Весьма мы довольны тобой, Упаманью,

Да будет награда смиренью, страданью.

И ты поступи, как наставник твой прежде,

Свой путь продолжая к добру и надежде!»

Поел он лепешки - и зренье обрел он.

Явился к наставнику, радости полон.

Наставник сказал: «Я доволен тобою.

Ты будешь обласкан счастливой Судьбою».

Так был он испытан большим испытаньем,

Но радость пришла к нему вслед за страданьем.

Учился у старца и юноша третий,

Чьи силы тогда находились в расцвете.

«О Веда, - наставник сказал, - поработай

Ты в доме моем, послужи мне с охотой,

Придут к тебе благо, и свет, и победа».

«Согласен»,и ответил учителю Веда.

Так Веда занялся работой домашней,

А также и садом, и лугом, и пашней.

Сушил его зной, и терзал его холод,

Изведал он жажду, познал он и голод,

Но, вечно приветливый, кроткий, веселый,

Влачил он без ропота жребий тяжелый,

Тащил он, как вол, непомерное бремя.

Провел у наставника долгое время.

Сказал ему жрец: «Я доволен тобою.

Пошел ты прямой, справедливой тропою.

Нужна и в труде терпеливом отвага.

Теперь ты достиг совершенного блага».

Простился наставник с послушливым Ведой:

«О Веда, ступай и закон проповедуй».

Он стал проповедовать, знанью причастный.

Услышал о нем Джанамеджая властный.

Сказал ему: «Стань моим другом всегдашним,

Жрецом и наставником стань мне домашним.

Грехов моих действие ты уничтожишь,

Советом утешишь, молитвой поможешь».

И юноши стали учиться у Веды,

К нему собираясь для мудрой беседы,

Но, помня житья подневольного тягость,

Он к ним проявлял снисхожденье и благость,

Они познавали отраду ученья,

Не зная в учительском доме лишенья,

Не зная трудов ни зимою, ни летом...

Главу «Махабхараты» кончим на этом.

Учился у Веды подвижник прилежный,

Уттанка по имени, юноша нежный.

Сказал ему Веда: «Пора мне в дорогу,

Пойду совершать приношения богу.

Останься, мой дом содержи ты в порядке,

Чего недостанет, пусть будет в достатке».

Тот юноша с Ведой на время расстался,

Он старшим в учительском доме остался.

Пришли к нему женщины, жившие в доме:

«Смотри, госпожа пребывает в истоме,

Супруг совершает сейчас приношенья,

А месячные у нее очищенья.

Чтоб не было время такое бесплодным,

Утешь ее делом, семейству угодным».

Ответствовал женщинам юноша чистый;

«Мне Веда велел: «По хозяйству трудись ты,

Уйду я, - мой дом содержи ты в порядке,

Чего недостанет, пусть будет в достатке».

Но мне не велел он, прощаясь приветно;

«Ты сделай и то, что грешно и запретно».

О том, что случилось, вернувшись обратно,

Учитель узнал ото всех многократно.

Восторгом душа мудреца озарилась:

Сказал он: «Какую желаешь ты милость,

О сын мой Уттанка? За верную службу

Прими от меня задушевную дружбу.

Ступай же, другим проповедуй ученье,

На это тебе я даю разрешенье».

Уттанка ответствовал, радость ночуя:

«Тебе удовольствие сделать хочу я.

Постиг я ученье, что мудро и свято.

За это учителю следует плата».

Учитель доволен был речью прямою.

Сказал: «Оставайся покуда со мною».

Минуло короткое время, и снова

Уттанка промолвил наставнику слово:

«Приказывай мне, разуменьем богатый:

Что сделать взамен, коль не хочешь ты платы?»

А тот: «Видно, жаждешь со мной распроститься,

Поэтому хочешь скорей расплатиться.

Ну что же, мою ты послушай супругу.

Какую прикажет, исполни услугу».

Пришел он к супруге учителя сразу,

Сказал: «Твоему подчинюсь я приказу.

Твой муж мне позволил домой возвратиться,

Но я за ученье хочу расплатиться.

Какое желанье в душе сберегла ты

И что принести тебе в качестве платы?»

Ответила та госпожа: «Знаменитый

Есть Паушья-царь; у него и возьми ты

Те серьги, которые носит царица;

Серьгами ты сможешь со мной расплатиться.

Четыре даю тебе дня, а на пятый

Вернись: я тотчас же потребую платы.

Наш праздник священный мы праздновать будем.

Я серьги надену, и выйду я к людям.

На серьги свой взор устремив восхищенный,

Исполнятся зависти брахманов жены!»

Уттанка отправился в путь и нежданно

Увидел быка, не быка - великана!

Был всадник на нем исполинского роста.

«Уттанка! - он крикнул подвижнику просто. -

Испробуй быка моего испражненья!»

Уттанка не принял его предложенья.

Тогда обратился он к юноше снова:

«Не медли. Тебе не желаю дурного.

Наставник твой, Веда, отведал того же.

Последуй учителю, юный прохожий!»

У юноши спорить пропала охота,

Испил он мочи и поел он помета.

Свой путь он продолжил и прибыл, спокоен,

В тот город, где царствовал Паушья-воин.

Сказал он царю: «Благоденствуй, властитель.

К тебе во дворец я пришел как проситель».

А царь: «Лицезренье святого - отрада.

Скажи, господин мой, что сделать мне надо?»

Ответствовал Паушье гость юнолицый:

«О царь, подари ты мне серьги царицы.

Хочу, если ты не жалеешь утраты,

Отдать их учителю в качестве платы».

Царь молвил: «Войди ты к царице в покои,

Быть может, исполнит желанье такое».

В покои царицы ввели его слуги,

Но там не увидел он царской супруги.

Он Паушье крикнул: «Владыка и воин!

Там нет никого, твой обман непристоен!»

А царь: «Ну-ка, вспомни: ты чист? Не сердись ты,

Но видеть царицу не может нечистый.