— Я всё знаю по вас!

По моей спине пробежал холодок. Что она теперь будет делать?

— Мне уже всё равно! Можешь мне поверить — если бы Марк мне был нужен — у тебя не было бы ни единого шанса!

— Он сказал вы расстались... — единственное, что я произнесла.

— Да! И это я его бросила! — ткнув себя в грудь пальцем, надменно посмотрела на меня Вешнякова. — Так что, нравится — донашивай!

— Но он же не вещь какая-то, чтобы так о нем говорить. Марк — хороший…

— Все они хорошие, пока спят зубами к стенке! — фыркнула Ася и уже хотела уйти, но, опять развернувшись, добавила. — Я знаю, что вы с подругами задумали! Не надейтесь, что у вас получится! Корона — моя! — в её глазах сверкнули опасные огоньки. — Уж этого тебе у меня не забрать!

— Асенька! — появилась из-за дверей Крис, которая, смерила меня высокомерным взглядом и повернулась к Асе. — Смотри — мне тоже идет голливудская волна. — и она провела рукой по своим волосам.

— Ксю говорит, что с такой прической хоть на сцену. Ась… — заискивающе посмотрев на подругу, говорила Крис. — Я вот думаю, может мне в этом году тоже в конкурсе поучаствовать?

— Ксюша постоянно несёт всякую чушь! Нашла кого слушать! — резко отчеканила Ася, а затем, повернувшись ко мне, спросила. — У вас есть же свободная кровать, а, Ласточкина?

— Эм. Вроде есть раскладушка за шкафом, а что? — не понимая, к чему она клонит, замешкалась я.

— Пойдёшь к ним, предательница? — сверкнув глазами, накинулась на подругу Ася.

— Ася! Да ты чего?! Я же просто спросила! — растерялась Крис. — Не пойду я ни на какой конкурс!

— А то смотри! У них и место есть! — и гордо дёрнув головой, Ася удалилась в свою комнату.

Видимо сегодня день такой — планеты как-то неудачно сошлись и подруги из-за этого ссорятся. Меркурий там шалит, что ли? Или коридор дружеских затмений?

Я посмотрела на Крис, которая показалась мне не расстроенной, а скорее обозлённой. Резко откинув волну с плеч, она, прищурившись, посмотрела на меня:

— А ты чего уставилась, «Буратина» горбатая?! — выпалила Крис и, громко топая, удалилась в сторону комнаты вожатой, теребя на руке браслет.

Я потрогала свою горбинку на носу. Ну за что мне это?! Почему у всех нос, как нос, а у меня такая напасть?! Слёзы выступили на глаза, и я быстрым шагом пошла к лестнице. Сбежала с неё и побежала по тропинке, выискивая взглядом Маринку.

Я ходила по территории, но подруги нигде не было видно. Заглянула на качели, но, заметив там влюблённую парочку, тут же незаметно ускользнула.

Странно, что не Климов там, а то обычно — куда не глянь — везде он милуется.

Потом я обошла корпус с обратной стороны, но всё безуспешно. А вот когда шла мимо спортплощадки, увидела там несколько ребят и среди них Марка и поспешила удалиться, пока он меня не заметил. Не хватало ещё, чтобы он видел меня такую — в растрёпанных чувствах.

— Фаина? — послышалось за спиной. — Постой! — я остановилась, но оборачиваться не стала, в надежде что это всё же не он. — А я как раз к тебе хотел зайти. Погода вон какая! Может прогуляемся? — передо мной появился именно Марк.

Его карие глаза беспокойно скользнули по моему лицу, и улыбка тут же слетела с губ. Погода и в самом деле стояла распрекрасная. Солнце жарило так, будто мы не в Ленинградской области, а в разгар сезона в Краснодарском крае. Воздух был тяжелым, отчего казалось, что каждый вдох делается с трудом.

— Тебя кто-то обидел? — беспокойно спросил Марк, пока я пыталась отвести в сторону глаза, потому что боялась, что если он увидит мои слёзы, то решит, что я маленькая и глупая.

Я отрицательно покачала головой и ощутила, как слёзы выступают на глаза. «Нет! Нет! Остановитесь!» — взмолилась я, но им была безразлична моя просьба, и они стали соскальзывать по ресницам вниз.

Марк теперь казался таким растерянным, что мне захотелось провалиться сейчас под землю. Он осторожно провел пальцем по моей щеке, смахивая слезинку.

