Я уже почти вышел к просёлочной дороге, когда из-за кустов орешника на меня вынырнула тёмная фигура.
Мужчина в униформе ИСБ. В руках покачивался короткоствольный автомат, на груди краснела огоньком рация. Он патрулировал периметр на этом берегу на случай, если я выплыву именно здесь? Грамотно работают, сволочи.
Мы столкнулись нос к носу. Расстояние было метра три.
ИСБшник вскинул голову. Луч его налобного фонаря ударил мне в лицо. Глаза патрульного расширились.
А в следующее мгновение воздух вокруг него затрещал от статического электричества. Автомат он даже не стал поднимать, вместо этого вскинул руки. Между его ладонями с шипением сформировался ослепительно-белый сгусток молний.
Маг-воздушник со специализацией на электричестве. Твою мать! Неужели это тот самый хмырь, который швырял в нас с Ефросиньей молнии? Как же некстати!
— Стой! — рявкнул он, и его голос дрогнул от адреналина. — Руки за голову, гнида, иначе сожгу к чертям!
— Ну что же ты сам напросился, приятель, — пробормотал я.
Сейчас мне вообще не улыбалось вступать в магический поединок. Вспышки заклинаний привлекут других патрульных, и тогда мне точно конец. Действовать нужно было быстро, грязно и тихо.
— Сдаюсь-сдаюсь! — я поднял руки, делая вид, что напуган, и сделал неуверенный шаг назад, словно собираясь опуститься на колени.
ИСБшник чуть расслабился, предвкушая лёгкую добычу и премию от начальства. Его молния в руках чуть потускнела.
И это была его главная ошибка.
Я рванул с места, как спущенная пружина.
Рывок в сторону. Уход с линии атаки Скольжением. Маг швырнул разряд туда, где я стоял долю секунды назад. Молния с треском ударила в ствол сосны. Раздался взрыв.
А я уже скользил влево, уходя в слепую зону. Сократил дистанцию до минимума. Оказался перед ним.
В глазах человека мелькнул страх. Он попытался отшатнуться, попытался сформировать новый разряд, но было поздно.
— Ты сейчас очень некстати, — прошептал я. — Я злой, как чёрт!
Мой кулак впечатался ему в челюсть.
Хрусть!
Этот чудак даже не удосужился накинуть на себя Кольчугу Души! Какая же всё-таки у этих «элитных» бойцов расслабленность! Если они идут брать преступника моего уровня, то обязаны держать щиты поднятыми! Неужели они настолько уверены в своей безопасности?
Кулак прошёлся по незащищённой кости. ИСБшник клацнул зубами, глаза закатились, и он рухнул в грязь. Молнии на пальцах с шипением угасли.
Я постоял над ним пару секунд, прислушался. Лес молчал. Звук разрыва молнии был громким, но, возможно, его списали на грозу или на действия своих на том берегу.
— Спи, салага, — буркнул я, растирая ушибленные костяшки.
После этого опустился на колени и обшарил бедолагу. Документы, рация, запасная обойма, наручники. Ничего интересного. А вот сам патрульный…
Я прикинул его габариты. По росту и комплекции мы были почти одинаковыми. Разве что он был чуть шире в плечах, но это даже к лучшему.
Его одежда была мне необходима. Моя собственная куртка и штаны превратились в мокрые лохмотья, которые тянули меня в могилу. К тому же, форма ИСБ — это отличный пропуск.
Люди редко смотрят на лица официальных чиновников. Они смотрят на форму, на шевроны, на уверенную походку. Психология толпы. В этой форме я смогу добраться до города, не вызывая подозрений у случайных прохожих или полиции.
— Извини, братан, но тебе придётся немного помёрзнуть, — сказал я бесчувственному телу.
Пришлось стащить с него куртку и штаны. Скинул свои мокрые шмотки, оставшись в одном термобелье, и натянул форму патрульного.
— Бекет двадцать! — проснулась рация. — Бекет двадцать, что у вас?
— Бекет двадцать на связи! Квадрат под контролем! Отбой.
Ну, хорошо, что квадрат под контролем. Я за них спокоен!
Одежда села почти нормально. Чуть жала под мышками, но это мелочи, зато ткань плотная, не продувается ветром. Тепло начало возвращаться в тело. Я застегнул куртку под самое горло, натянул на голову чёрную шапочку-бини, надвинул поглубже на глаза. Берцы тоже подошли. Неужели Фортуна всё-таки решила меня порадовать хотя бы таким образом?
