— Эй, есть кто дома? — весело крикнул незнакомец.

— А то, пролезайте! — задорно ответила Сэлли. Мужчины с кряхтеньем встали, чтобы помочь ему продолжить импровизированный навес.

— А неплохо вы здесь устроились! — восхитился новенький.

— Ну так! — ухмыльнулся Ялифер, барским жестом обводя хоромы.

Мужчина оказался рослым могучим добрячком с приятными голубыми глазами и короткой курчавой бородкой. Он вольготно развалился на одеяле под прикрытием ветвей куста, нисколько не смущаясь тем обстоятельством, что находится в обществе четырех незнакомцев посреди пустоши. Он представился Владомиром, вольным наемником, и, прежде чем провалиться в блаженный сон под убаюкивающий стук дождя, они договорились ехать вместе до ближайшей деревушки Срединников.

Уже стемнело, когда они въехали в деревню, стало совсем холодно. По утверждению всезнающего Сокура, постоялого двора здесь не наблюдалось; решили не проверять, а попробовать постучать куда-нибудь. Внимание привлек симпатичный большой дом местного богача. Были сомнения, но ворота довольно таки проворно отворились.

— Добро пожаловать, гости дорогие, — быстро поприветствовал их озябший слуга и чуть ли не втянул всех во двор. Численность гостей ничуть его не смутила, он лишь свистнул своим помощникам, и те без промедления занялись лошадьми. Слуга же потащил всех в дом. Там их встречал сам хозяин с домочадцами. В спешном порядке им отвели две комнаты, принесли еды, поинтересовались, откуда и куда они держат путь, в пол уха выслушали вдохновенную ложь, спросили, не надо ли чего, пожаловались, что дочь занемогла и стала будто немощь бледная и, пожелав спокойной ночи, удалились.

— Ну, слава богам, теперь хоть понятно стало, а то я уже было испугался, — Сокур успокоился и нацелился на самый большой соленый огурец.

— Хорошо тебе, а я до сих пор дрожу, — удивилась Сэлли. — Что там тебе понятно стало?

— Мне стало понятно, хрм, хрм, что это они к нам так тепло, хрм, отнеслись. А все потому, хрм, хрм, что у них дочка болеть изволит. Все дело, хрм, хрм, в легенде про Светорода.

— Какая такая легенда, — Сэлли цапнула другой огурчик, чтоб "слушать и кушать".

— По легенде Светород время от времени ходит по дворам, притворяясь уставшим путником и даруя добродетельным хозяевам счастье и здоровье, ну и наоборот, — быстро объяснил волшебник и запихнул внушительный остаток огурца в рот, аппетитно захрустев.

— И кого из нас они приняли за языческого бога? — изумилась девушка. Больше всего на него был похож Ялифер, но вряд ли Светород с такой скоростью бы наворачивал пирожки из корзинки.

— Хрм, — высказал свое мнение Сокур. — Да причем здесь бог?

— Ну да, — Сэлли пролевитировала из корзинки пирожок. — В учении Храма также говорится: по делам и воздастся. А у меня получается!

— Давно пора, — к Сокуру полетела вся корзина, на поверку оказавшаяся уже пустой. Девушка насмешливо помахала ему своей добычей.

Комнаты поделили как обычно: ведьма, волшебник и наемник с драконами в мешке в одной комнате, верит и храмовник в другой. Скоро свет потушили, все улеглись, и в доме воцарилась промозглая тишина. Сэлли лежала и слушала, как бьется сердце, словно перекачивая кровь через уши, наблюдала, как сонная темнота медленно сползает на пол, пока глаза привыкают к лунному свету из окна сквозь не плотно стиснутые занавески, и пыталась не обращать внимания на зверски чешущиеся ссадины, заработанные в дороге. Когда терпение лопнуло и таящееся до сих пор глубоко в мозгу намерение вежливо, но настойчиво потянуло за нервы, как за веревочки, девушка тихонько откинула одеяло и пошарила рукой под скамьей в поисках сапога. Не нашла, плюнула и пошла босиком, на цыпочках пробираясь к двери. Проскользнула в оставленную заранее щель и осторожно начала искать дверь во двор. Стены она и без света чувствовала прекрасно, уж после вампирьего то замка, а вот более мелкие предметы пришлось нашаривать всеми четырьмя конечностями. Отворив вслепую на ощупь все засовы и щеколды, Сэлли приоткрыла дверь, сразу же почувствовав, как что-то весомо коснулось колена. Глубоко вздохнув, девушка провернула обратную операцию, теперь уже закрывая дверь. Затем последовал путь назад, вместе с льнущей к ноге мохнатой холодной после улицы тушкой. Проскользнув через последнюю дверь, Упырь уже по-хозяйски проскочил к лавке со знакомо пахнущим одеялом. С чувством выполненного долга Сэлли, наконец, блаженно растянулась на лавке. Внизу тихонечко зачавкали.