— Эй… Хочешь рассказать, что случилось?

Я снова отрицательно закачала головой.

Он взял меня за руку и мы медленно пошли по тропинке между корпусов.

— Пойдем, покажу одно место. Тебе понравится. — и Марк ускорил шаг, не отпуская мою руку.

Мы свернули на узенькую тропинку, заросшую травой, обошли заброшенный корпус, за ним оказалась небольшая полянка, вся усеянная цветами. По траве рассыпались жёлтые рапсы, пушистые одуванчики, нежные колокольчики и ещё некоторые виды цветов, названия которых я не помнила. На зелёном покрывале травы, словно маленькие бусинки — белые, розовые, васильковые оттенки. А над ними возвышались стройные тёмно-фиолетовые люпины. Словно короли этой поляны, они завладели моим вниманием больше остальных цветов.

— Пошли! Ты же не была здесь? — Марк тянул меня за руку, а я упиралась.

— Нет… А что, если сюда нельзя заходить?

— Скажем, что не знали. — пожал плечами Марк, которого, видимо, не особо волновало соответствие правилам лагеря.

Оглянувшись вокруг, я немного расслабилась, потому что ни вожатых, ни других ребят видно не было. Мы здесь одни, за исключением громко стрекочущего кузнечика, притаившегося где-то на этой поляне.

Я сдалась и, скинув сандалии, пробежалась по мягкой траве, нагретой солнцем, наслаждаясь видом.

— Жаль, что ты не в моей любимой пижаме. — усмехнулся Марк и я заметила, что он сфотографировал меня на телефон.

— Удали! — я тут же бросилась к нему, стараясь отобрать телефон, но он быстро дёрнулся с места и побежал по траве.

Тогда я сорвала люпин и, размахивая им как лассо и высоко подняв над головой, попыталась попасть в Марка, а тот, конечно же, увернулся. Затем уже он сорвал несколько цветков и кинул их россыпь в меня. Маленькие цветочки зацепились за волосы, а я снова постаралась догнать Марка, чтобы удалить фотографию, на которой я наверняка плохо получилась. Так мы и носились по полянке, пока я не оступилась и, подвернув ногу, повалилась в траву.

— Фаина?! — послышался испуганные голос, когда я очутилась практически носом у земли.

Перевернувшись на спину, я счастливо смеялась. Мне повезло, и нога почти не болела.

— Ты меня напугала! — сказал Марк и, опустившись на землю, улёгся рядом со мной, отчего моё сердце забилось с удвоенной силой вовсе не от бега.

Потом он приблизился ко мне и хитренько улыбнулся, так что ямочки на его щеках подпрыгнули.

«Неужели сейчас?» — пронеслось в моей голове и я затаила дыхание. Но тут у меня перед глазами появился полупрозрачный пушистый одуванчик, и Марк со всей силы дунул его прямо на меня.

— Тьфу! Тьфу! — замахала я руками, стараясь проморгаться, а Марк в это время заливисто и бессовестно красиво засмеялся.

А когда раскрыла глаза, он был уже так близко, что я перестала дышать, словно забыла, как это делается.

— Я рад, что смог тебя развеселить. — прошептал он. — Ну что, теперь расскажешь?

— Я поссорилась с подругой… — выдохнула я. — А потом ко мне ещё Ася с Крис заглянули — напомнить, что они «королевы», а я — нет.

— Они сами не знают о чём говорят. Фаина, ты самая необычная девушка из всех, что я встречал.

— Я?! Ты, наверное, шутишь? — я даже приподнялась на локте и посмотрела в тёмные глаза.

— Ты очень милая и мне хорошо, когда ты улыбаешься. — с этими словами Марк заправил прядь моих волос за ухо и поцеловал в шею.

Простое прикосновение губ к коже вызвало в моём теле миллиарды фейерверков. Мотыльки в груди затрепетали, словно их посадили в банку с самой яркой лампочкой на свете. Краска прилила к щекам, и я не знала куда деть свои глаза.

Тут на меня упала капля воды, затем ещё одна и ещё.

— Кажется дождь. Бежим? — Марк уже был на ногах и, дёрнув меня за руку, помог мне подняться.

Мы понеслись вдоль корпусов, держась за руки. Поднялся ветер, и солнце спряталось за тёмными тучами. Одной рукой я старалась придерживать край сарафана, который постоянно норовил дёрнуть порывистый ветер.

Когда мы добежали до корпуса, началась гроза.