Я оттащил раздетого до подштанников ИСБшника под кусты орешника, чтобы его не сразу нашли, и присыпал сверху прошлогодней листвой. Живой, курилка! Часа через два очухается. Простудиться может, но зато усвоит урок о важности Кольчуги Души в полевых условиях.
Поправив разгрузку, я зашагал прочь от озера.
Мне нужно добраться до безопасного места и выйти на связь с союзниками. К Морозовым соваться опасно, если за их особняком наверняка установили слежку. К отцу тем более не пойдёшь — родовое поместье сейчас тоже под колпаком.
Оставался только один человек, который обладал достаточным опытом для скрытной операции.
Мизуки Сато.
Девушка, которая умела проникать в охраняемые здания и исчезать без следа. Если кто и сможет выяснить, куда Завьялов увёз Ефросинью, и помочь мне вытащить её оттуда, так это она.
Всё, решено! Иду к ней!
Однако, стоило мне отдалиться на пятьдесят метров от того места, где лежал неудачливый землевик, как рация ожила:
— Яркий один! Яркий один, ответь!
Конечно же я не собирался отвечать. Однако, послушал, что будет дальше.
— Яркий один, почему не отвечаешь? Внимание! Квадрат десять под особый контроль!
Ядрёна медь, похоже, что я поспешил с мыслью о том, что Фортуна повернулась ко мне лицом.
Глава 5
Вот что за гадость, а? Яркий, блин! Ну что ты за гандон такой, а? Даже в беспамятстве меня подставляешь!
Сначала в голове рисовался красивый план: вот сейчас я, весь из себя такой офигенный гений, натяну форму вырубленного ИСБшника, надвину шапочку, сделаю морду кирпичом и пойду тормозить машину на улице. А там под шумок доберусь до города.
Ага, щас! Размечтался, одноглазый! Вместо этого призвал на территорию рядом с собой ИСБшников!
А если они будут с собаками, то быстро найдут своего «Яркого» с голыми… кхм, пятками!
Я продрался сквозь мокрый кустарник, поёжился, когда казённая куртка прилипла к телу. Не совсем приятные ощущения.
Как только этот недоделанный маг-молниевик очухается в кустах, то тут же доложит о моём финте ушами. И что тогда? А тогда по всем каналам полетит ориентировка: «Особо опасный террорист Ярославский переодет в форму патрульного ИСБ».
И всё. Финита ля комедия. Мой наряд станет красной тряпкой для каждого патруля в радиусе пятидесяти километров. Я своим видом буду буквально орать: «Эй, парни, вот он я! Вяжите меня семеро, ведите в отдел да премию получайте!» Любой встречный мент или гвардеец сразу же начнёт спрашивать, как пройти в библиотеку.
— Прочесать квадрат десять! — донеслось из рации. — Яркий один не выходит на связь!
— Нет, братан, так дела не делаются, — пробормотал я себе под нос и сплюнул горькую слюну. — От этого маскарада надо срочно избавляться.
Я резко забрал вправо, уходя глубже в лес. Насколько я помнил карту этой местности, то здесь, за полосой деревьев, должен начинаться старый дачный сектор. И точно — минут через десять я наткнулся на покосившийся забор из сетки-рабицы. За ним темнел типичный домик семейной пары божьих одуванчиков: шиферная крыша, теплица из поликарбоната и грядки.
Вот к ним-то я и решил наведаться. Ну а что делать? Выбора не было от слова «совсем».
Я бесшумной тенью перемахнул через забор. Интуиция не подвела: на верёвке, натянутой между яблоней и столбом крыльца, висело бельё. Местная бабушка Аграфена не успела снять постиранное до начала грозы, и теперь вещи Семёна Михайловича (или как там звали деда) покорно мокли под проливным дождём.
— Простите, уважаемые, — мысленно извинился я, сдёргивая с верёвки выцветшую фланелевую рубашку в клетку и безразмерные вельветовые штаны. — Как только меня оправдают, клянусь, куплю вам новый гардероб от лучших кутюрье Империи.
Переодевание заняло пару минут. Скинув форму ИСБ, я аккуратно сложил её на крыльце глядишь, деду ещё медаль дадут за возврат казённого имущества, хотя, скорее всего, просто затаскают по допросам. Влез в сырые дедовские шмотки. Штаны оказались коротковаты, открывая щиколотки, а рубашка, наоборот, висела мешком.