Твою мать, обмельчание! К концу осени вся река ведь мельчает, Юриан и об этом мне рассказывал. Может они и не огибают реку, а идут по мелководью. Куда проще построить небольшой мост на это время, который потом будет смыт потоком воды. И никаких улик не останется.

Если я прав, тогда поехав вдоль реки, можно найти место, где они её пересекли. Не удивлюсь, если оттуда будет прямой путь на их скрытую опушку. Нужно рассказать об этом!

Я выбежал в коридор. Касильды и Вайрила не было. Они не возвращались с ночи. Но даже если я их найду, то смогу ли убедить? А вдруг я ошибся? Тогда никто точно не будет воспринимать всерьёз мои слова. Как и слова Сирис.

Да к чёрту всё это!

Я забежал обратно в комнату и оставил на столе листок, на котором написал куда собираюсь. После чего схватил сумку, предварительно бросив туда несколько самых необходимых вещей, и, нацепив её на пояс, выбежал из поместья. Гарф, который спрыгнул с забора вниз, чтобы поприветствовать меня, аж подпрыгнул, когда я пронёсся мимо.

— Прости, я очень спешу, — крикнул я удивлённому пухляшу, продолжая свой путь.

Спустя десяток минут я добежал до конюшни. Риса спокойно стояла в стойле и пила водичку. Увидев меня, она подняла голову.

— Извини, девочка, но сегодня придётся поработать, — сказал я, погладив лошадь по шее. Она, казалось, радостно закивала.

Я спокойно вывел Рису из стойла и запрыгнул в седло.

— Ну, поехали, не подведи. Нужно исследовать маршрут вдоль реки.

Ехать в седле долгое время оказалось очень утомительно. Поначалу всё было нормально, но к полудню стало невероятно тяжело. Ноги отваливались.

Вокруг не было ничего необычного. По левую руку находился лес, который казался бесконечным, а по правую широченная река. Иногда она была чуть уже, иногда чуть шире, но даже сейчас перебраться через неё на груженой лошади было бы сложно. Пусть она и обмельчала, но вода всё равно оставалась.

Проехав пару крутых спусков, которые неожиданно появлялись прямо перед глазами, я вновь выехал на прямую дорогу. Но ничего подозрительного в глаза до сих пор не бросалось. Были лишь луга, деревья, парочка старых мельниц и множество камней.

Наконец-то, я заметил большую земляную насыпь, лежащую прямо на дне обмельчавшей реки. По ней вполне могла проехать лошадь с повозкой. Только странно, было не ясно откуда взята земля для этой переправы, ям вокруг не было. Возможно, они привозили землю с собой, чтобы точно не привлечь ничьё внимание.

Остановившись напротив этого места, я ещё раз осмотрелся. И, убедившись, что это действительно могло служить чем-то вроде моста, повернулся и поскакал в сторону леса.

Спустя пару сотен метров, когда я достиг начала чащи, стало понятно, что тут есть небольшая тропинка, по которой можно проехать. На ней отчётливо были видны довольно свежие следы повозки.

Я на пару секунд задумался. В голове мелькала мысль — «что же делать дальше?» Но сразу же избавившись от неё, я дёрнул поводья и поскакал в лес.

Графство Палон не было большим и влиятельным, но всегда имело достаточный доход, благодаря наличию на его территории шахты по добыче светящейся руды — тареди.

Пусть округа и не была густо заселена, но в последнее время приток людей увеличился. Это произошло на фоне эпидемии, начавшейся в 1336 году, и, даже спустя десять лет, люди всё ещё продолжали прибывать.

Киран никогда не был рад новым лицам. Скорее он в целом не слишком любил людей. Даже в свои четырнадцать лет, он плевался от одного вида этих «радостных и беззаботных идиотов».

— Да когда же вы уже все передохните, — выругался Киран, заметив очередную веселящуюся семью.

— Что ты так злишься? Мы ведь на фестивале, — сказал Ариус, полноватый мальчик двенадцати лет с лицом, которое многие охарактеризовали бы, как глуповатое.

