Лас схватилась за сердце — на бегу, неожиданно.
— Помоги! — Тесан указала глазами на ближайшую скамейку. — Осторожно! Няня, вызвать врача? Прости, мы хотели…
— Ничего, сейчас пройдёт, — Лас отыскала в кармане пузырёк, отправила в рот крохотную капсулу. — Это от неожиданности.
Она уселась, спрятала лицо в ладонях. Лас, не делай так, это совсем по-детски! Не подобает прятать свои чувства, если там ничего дурного!
Ох, мама, тебя бы на моё место…
— Няня! — Тесан потрогала её за плечо. — Давайте прогуляемся! Вон туда, это недалеко! Там можно спокойно посидеть и пообедать! Я же вижу, ты голодная!
Лас кивнула, вытерла слёзы. Что ни делай, они, негодные, возвращались на глаза.
* * *
Лас замерла, как вкопанная.
Снова её портрет. Не такой огромный, но…
— Это что?! — указала она кивком. — Это…
— Книжный магазин, няня, — охотно пояснил Эверан. Возле магазина тоже был ажиотаж. Лас готова была поручиться, что некоторых из репортёров она уже видела.
— Не сейчас, — Лас повернулась в противоположную сторону. — Не сейчас! Я уже не выдержу! Тесс, какое-нибудь скромное заведение, где можно посидеть в спокойствии…
— Я знаю! — Тесан указала. — Вон там! Пять минут ходьбы.
* * *
Лас была очень голодна, но к еде приступила не сразу. Тесан, напротив, не стеснялась, быстро подчистила то, что было, и заказал ещё. «Куда в тебя лезет…» — проворчал Эверан, хотя и сам успел зверски проголодаться.
Няня ничего не спрашивала. К некоторому разочарованию внуков. Просто поглядывала на них и улыбалась.
— Можно? — в дверь их кабинета постучались. Вейс, и какая нарядная! Почему она так стесняется наряжаться? Старая привычка? Она ведь давно уже не бедствует. — Лас! Там тебя ждут, ждут, а ты здесь спряталась!
— Позволите? — ещё один незнакомец — долговязый, в годах — чем-то напомнил Лас учителя фехтования — беловолосый, моложавый, длиннолицый. — Простите, что перебиваю вашу трапезу! Это правда, вы и есть Лас-Таэнин эр Тегарон?
— К вашим услугам.
— Мы были счастливы, если бы вы посетили выставку! Понимаю, вас уже утомили вниманием, но… выставка продлится ещё три дня, — взгляд его стал умоляющим и восхищённым одновременно. — Ваши читатели будут счастливы!
Лас прикрыла глаза. Вейс вздрогнула, ей показалось, что Лас сейчас ответит не слишком вежливо.
— Завтра, — Лас улыбнулась и приняла очередную визитку. — Завтра к открытию выставки.
* * *
— Наверное, нет смысла спрашивать, да? — Лас остановилась на поляне в центральном парке города. Кругом — на горках, каруселях, качелях и тому подобном бегали сотни малышей. Шум, и гомон, говорить приходилось, повысив голос. — Нет смысла спрашивать, кто это устроил.
— Бабушка! — хором объявили внуки. Вейс засмеялась, махнула рукой — ну вас всех!
— Я только сказала, что, может быть — может быть! — на их выставки приедет родственница той самой Лас. Вот и всё. Я думала успеть на день рождения, но… — Вейс развела руками, точь-в-точь как Хорёк.
— Идите ко мне, — велела Лас. Обняла всех троих. — Спасибо, — сумела она выговорить и расплакалась. Вейс взглядом успокоила внуков — всё в порядке! — и отвела Лас к ближайшей скамейке. Села там, рядышком, прикрыла глаза и улыбалась. Ей было хорошо.
Тесан, конечно же, «щёлкнет» их обеих. Негодница. Ну хоть фото потом кому попало не раздаёт.
* * *
— Пора возвращаться, — подумала Лас вслух. Восьмой час, вскоре город оживёт по-новому — детвора и старики почти исчезли с улиц, вскоре начнётся иная, ночная жизнь. — Нас ждут.
— Лас, может, домой? — предложила Вейс. — У Вессен хорошо, и я туда очень хочу, но по-моему, тебе сейчас лучше дома. У себя дома.
— Ладно, домой, — согласилась Лас. Достала телефон. Он. Неожиданно, зазвонил — Вессен. Лас улыбнулась.
— Рада вас слышать, Лас, — Вессен явно улыбалась. — Вам понравилось?
— Вы уже знаете?