— О, Господи! — Сэлли разбудил с утра удивленный вскрик забывшегося волшебника. — Зачем ты его сюда притащила? — Сокур не дал ей проснуться окончательно. — Он что, не мог подождать где-нибудь снаружи? То шляется, леший знает где, а тут ему приспичило обязательно быть рядом с хозяйкой!

Упырь нехотя вылез из-под лавки и беззвучно оскалился. В его исполнении это было похоже на издевательскую улыбку. Сокур, не сдаваясь, возмущенно завис над ним. Так они играли в гляделки, пока Сэлли потягивалась, смахивала с сапог крошки от упыриного ужина и искала в недрах своего мешка гребень. Владомир с довольным видом стоял у двери на стреме.

Пока девушка расчесывала патлатую голову, прихорашивалась и вертела вокруг себя маленьким складным зеркальцем, одновременно подкармливая драконят завалявшимися в карманах кусочками печенья, Упырь с волшебником нарезали круги, как борцы на ринге, корчили рожи и рычали, причем и то и другое оба. Владомир снисходительно взирал на все это безобразие.

Вдруг наемник шикнул на них и отошел от двери. Сэлли бросилась запихивать драконят обратно в сумку. Сокур затащил Упыря под лавку, свесив с нее одеяло для прикрытия. Постучали.

Им не только принесли завтрак, но и устроили развлекательную программу. Один слуга приволок гармошку, другой пришел с балалайкой. Еще один, по всей видимости, конюх, завалился просто так и утащил Сэлли танцевать. Ялифер и Герин пришли на шум. Когда раскрасневшаяся девушка добралась до стола, пировали уже во всю, и гости, и слуги.

— Хозяева просили узнать, на сколько вы планируете остаться, — спохватилась одна из служанок, сидящая подле Сокура.

— Ну, дня на два, на три, — ответил волшебник, наливая себе еще молока из большого глиняного кувшина.

— Совсем обнаглел, — Сэлли по-дружески ткнула его локтем в бок.

— Вовсе нет, в доме, как я понял, есть больные, может я смогу чем-то помочь и тем самым отблагодарить за заботу.

— Господин — знахарь? — поинтересовалась все та же служанка.

— Нет, я волшебник.

— Значит, и погадать сможете? — обрадовалась девушка.

— Ну, вообще-то это больше по бабской, то есть, по женской части. Но пару раскладов на картах воспроизвести смогу.

— Ой, а, может, вы и госпоже погадаете? Она от чего такая бледная то и худая как смерть? А оттого, что любовь ейная пропала. — По секрету объяснила служанка. — Давно уже, а она все его ждет, ночей не спит, только в горнице сидит и прядет, и прядет, извела себя всю! Папенька ее и знахарку приглашал, и лекаря аж из Столешников привозил. Только как же они помочь то могут? Это любовь, — вздохнула она.

— Что значит пропал? — Сокур аж про еду забыл, заинтересовался.

— Да не он один, за последние двадцать лет уже шестеро пропали. Как и не было их. Староста и в соседние деревни людей отряжал, и к лесникам. Даже ездил в Столешники, веритам жаловался.

— А кладбище у вас где? — вдруг спросил волшебник.

— Их там точно нету, мы бы знали! — испугалась служанка.

— Некромантить будешь? — прошептала Сэлли ему на ухо.

— Надо же харч отрабатывать, — теперь уже Сокур пихнул ее локтем в бок, по-дружески. — И все же надо проверить, — сказал он служанке. — Как его звали то?

— Его? Воронец.

На кладбище, куда Сэлли увязалась за Сокуром, волшебник устроил ей небольшую лекцию про некромантию. Удовлетворив ее любопытство, он постоял некоторое время с закрытыми глазами. Сэлли не успела соскучиться, как волшебник вдруг подхватился и широкими шагами пошел прочь с кладбища. Девушка, на всякий случай, испугавшись, побежала за ним.