17 января 1902 «Мы преклонились у завета…» Мы преклонились у завета, Молчаньем храма смущены. В лучах божественного света Улыбка вспомнилась Жены. Единодушны и безмолвны, В одних лучах, в одних стенах, Постигли солнечные волны Вверху — на темных куполах. И с этой ветхой позолоты, Из этой страшной глубины На праздник мой спустился Кто-то С улыбкой ласковой Жены. 18 января 1902 Исаакиевский собор
(Лето 1904) НА МОГИЛЕ ДРУГА Удалены от мира на кладбище, Мы вновь с тобой, негаданный мертвец. Ты перешел в последнее жилище, Я всё в пыли, но вижу свой конец. Там, в синеве, мы встретим наши зори, Все наши сны продлятся наяву. Я за тобой, поверь, мой милый, вскоре За тем же сном в безбрежность уплыву. 22 января 1902 (1910) «Я укрыт до времени в приделе…» Я укрыт до времени в приделе, Но растут великие крыла. Час придет — исчезнет мысль о теле, Станет высь прозрачна и светла. Так светла, как в день веселой встречи, Так прозрачна, как твоя мечта. Ты услышишь сладостные речи, Новой силой расцветут уста. Мы с тобой подняться не успели,— Загорелся мой тяжелый щит. Пусть же ныне в роковом приделе, Одинокий, в сердце догорит. Новый щит я подниму для встречи, Вознесу живое сердце вновь. Ты услышишь сладостные речи, Ты ответишь на мою любовь. Час придет — в холодные мятели Даль весны заглянет, весела. Я укрыт до времени в приделе. Но растут всемощные крыла. 29 января 1902 (1918) «Целый день — суета у могил…» Целый день — суета у могил. В синеватом кадильном дыму Неизвестный уныло бродил, Но открылся — лишь мне одному. Не впервые встречаюсь я с ним. Он — безликий и странный пришлец. Задрожали бы все перед ним, Мне же — радостен бледный мертвец. Мглистый призрак стоял предо мной В синеватом куреньи кадил. Он владеет моею душой. Он за мною тогда приходил. Январь 1902 (1918) «Война горит неукротимо…» Война горит неукротимо, Но ты задумайся на миг,— И голубое станет зримо, И в голубом — Печальный Лик. Лишь загляни смиренным оком В непреходящую лазурь,— Там — в тихом, в голубом, в широком Лазурный дым — не рокот бурь. Старик-пастух стада покинет, Лазурный догоняя дым. Тяжелый щит боец отринет, Гонясь без устали за ним. Вот — равные, идут на воле, На них — одной мечты наряд, Ведь там, в широком божьем поле, Нет ни щитов, ни битв, ни стад. Январь 1902 (25 декабря 1914) «Вдали мигнул огонь вечерний…» Вдали мигнул огонь вечерний — Там расступились облака. И вновь, как прежде, между терний Моя дорога нелегка. Мы разошлись, вкусивши оба Предчувствий неги и земли. А сердце празднует до гроба Зарю, мигнувшую вдали. Так мимолетно перед нами Перепорхнула жизнь — и жаль: Всё мнится — зорь вечерних пламя В последний раз открыло даль. Январь 1902 (10 января 1916) «И были при последнем издыханьи…» …И были при последнем издыханьи. Болезнь пришла и заразила всех. В последний раз в прерывистом дыханьи Боролись жизнь, любовь и смертный грех Он, озарен улыбкой всепознанья, Нашел удушливый голубоватый смех. Январь 1902 «В пути — глубокий мрак, и страшны высоты…» В пути — глубокий мрак, и страшны высоты Миндаль уже цветет, кузнечик тяжелеет, И каперса осыпались цветы. Но здешней суеты душа не сожалеет. Свершай свои круги, о, чадо смертных чад, Но вечно жди суда у беспощадной двери Придет урочный час — и стражи задрожат, И смолкнут жернова, и смолкнут пенья дщери Январь 1902 «Уходит день. В пыли дорожной…» Уходит день. В пыли дорожной Горят последние лучи. Их красный отблеск непреложно. Слился с огнем моей свечи. И ночь моя другой навстречу Плывет, медлительно ясна. Пусть красный отблеск не замечу,— Придет наверное она. И всё, что было невозможно В тревоге дня иль поутру, Свершится здесь, в пыли дорожной, В лучах закатных, ввечеру. 1 февраля 1902
«Сны раздумий небывалых…» Сны раздумий небывалых Стерегут мой день. Вот видений запоздалых Пламенная тень. Все лучи моей свободы Заалели там. Здесь снега и непогоды Окружили храм. Все виденья так мгновенны — Буду ль верить им? Но Владычицей вселенной, Красотой неизреченной, Я, случайный, бедный, тленный, Может быть, любим. Дни свиданий, дни раздумий Стерегут в тиши… Ждать ли пламенных безумий Молодой души? Иль, застывши в снежном храме Не открыв лица, Встретить брачными дарами Вестников конца? |
