было бы довольно долго, не догадайся Максим, что собранный урожай должен где–то предварительно складироваться. И место это не могло располагаться между бесконечных рядов. Так и оказалось. Они вышли к штабелям аккуратно упакованных и рассортированных по ящикам овощей и фруктов. От витавших здесь ароматов, впрочем, почему–то не особо сильных, у обоих резко прорезался аппетит. И они жадно набросились на всё это богатство. Ели всё вперемешку — и фрукты, и овощи, только и успевая сплёвывать разнокалиберные косточки.

— Я вот только не пойму одного, — устав жевать, впервые, кажется, объевшись, сказал Масканин, — откуда здесь могут быть яблоки или, например, абрикосы? Деревьев в этом отсеке нигде не видно.

— А не всё ли равно? — крепыш грыз очередной фрукт. — Мне лично до балды.

Масканин хмыкнул, прикидывая, с каких ящиков начать вынос запасов в их временное пристанище. Он чувствовал, что в этом подземелье стоило ещё немного задержаться. Да хотя бы, чтоб отоспаться и как следует отъесться. Михалыч к его решению возражений не имел.

Отдыхали и бездельничали аж три дня, натаскав горы ящиков и ящичков к себе на третий уровень. Впрочем, бездельничали не все, Максим эти дни продолжал ковыряться в оборудовании, придя вскоре к выводу, что им повезло очутиться в запасном командном пункте. Попутно он выяснил, что в подземелье они попали, так сказать, через "чёрный ход". На поглотившем их холме когда–то располагался блокгауз, коммуникационно сообщавшийся с первым уровнем подземного сооружения. Вообще, у этого подземелья некогда имелись нормальные, то бишь хорошо защищённые и замаскированные выходы, но на общей схеме они теперь отмечались как уничтоженные. А ещё, в плане сопутствовавшей информации, Максим бесконечно натыкался на неизвестные названия городов, географических районов, космопортов(!), располагавшихся, судя по всему, в необитаемых сейчас землях. А ведь это наибольшая часть планеты…

За последние дни они успели немного расслабиться, отдохнуть, вдоволь поесть и попить, наконец. Мысли о преследовавших последнее время опасностях отошли на второй план. Начали часто выходить, бродя там и сям, развлечения ради. Вход во временное пристанище всё чаще оставался открытым. И вот однажды Масканину показалось, что за ними следят.

Никто не делал попыток на них напасть и вообще не ощущалось никакой явной опасности, уж чему–чему, а своему чутью Максим доверял. Но чувство, что они тут не одни, упорно не желало проходить. Да и потом, как будто в нескольких ящиках пропали овощи. Или их крепыш успел слопать? Михалычу Максим пока не говорил о своих подозрениях, осторожничая, доверь, как известно, слова воздуху — и стены точно донесут их чужим ушам.

И всё–таки, где–то здесь завёлся мелкий воришка. Масканин теперь знал это точно, когда пропали очередные овощи. И устроил засаду, сделав вид, что уходит, на самом же деле пройдя кружными коридорами, по–тихому вернулся к пристанищу. Так совпало, что и крепыш в это самое время возвращался после очередного похода в гидропонику, естественно, он ничего не знал и производимый им шум слышался из далека. Это и вспугнуло воришку.

Серая юркая тень шмыгнула в коридор. Существо ловко передвигалось на двух ногах и совершенно не воспринялось как животное. Скорее, это была пародия на человека.

Подгадав момент, Масканин сбил его с ног и вот–вот собирался навалиться сверху, дабы скрутить и обездвижить, но существо весьма шустро увернулось и, вскочив, бросилось в обратном направлении, как раз на ничего не ожидавшего крепыша.

— Хватай его! — только и успел выкрикнуть Максим.

Крепыш действовал машинально, толком ничего не сообразив. Заботливо и аккуратно до этого сложенные в ящиках фрукты посыпались на пол. Руки Михалыча заработали подобно клещам, вскоре он и существо свились в хрипящий и вопящий клубок.

