Примеры, и доводы, и основанья,

Докажем, что гибель змеиного рода

Для мира - несчастье, напасть и невзгода.

А если он хитрых речей не оценит,

А если сожжения змей не отменит,

То мы позовем остроумного змея,

Который, как бы о владыке радея,

Предстанет как жрец, с ним согласный во взглядах

И сведущий в жертвенных сложных обрядах.

Войдя к властелину в доверье сначала,

Вонзит в Джанамеджаю грозное жало.

Когда же царя он смертельно отравит,

То змей от погибели страшной избавит».

Но добрые змеи тогда возразили

Ученым: «О нет, не желаем насилий!

Должны мы о деле судить без пристрастья:

Не даст нам убийство покоя и счастья.

В опору возьмем, если беды нависли,

Невинность души, целомудрие мысли!

Убийство - ужаснее всех беззаконий.

Чем будете жаждать его исступленней,

Тем раньше погибнете смертью презренной:

В убийстве заложена гибель вселенной!»

«Ошиблись равно, - изрекли чародеи, -

Ученые змеи и добрые змеи!

Мы тучами станем и ливнем зловещим,

Как молнии, мы, извиваясь, заблещем.

Мы жертвенный пламень водою потушил,

Тем самым и замысел царский разрушим».

«О братья! - воскликнули змеи-святоши, -

Давайте мы вспомним обычай хороший.

Чем эти пустые вести разговоры,

Пусть ловкие змеи, умелые воры,

Похитят и ковш и сосуд для обряда

У спящих жрецов. Так возникнет преграда.

Возможна, друзья, и другая помеха,

Чтоб дело царя не имело успеха.

Прикажем бесчисленным двинуться змеям,

Народ искусаем и ужас посеем.

А то мы вползем в человечьи жилища,

И змеями будет испорчена пища.

Окажутся в пище моча, испражненья, -

Откажется царь от обряда сожженья!»

«Мы станем жрецами, - сказали вельможи, -

К владыке придем, с многомудрыми схожи,

Огромной потребуем жертвенной платы,

И царь Джапамеджая, страхом объятый,

Тогда-то в змеиной окажется власти,

И змей мы избавим от страшной напасти.

Услышал ты, Васуки, наши сужденья,

Скажи, как избавиться нам от сожженья?»

Сказал повелитель змеиной державы:

«И вы, и другие, и третьи - не правы.

А что предпринять - я не знаю, о змеи,

От этого боль моя только острее!»

Тогда Элапатра сказал осторожный:

«Сужденья, которые сказаны, - ложны.

Должно состояться огню приношенье,

Судьбы отменить невозможно решенье.

А так как от вечной Судьбы мы зависим,

То с просьбою к ней голоса мы возвысим.

Я нечто скажу вам на этом совете:

Когда были прокляты матерью дети,

От страха взобрался я к ней на колени.

Премудрых услышал я стоны и пени.

Затем они к Брахме явились в тревоге,

«О бог-прародитель! - промолвили боги, -

Лишь то существо, что безумно и злобно,

Проклясть сыновей своих кровных способно.

Зачем же ты Кадру одобрил проклятье?

Скажи, прародитель, даруй нам понятье!»

Ответствовал Брахма всесущий, всеправый:

«Увы, изобилуют змеи отравой,

Несметны, коварны, сильны и жестоки,

Они, расплодясь, умножают пороки.

Одобрил я Кадру слова роковые,

Чтоб стали счастливее твари живые.

Огонь уничтожит свирепых, кусливых,

Зловредных, злокозненных, втайне трусливых,

В предательстве ловких, в обмане искусных

И всех ядовитых, презренных и гнусных,

Но те, что правдивы, добры, справедливы,

Честны и смиренны, - останутся живы.

От них отвращу беспощадную кару:

Родится великий мудрец Джараткару,

Свои обуздавший стремленья и страсти,

В смиренье познавший блаженное счастье.

Придет его сын, чистотой наделенный,

По имени Астика дваждырожденный.

Придет он в назначенный день приношенья,

Спасет добродетельных змей от сожженья».

Тут боги спросили творца-властелина:

«Кто матерью будет великого сына?»

«Узнайте, о боги, что дваждырожденный

Подвижник возьмет соименницу в жены.

Возьмет он, причастный высокому дару,

Супруг Джараткару - жену Джараткару.

Родит ему тезка могучего сына,

То будет любви, милосердья вершина».

Так Брахма промолвил в небесном чертоге.

Одобрили речь прародителя боги.

О Васуки, есть у тебя молодая

Сестра, что цветет, красотою блистая.

Недаром зовется она Джараткару:

Они образуют желанную пару.

Как только попросит себе подаянья

Мудрец, что свершает благие деянья, -

Как дань милосердия, лепту простую,

Отдашь ему в жены сестру молодую.

Ты облик людской навсегда ей присвоишь,

Змеиное царство навек успокоишь.

Тем браком счастливым беду мы развеем!»

Слова Элапатры понравились змеям.

Они восклицали: «Прекрасно! Прекрасно!»

На сердце у Васуки сделалось ясно.

Сказал ему Брахма: «Не бойся напасти.

Ты принял в труде благородном участье.

Я помню, мы сделали гору мутовкой,

А Васуки, длинного змея, - веревкой

И стали, желая воды животворной,

Сбивать океан, беспредельно просторный.

За это сниму я с души твоей бремя.

Узнай же: пришло заповедное время.

Сгорят нечестивцы, погибнут злодеи,

Но живы останутся добрые змеи.

Живет уже мудрый подвижник на свете,

Безгрешный в законе, суровый в обете.

Чтоб не было то наказанье жестоко,

О Васуки, жди надлежащего срока,

Сестру молодую подвижнику выдай.

Судьба не обидит невинных обидой,

Но только исполни мои приказанья!..»

На этом главу мы кончаем сказанья.

В то время скитался паломник и нищий,