22 марта 1902 (20 февраля 1915) «Травы спят красивые…» Травы спят красивые, Полные росы. В небе — тайно лживые Лунные красы. Этих трав дыхания Нам обманный сон. Я в твои мечтания Страстно погружен. Верится и чудится: Мы — в согласном сне, Всё, что хочешь, сбудется Наклонись ко мне. Обними — и встретимся, Спрячемся в траве, А потом засветимся В лунной синеве. 22 марта 1902
«Мой вечер близок и безволен…» Мой вечер близок и безволен. Чуть вечереют небеса,— Несутся звуки с колоколен, Крылатых слышу голоса. Ты — ласковым и тонким жалом Мои пытаешь глубины, Слежу прозрением усталым За вестью чуждой мне весны. Меж нас — случайное волненье. Случайно сладостный обман — Меня обрек на поклоненье, Тебя призвал из белых стран. И в бесконечном отдаленьи Замрут печально голоса, Когда окутанные тенью Мои погаснут небеса. 27 марта 1902 (Лето 1904) «Ты — злая колдунья. Мой вечер в огне…» Ты — злая колдунья. Мой вечер в огне Багрянец и злато горят. Ты светишься денно и нощно во мне, Но твой презираю наряд. Я царь еще в жизни, — твоих багряниц Не страшен ни звон мне, ни свет. Воспряну в отчизне, поверженный ниц, Исторгну последний ответ! 30 марта 1902 «На темном пороге тайком…» На темном пороге тайком Святые шепчу имена. Я знаю: мы в храме вдвоем, Ты думаешь: здесь ты одна… Я слушаю вздохи твои В каком-то несбыточном сне… Слова о какой-то любви… И, боже! мечты обо мне… Но снова кругом тишина, И плачущий голос затих… И снова шепчу имена Безумно забытых святых. Всё призрак — всё горе — всё ложь! Дрожу, и молюсь, и шепчу… О, если крылами взмахнешь, С тобой навсегда улечу!.. Март 1902 (1910) «Я медленно сходил с ума…» Я медленно сходил с ума У двери той, которой жажду. Весенний день сменяла тьма И только разжигала жажду. Я плакал, страстью утомясь, И стоны заглушал угрюмо. Уже двоилась, шевелясь, Безумная, больная дума. И проникала в тишину Моей души, уже безумной, И залила мою весну Волною черной и бесшумной. Весенний день сменяла тьма, Хладело сердце над могилой. Я медленно сходил с ума, Я думал холодно о милой. Март 1902 (Февраль 1914) «Я жалок в глубоком бессильи…» Я жалок в глубоком бессильи, Но Ты всё ясней и прелестней. Там бьются лазурные крылья, Трепещет знакомая песня. В порыве безумном и сладком, В пустыне горящего гнева, Доверюсь бездонным загадкам Очей Твоих, Светлая Дева! Пускай не избегну неволи, Пускай безнадежна утрата,— Ты здесь, в неисходной юдоли, Безгневно взглянула когда-то! Март 1902 (1916) «Испытанный, стою на грани…» Испытанный, стою на грани. Земных свершений жизни жду. Они взметнутся в урагане, В экстазе, в страсти и в бреду. Испытанный, последних терний Я жду перед вечерней мглой. Но засветить огонь вечерний В моей ли власти молодой? Март 1902 «Весна в реке ломает льдины…» Весна в реке ломает льдины, И милых мертвых мне не жаль: Преодолев мои вершины, Забыл я зимние теснины И вижу голубую даль. Что сожалеть в дыму пожара, Что сокрушаться у креста, Когда всечасно жду удара Или божественного дара Из Моисеева куста! Март 1902 «Ищи разгадку ожиданий…» Ищи разгадку ожиданий В снегах зимы, в цветах весны, В часы разлук, в часы свиданий Изведай сердца глубины… В томленьях страстного недуга, В полях ожесточенных битв, В тиши некошенного луга Не забывай своих молитв. Март 1902 (Январь 1916)
«Кто-то вздохнул у могилы…» Кто-то вздохнул у могилы, Пламя лампадки плывет. Слышится голос унылый — Старый священник идет. Шепчет он тихие речи, Всё имена, имена… Тают и теплятся свечи, И тишина, тишина… Кто же вздохнул у могилы, Чья облегчается грудь? Скорбную душу помилуй, Господи! Дай отдохнуть. |
