Фрегат под первым номером плавно тронулся вперёд. Мимо рубки авианосца проплыл его чёрный борт, но едва за ним прошли сопла, как в воротах вырос второй такой же нос, а следом и третий. Когда вся десятка фрегатов вышла в открытый космос, за ними двинулись сама «Королева роя», обновлённая «Буря-0» и корпус «Молота», выстраиваясь в единую эскадру из тринадцати кораблей!

Едва они вошли в квадрат полигона, тигрица взяла управление строем на себя и скомандовала перестроение. Десять фрегатов синхронно плеснули боковыми дюзами и разошлись выше и ниже эклиптики, замыкая оборонительную сферу вокруг авианосца. А когда Рагна приказала головной паре идти на прорыв, два корабля словно сорвались с цепи: двигатели полыхнули синим огнём, и обе туши на полном ходу перекрыли подход к воротам носителя броневыми лбами.

Следом перешли к стрельбе по списанному рудовозу, обшитому листами стали. На первом «Носороге» упали броневые ставни батарей. Фрегат подошёл вплотную, все тридцать шесть автоматов грохнули разом и за считаные секунды изжевали мишень в решето. И тут же с мостика первого борта прорвался озадаченный голос Киры:

— Флагман, у нас лобовой экран белым снегом затянуло! Мы эту посудину разнесли или сейчас лбом в неё влетим?!

— В щепки разнесли, первый борт, не дёргайтесь, — буднично ответила Веста с «Королевы роя», сверяясь с радаром. — Нора, уводи вправо и вниз под обломки: у вас носовые датчики от собственной плазмы на четыре секунды ослепли, сейчас прояснится.

— Поняла, иду по твоей нитке, — сухо отозвалась куница, чисто уводя фрегат из раскалённого облака.

Эту особенность кораблей без щита Корвин с Рагной сразу записали в тактику: в ближней свалке «Носороги» бьют стаей по внешней наводке авианосца, захлопывая броневые ставни над антеннами в миг залпа.

Когда корабли вернулись на стоянку, двери рубки открылись и на мостик поднялась Рагна с планшетом в руке:

— Самое время менять тебе должность, барон. Дюжина «двоек» в строю, на очереди «тройка» — в кресле капитана одного корабля ты уже не помещаешься.

С этого дня Корвин принимал звание командующего флотом «Чёрный дракон», делая «Королеву роя» своим флагманом. Рагна оставляла за собой мостик «Бури-0» и становилась первым заместителем по бою, а на Лилит ложились канцелярия и снабжение. Он пробежал глазами по строчкам, подписал приказ и по общей связи поздравил всех десятерых капитанов с принятием вымпелов, пообещав вечером устроить большой праздник.

***

Когда десятый фрегат встал в строй и все двенадцать боевых кораблей прошли обкатку в одном ордере, Корвин наконец смог заняться следующей ступенью. Конвейеры и прессы «Молота» доказали, что уверенно держат нагрузку, а новые станки уже позволяли замахнуться на проекты третьего поколения из его прошлой жизни.

Чертежи его главного детища — линейного крейсера «Буря» — были готовы к закладке хоть завтра: рама и станки «Молота» уже тянули такой корпус, дело упиралось лишь в редкие сплавы да тяжёлые энергоядра третьего поколения. Заглянувшая со списками гостей Лилит заметила его прищур:

— Десять новых фрегатов уже перестали казаться вам крупной обновкой, барон?

— Да вот считаю смету на наш следующий флагман. Готовься, Лилит: в ближайший месяц нам очень понадобятся свободные десять миллионов крон, — Корвин постучал костяшкой пальца по графе редких сплавов.

У суккубы от такой цифры заблестели глаза:

— В таком случае кому-то в системе Полярис скоро придётся щедро поделиться с нами своими доходами, — ласково заметила она.

Едва она вышла, из лаборатории «Молота» дали знать: медицинский синтезатор наконец выгнал из трёх биоядер маток чистую ампулу боевой сыворотки второй ступени. До праздничного ужина оставалось чуть больше часа. Корвин спустился в медотсек, где его уже поджидала Рагна — колоть новую вытяжку в одиночку за запертой дверью тигрица наотрез запретила.