Угроза оружием подействовала. Масканин стоял над распластавшимся на полу над… и не животным, конечно, раз понимает, что такое карабин, и явно не над человеком. А над, несомненно, образчиком ещё одного вида аборигенов. Н-да, выглядел этот образчик прямо–таки неказисто. Ростом, должно быть, человеку по плечо, телосложением как раз на человека похож, даже ладони пятипалые, с узенькими такими, длинными четырёхфаланговыми пальцами. Но вот голова… ох, и образина! Или это с непривычки он такой симпатюля? Высокий лоб, большие глаза, зрачки круглые, жёлтая радужка. Маленький рот с тонкими губами. Почти человеческий даже, в своём роде, аккуратненький нос. Маленькие остроконечные ушки. Но не на макушке, а опять же, там, где у человека. В довершение, всё тело в коротенькой серой шёрстке, заляпанной подсохшей грязью. На ногах нечто сильно смахивающее на башмаки, подобие набедренной повязки и (обалдеть просто!) скроенный по фигуре существа жилет с накладными карманами. Жилет, сделанный явно руками человека…

— Отпусти мои руки, дылда!!! — вполне по человечески потребовало существо.

Тут Масканин понял, каково это, когда челюсть отпадает. Реакция крепыша была не менее впечатляюща.

— Ну, что уставились? Ашоми никохда не видели? — абориген освободился, наконец, из цепких объятий Михалыча и привстал на локтях, нервно посматривая на людей. — И мне бы вас во век не видеть!

— Нечистый! — крепыш скрутил фигу.

— Сам–то давно мылся?

— А ты вообще, что такое? — к крепышу вернулось самообладание, он вновь подобрался, готовясь к любому развитию событий.

— Я Дрик, так меня совут. Из народа Ашоми. Я хъхур, расведчик, по–вашему.

— Понятно, — заявил Михалыч, хотя мало что понял.

— Значит так, уважаемый Дрик, — обратился Масканин, повесив карабин на плечо, — придётся тебе зайти к нам в гости. Тут рядом, как ты уже знаешь.

Ашоми совсем по–человечески кивнул и поднялся на ноги. Взаимно настороженно вся троица прибыла к месту назначения, где люди разместились в креслах, оставив аборигена стоять. Однако же, тот не остался на ногах, подтащил себе кресло, да и уселся напротив.

— Наглый малый, — прокомментировал крепыш.

— Дылда невоспитанная, — не остался в долгу ашоми. — Никакого внимания к хостям.

— Довольно! — оборвал готовую зародиться перепалку Максим. — Прежде всего, Дрик, внесём ясность. Строить наш разговор будем так: мы спрашиваем, ты отвечаешь. Как ответишь на все вопросы, можешь спрашивать сам. Это понятно?

— Это понятно, — согласился ашоми.

— Тогда начнём, — Максим почесал отросшую бородку, внимательно изучая физиономию аборигена. — Как ты сюда попал?

— Очень просто. Сабешал в расвалины и провалился в вентиляционную шахту.

— Вот как, — Масканин переглянулся с крепышом. — Знаешь, что такое вентиляционная шахта. А оружие у тебя с собой было?

— Было. Мой боевой арбалет и стрелы. И яд для стрел. Всё выронил, кохда провалился.

— Ещё интересней, — произнёс Масканин, рассматривая жилет на Дрике. Вопросов было столько, что он решил задавать все подряд, не по степени важности. — Что значит, "народ Ашоми"? И где он обитает?

— Обитаем мы дальше на восход. Так блиско к вашим семлям саходим редко. А "народ Ашоми" осначает, что мы первородные дети Ашома, то есть нашего мира, как мы его насываем.

— А откуда язык наш знаешь?

— Я хъхур, расведчик, сын расведчика и внук расведчика, — гордо ответил ашоми. — Мне полошено снать ваш ясык, иначе, как с вами, людьми, дело иметь? Вы ше не всехда умные, кричать и стрелять любите.

— Этого, да, не отнимешь. Стало быть, вы с людьми общаетесь. Торгуете?

— Меной санимаемся. Есть среди ваших такие, что аш к нам хашивают. Они нам патроны, орушие инохда, вещи всякие полесные. Мы им сверей диких, яды, штуки расные ис расвалин. Неушели не слышали про мой народ? — удивился Дрик. — Некоторые невешественные люди нас ещё болотными чертями насывают.

170
{"b":"246724","o":1}