Я не знала, что на это ответить, и потянулась к бутылке с водой. Отпила немножко. Телефон снова зажужжал.

Значит, у Райли пьянка. Чертов мальчишник.

Я покачала головой и ничего не ответила. Написала Сэм, но та уехала в Денвер к маме.

Мальчишник у него, значит. Я схватила губку и принялась драить нашу грязную кухню. Райли даже не вспомнил обо мне. А как же наши идеальные отношения? На бумаге все чистенько и безупречно, как и должно быть для его «будущей политической карьеры». Но где Мистер Безупречность сегодня, когда он так нужен? Кухонные столешницы застонали под моим яростным натиском, затем я переключилась на шкафы, полы и холодильник. Отдраила даже полки в кладовке. Ни одна пылинка, ни одно пятнышко не укрылись от моего гнева.

Три часа спустя я, вся взмокшая от пота, яростно швырнула в раковину губки и резиновые перчатки. Я закончила уборку, но легче мне не стало.

— Что так лимонами пахнет? — Гас сморщил нос.

Подошвы его кроссовок скрипели по мокрому полу, пока он волочил свою сумку со снаряжением обратно в прачечную. Мама хорошо его натаскала.

— Лимонами и пиццей, — услышала я смех Джоша. Он поставил на кухонный островок три огромные коробки с пиццей. — Печенье — это, конечно, хорошо, но я испугался, что вам не хватит витаминов и микроэлементов.

Я сдула с лица выбившуюся прядку волос. Лучезарной улыбке Джоша противостоять было невозможно.

— А в пицце, значит, есть все нужные витамины и микроэлементы?

Он потянулся ко мне и убрал прядку рыже-каштановых волос за ухо. Его пальцы случайно скользнули по шее. Или не случайно?

— Пицца — исключение из правил.

Он не отошел и так и остался стоять в нескольких сантиметрах от меня. Я каждой клеточкой ощущала эту близость.

— Разумеется.

Мы стояли и смотрели друг на друга в заряженной тишине. Но рядом с Джошем я не испытывала неловкости, даже когда молчала. Не хотелось открывать рот и придумывать остроумные реплики. Воздух вокруг гудел, будто наэлектризованный.

— А, мистер Уокер! — На кухню зашла бабуля и похлопала его по спине. — Моей внучке нужно выбраться из дома, а ее парень куда-то запропастился. — Возможно, мне послышалось, но, кажется, она вполголоса добавила: «Как обычно». — Можете сводить ее куда-нибудь?

Я густо покраснела. Бабуля, судя по всему, догадалась, что Райли меня кинул. А может, предвидела, что нечто подобное произойдет?

— Даже не знаю, мэм. — Джош склонил голову и с любопытством взглянул на меня.

— Она превратилась в затворницу, мистер Уокер. Еще немного, и начнет приводить домой бездомных кошек. Прошу, сводите ее развеяться. Мир скажет вам спасибо.

— А где Райли? — Джош поджал губы.

От двойного унижения я готова была провалиться сквозь землю.

— В Брекенридже на мальчишнике. — В моем голосе сквозила обида.

— На мальчишнике, значит, — вздохнула бабушка.

Джош кивнул, задумчиво глядя перед собой:

— Ясно.

Целый вихрь эмоций промелькнул в его глазах, и что-то в атмосфере изменилось, едва заметно и в то же время значительно.

— Хочешь, заявимся на этот мальчишник без приглашения?

Я задрожала от волнения. Ого! Сюрприз, Райли! Но благоразумие одержало верх и вернуло к реальности.

— Мне нельзя уезжать так далеко.

Бабуля вздохнула:

— Ерунда, Джош, через час она будет готова и захватит сменную одежду. Увидимся завтра. Возьми ключ, переночуешь в домике в горах.

На сорокапятилетие папа подарил маме деревянный дом в горах: его первая в жизни крупная покупка и доказательство, что скоро они поселятся в одном месте и ей не нужно будет больше переезжать.

При мысли о предстоящем приключении внутри похолодело. Возникло чувство, будто я предаю отца. Я слишком мало горевала по нему, не носила черное, не выплакала достаточно слез.