— О, Серкас тебя побери, какой у меня тупой младший брат. Ты правда считаешь, что я хочу находиться на этом фестивале?

— Но ты ведь пришёл сюда, — удивлённо сказал Ариус, откусывая большое карамельное яблоко.

— Только потому, что отец сказал мне пойти. Тебя я взял по той же причине.

— Но разве праздник — это не весело?

— Любое скопление людей — ужасно. Но эти сволочи только и делают, что плодятся.

— Продлятся? — переспросил Ариус, слегка повернув голову на бок.

— А-а-а. Кто-нибудь, спасите меня от компании этого идиота, — выпалил Киран, приложив руку к голове, которая сильно болела, и продолжил движение по красиво украшенной улице.

Тунсар был центральным городом графства Палон. А также местом, в котором Киран вырос.

С самого детства мальчик не испытывал проблем с общением и всегда относился ко всем людям одинаково. Но всё изменилось шесть лет назад, когда парень впервые увидел лошадь.

Это большое и красивое животное буквально захватило его сердце. Киран хотел погладить прекрасного бурого коня, но тот лишь отворачивался. Тогда, чтобы хоть как-то привлечь внимание существа, юный исследователь дёрнул его за хвост и получил неожиданный удар копытом в голову.

Спасением мальчика занимались сразу два целителя. И спустя неделю магических исцелений, эликсиров и отваров, ребёнок пришёл в себя. Но что-то в нем изменилось.

Голова Кирана постоянно болела, а непрекращающийся гул в ушах — от любых разговоров усиливался в десяток раз. Даже находиться рядом с толпой было невыносимо. А этот взгляд снисхождения, который мальчик видел каждый раз, как замечали его шрам над левым ухом, он просто возненавидел.

Взгляды были почти такими же, как и направленные на его младшего брата. Тот с самого детства был необычным. Поздно заговорил, поздно начал ходить, а ложку держать нормально так и не научился. Видимо, на это повлиял довольно преклонный возраст их родителей. Даже мать не смогла справиться и умерла во время родов Ариуса. Но Киран в любом случае её не помнил, поэтому лишний раз о ней разговор не заводил.

Фестиваль урожая длился два дня, и Киран хотел найти тихое место, где никто не будет его беспокоить. Звуки голосов сводили с ума, а громкая музыка, казалось, била по его голове большим молотком. Мальчику хотелось подойти к этим музыкантам и переломать все их инструменты.

Завернув в тихую улочку, он максимально постарался удалиться от главной площади и где-нибудь присесть.

Увидев лавочку недалеко от небольшого домика, он опустился на неё и закрыл глаза.

— Брат, может всё-таки пойдём на фестиваль? — тоскливо спросил Ариус.

— Иди, если хочется. Я наслаждаюсь тишиной.

— Но отец запретил мне отходить от тебя.

— Значит будь рядом и молчи.

Мальчик тоскливо сел рядом на лавочку и начал играться с камушками, валяющимися рядом. Он их подбрасывал, что-нибудь рисовал на земле, пытался построить башенку. В один момент, переборщив с силой, парень попал в окно дома, стоящего напротив. Раздался громкий звук расколовшегося стекла.

— Ты даже здесь умудрился создать шум из ничего, — сказал Киран, схватившись за голову.

— П-прости брат, я случайно…

Из дома выбежал мальчик возрастом не старше братьев. Он был сильно зол и очень громко ругался.

— Что вы наделали⁈ Мы только недавно поставили новые стёкла. И что теперь делать? Кто будет это чинить⁈

Ариус сильно запаниковал и засуетился. Он пытался извиниться, но юноша совсем ничего не хотел слышать.

— Мы покроем все расходы. Только не кричи, — сказал Киран, попытавшись заткнуть уши.

— О, даже слышать меня не хочешь? Считаешь, это штуки какие-то⁈ Конечно, вы заплатите, вы нам праздник испортили!

Крики мальчика не замолкали. Голова Кирана трещала по швам. Уже давно он не испытывал такой боли. Почему он, сын графа, должен терпеть эти возгласы и подобное отношение? Он ведь даже сказал, что покроет расходы. Неужели к нему относятся совсем без уважения?