— Я смотрю телевизор. Иногда, когда там есть что-нибудь стоящее. Вы были великолепны!
— Спасибо, — Лас смутилась. Краем глаза заметила, что Тесан ободряюще улыбнулась и пару раз беззвучно хлопнула в ладоши. — Мы останемся сегодня здесь, в Тессегер-Лан.
— Я знаю. И никуда не тороплюсь, буду рада видеть вас в любое время. Приятно провести вечер! Ещё раз мои поздравления!
Бабушки и внуки, Тессегер-Лан, Неиверин 20, 21:30
Без Хорька жарить мясо было не так весело, но… они прекрасно справились.
— Ты вся прокоптилась! — недовольно заметила Вейс, глядя, как Тесан священнодействует над жаровней.
— Бабушки, мне предлагают новую работу, — Эверан помахал в воздухе конвертом. — У меня тоже праздник!
— О, как здорово! — восхитилась Лас. Вейс не раз жаловалась — наедине — что у внука золотые руки, и работает на совесть, но никто его не замечает. — И кто же?
— «Эмон сервис», — прочла Вейс. — Я слышала про них, очень уважаемая фирма. Это то, о чём ты мечтал, правда? Умница, я знала, что тебя всё-таки заметят! — Подошла, склонилась и расцеловала внука в обе щеки. — Это нужно отметить!
— Я сам, — сияющий Эверан убежал в дом… — Я сам!
— А ты? — Тесан вернулась с очередным ворохом шпажек. — Тесс, а у тебя есть, что отпраздновать?
— Вы, — улыбнулась девушка. — Вы у меня есть, это уже праздник!
— Тесс, ну перестань, — смутилась Вейс.
— Не перестану! Можешь дать по шее! Ну мелочи, ну придумала я две новых брошки, хорошо продаются… ничего особенного! Вот! — Тесан добыла из кармана коробочку, достала оттуда ещё одну брошь — в форме листика, всех цветов радуги. — Это тебе, няня! — Лас с улыбкой приняла, — и тебе, бабушка! Вери! Ве-е-ери! Захвати соус! Не слышит… — и умчалась в дом сама.
Вейс встала за спинкой стула, Лас откинулась, посмотрела ей в лицо, улыбнулась.
— Ты не обиделась? — тихонько спросила Вейс. — Правда?
— Побью, — посулила Лас, — вот тоже глупости! Вы мне такой подарок сделали!
— Мы что, — Вейс махнула рукой. — Это всё ты. Ну что? Будешь теперь приезжать чаще?
— Буду, — пообещала Лас, положила свою ладонь поверх её. — Обязательно.
Лас и Тесан, Вантар-Лан, Неиверин 21, 1:40
Лас проснулась — словно выпрыгнула, всплыла из сна. Уселась, ощущая бодрость и энергию в каждой клеточке.
Вейс спала на другой кровати, у противоположной стены. Её и хотелось быть поближе, и смущалась, особенно когда знала, что Лас, под боком, не спит. Лас усмехнулась. Всё-таки здесь, на севере, полно предрассудков. У них дома никого не волнует, кто, где и с кем спит — понятно, что слугам место только на коврике, а в остальном — всё, что за дверями твоего жилища — твоё личное дело. А за распускание слухов полагается суровое наказание. У человека есть долг и обязанность перед Сердцем Мира, а всё остальное никого не касается. Вот так. Всё просто и ясно. А здесь…
Она поднялась. Сна ни в одном глазу. И вспомнила слова Тесан — перед тем, как дверь в её комнату закрылась. «Так я вас жду, няня…»
Давно я так не бегала… как давно! И как приятно это было тогда — ночь, Луна, шёпот моря, ветер…
Лас скользнула к шкафу. Гибкость движений. Старость наступает не в теле, в голове — стоило забыть про возраст, и всё вернулось. И реакция, и ощущение силы.
Лас взяла с полки тефан, подбежала к двери. Хороший ковёр, хороший пол — ничто не скрипнула. Хотя Вейс от такого не проснётся. Вейс… Лас задержалась у её кровати, улыбнулась. Довольная, всем довольная бабушка — счастливое, спокойное лицо. Спи, Медвежонок. Я вернусь.
Затворила за собой дверь. Теперь можно и одеться. Через три минуты Лас была готова.
Лёгкий топот. Тесан появляется рядом с ней.
Они встретились взглядом и — рассмеялись. Беззвучно. Глаза Тесан блестели, и никакой мандарин она есть сейчас не станет. И так уже съели на ночь.
* * *