— Я просто не хочу. Я не готова.

— Твоя сестра тоже была не готова идти в школу. Ее я выгнала. Думаешь, не выгоню тебя? — Бабуля вскинула брови, махнула на меня рукой и повернулась спиной.

Что ж, видимо, придется ехать. Слово бабули — закон. На мальчишник так на мальчишник.

Два часа спустя мы ехали по горной дороге на «Джипе-Рэнглере» Джоша. Он сказал, что сядет за руль, но разрешил мне выбрать музыку. Я включила кантри ему в наказание и, судя по его недовольной гримасе, попала в точку.

— Рада, что ты отказался от мотоцикла ради джипа. По такому снегу мы бы не проехали.

Он лукаво улыбнулся:

— С чего ты взяла, что я отказался от мотоцикла?

— Это опасный вид транспорта.

— Опасный, но классный.

Он вырулил на встречку, обогнав «субару» с техасскими номерами. Я хотела выразить свое возмущение по поводу скорости, но смолчала. Валил снег, но Джоша это, похоже, не волновало. Вернувшись на полосу, он сбавил скорость.

— Это правда? — Я покосилась на него. — То, что в школе рассказывали про нелегальные уличные гонки?

Он стиснул челюсть.

— Когда мы уехали из Аризоны, я многое оставил позади. В этом плюс переезда. Можно начать с чистого листа, прошлое больше тебя не определяет или, по крайней мере, не должно.

Мне ли не знать. Мы столько раз переезжали, что я уже счет потеряла. На консоли между водительским и пассажирским креслом завибрировал телефон, и я украдкой взглянула на экран. Сообщение от некой Хизер. Видимо, Джош как был бабником, так и остался. Не стоило об этом забывать.

— Кажется, тебя разыскивают.

Он криво усмехнулся:

— Пусть разыскивают, если им так хочется.

Он даже не попытался прочесть сообщение и не попросил меня это сделать. Просто проигнорировал бедняжку Хизер.

Я раздраженно вздохнула:

— Зачем ты это делаешь?

— Еду в машине с красивой девушкой в пятницу вечером?

Джош крепче вцепился в руль — он прекрасно знал, что я имела в виду.

— Тащишься в такую даль, чтобы я увиделась со своим парнем.

Действительно, зачем? Теперь, когда я произнесла это вслух, его поведение показалось еще более странным.

— Потому что тебе это нужно.

Он не сводил глаз с дороги, поэтому не мог видеть, как я в ошеломленном молчании изучаю его профиль. С такого ракурса он больше смахивал не на обычного американского парня, а на древнегреческого бога, а его губы… Я встряхнула головой, прогоняя нечестивые мысли. Так нельзя, тем более теперь, когда я знаю, что есть некая Хизер, которая шлет ему сообщения.

— А зачем ты встречаешься с этим Райли?

Я мигом очнулась от забытья. Райли. Зачем я с ним встречаюсь?

— Все встречаются, и мы тоже, — ответила я и тут же поняла, как глупо это звучит. — Нет, не поэтому, конечно. Я не то хотела сказать…

— Чего ты оправдываешься?

Я снова уставилась на освещенную фарами дорогу, окруженную тьмой. Из-за снегопада казалось, что мы одни в целом мире.

— Я имела в виду, что у нас есть план, и мы его придерживаемся. Мы вместе больше трех лет, до окончания университета осталось еще два года. Потом Райли пойдет в юридическую школу и будет готовиться к политической карьере, а перед поступлением мы поженимся…

— Похоже на его план, а не твой.

В груди закипела жгучая ярость. Я сжала кулаки. Да кто он такой, чтобы сомневаться в нашем плане?

— Это и мой план тоже. — Я и в самом деле оправдывалась. — Я тоже хочу выйти замуж примерно в это время, потому что не представляю, как мы протянем еще несколько лет без се… — Я осеклась. Щеки запылали. Было темно, поэтому Джош меня не видел и не знал, что я стала такого же цвета, как его машина.