Корвин скинул китель с рубашкой на стул, сел на край стальной кушетки и вколол густой янтарный раствор в бедро. На этот раз удар пошёл не просто по мышцам — по костям и жилам словно пустили жидкий плазменный огонь. От резкого скачка температуры перед глазами поплыли багровые круги, а грудную клетку сдавило так, что перехватило дыхание. Стоявшая рядом тигрица мгновенно шагнула вплотную, прижала к его затылку ледяной компресс и твёрдо удержала за плечо, не давая завалиться на спину:

— Дыши глубже, Корвин, не зажимай грудь! Пульс под двести бьёт, гони волну на выдох!

Судорога скрутила предплечья с такой силой, что его правая ладонь со скрежетом смяла трубчатый стальной поручень кушетки, сплющив толстый металл как оловянную ложку. Через пять минут обжигающая лихорадка вдруг схлынула, оставив после себя пугающую, звериную ясность и гудящую в каждом мускуле мощь. Корвин открыл глаза, увидел склонившееся в полушаге лицо Рагны и, прежде чем она успела убрать прохладную ладонь с компрессом, неуловимым движением перехватил обе её кисти одной рукой.

Тигрица от неожиданности дёрнулась назад, но вырвать запястья из этого стального замка уже не смогла — её зрачки расширились, когда она ощутила на себе его новую хватку. Второй рукой Корвин поймал её за талию и легко усадил к себе на колени.

— Пульс, говоришь, под двести? — хрипловато усмехнулся он, глядя в её вспыхнувшие жёлтые глаза и чувствуя, как горячо бьётся жилка у неё на шее. — Тогда давай проверим, как на такую нагрузку ответит сердце моего генерала.

Рагна глухо выдохнула и сама подалась навстречу его губам, забыв про всякую субординацию. Поцелуй вышел долгим и пьянящим — оторвалась она от него только тогда, когда в коридоре за переборкой загудели шаги первой смены, идущей переодеваться к празднику. Оперевшись ладонью о его горячую грудь и переводя дыхание, тигрица покосилась на сплющенный в лепёшку поручень кушетки:

— Ну и силища в тебе теперь бродит, барон... Сегодня ночью после банкета мне, пожалуй, придётся запирать каюту на два оборота — чтобы никто лишний не помешал.

***

Площадку стапельного цеха в этот вечер было не узнать. Под потолком зажгли полное освещение, вдоль столов сновали вестовые с блюдами жареного мяса. Корвин вполголоса обсуждал дела с Лилит, но когда в проходе между рядами показалась Рагна, осекся на полуслове. Тигрица пришла без рабочей куртки, в светлой рубашке, а густые белые волосы уложила высоко наверх серебряными шпильками, открыв плечи и линию шеи.

Идти под сотнями взглядов без привычной распущенной гривы и глухого воротника ей самой было явно непривычно. Подойдя к главному столу, Рагна машинально подняла руку к затылку, собираясь ослабить тугую прядь, но сидевшая слева Лилит тут же предостерегающе постучала ногтем по краю скатерти:

— Даже не вздумайте трогать верхнюю шпильку, генерал. Я полчаса возилась с вашей упрямой гривой у зеркала вовсе не для того, чтобы вы разобрали всё обратно на первой же минуте.

— Больно уж голо загривку с твоей столичной наукой, будто без шлема под обстрел вышла, — проворчала Рагна, однако руку от затылка послушно убрала и посмотрела на Корвина.

— Лилит права, ничего не трогай. Тебе очень идёт, когда волосы убраны вот так, — честно сказал он, поднимаясь навстречу.

Рагна чуть повела плечом, пряча улыбку, и села справа от него. Лилит придвинула тарелку слева:

— Раз уж смотр командиров закончен, пора покормить и самого командующего. Тем более что рассадить всех желающих поближе к вашему креслу оказалось труднее, чем расписать вахты на десяти фрегатах.

Тигрица намёк оценила и с самым невинным лицом пододвинула свой стул ещё на пол-ладони к Корвину.

После тоста за эскадру дома Айре и танца с Рагной он вернулся к столу под руку с Лилит. В огромном сборочном пролёте вовсю гудел праздник. Вестовые как раз выкатили к среднему ряду попутную посылку с Драконьего Предела: Хельга прислала боевым подругам из своей речной кузницы три бочонка копчёного на торфе гольца и охапку сухого серебристого вереска с базальтовых скал.

За соседним столом хохотали новые командиры фрегатов и старая смена «Бури-0». Рыжеухая Кира сидела во главе лавки в свежем кителе с капитанским кантом, то и дело гордо косясь на свой обшлаг. А напротив Грейс с огромной оловянной кружкой эля басовито наставляла вчерашнюю соседку по кубрику: