— Раз они дают нам время, значит не будут преследовать сразу. Скорее всего, они выпустят этих злобных существ по нашему следу, как на настоящей охоте. На улице прошёл довольно сильный дождь. Попробуйте с сестрой перебить запах грязью, сейчас её должно быть полно вокруг. И, скорее всего, они построили всех в одну шеренгу, потому что рассчитывают, что мы побежим туда, куда смотрим. Значит шанс того, что ближайшее поселение находится совсем в другой стороны, куда выше. Пусть бежать до леса в ту сторону гораздо дольше. Главное бежать и не останавливаться. Удачи вам.

Кильмон был поражён рассуждениями Милии, ему хотелось узнать, где она научилась так размышлять, но времени не было. Да и сейчас нужно было беспокоиться о другом. Он слегка кивнул в ответ на её слова и снова уставился вперёд, чтобы не привлечь внимания.

— Кхм. Так вот, когда песок закончит сыпаться, мы начнём преследование, куда бы вы не убежали. Постарайтесь выжить, пусть в этом и нет никакого смысла, — продолжил Киран.

— Вы хотите, чтобы мы убегали от вас, хотя нет никакой надежды на спасение? — спросил явно разозлённый Тилс.

— Можешь не убегать. Но тогда я не дам тебе так легко умереть. Я сделаю с тобой такое, что участь той убитой девочки, покажется тебе милосердием, — сказав это Киран перевернул песочные часы. — Ну что, бегите детишки.

Кильмон ещё пару секунд стоял в ступоре, не в силах сдвинуться с места, но быстро опомнившись всё-таки решил побежать прямо, где лес находился ближе. Сирис бежала неподалёку, Милия отделилась от всех и бросилась в другую сторону, следуя своему плану, Тилса же вообще не было видно.

Мальчик не знал, как долго будет сыпаться песок в тех часах, но эти люди могут направиться в погоню и раньше. Ведь они сами решают, что им делать. Ему хотелось довериться Милии, но рисковать и бежать по опушке долгое время было слишком страшно. В этом случае они явно будут лёгкой мишенью.

Добравшись до леса, Кильмон схватил Сирис за руку и, спрятавшись за ближайшее дерево, выглянул в сторону похитителей. Четверо мужчин стояли рядом с часами, а один встал возле клеток. Видимо, песок ещё не весь высыпался.

Убедившись, что погоня ещё не началась, Кильмон решил воспользоваться идеей Милии в ином ключе.

— Снимай кофту и обмазывайся грязью, быстро, — скомандовал он Сирис.

— Что? Зачем?

— Они пустят по следу фельдгейстеров. Нужен твой запах, чтобы они преследовали только меня.

— А что же я?

— Тебя я сейчас подсажу на дерево. Ты ведь хорошо умеешь лазить. Забирайся как можно выше и тогда точно эти существа тебя не почувствуют.

— Ладно запах, но люди же меня заметят.

— Никто из этих охотников не подумает, что дети вместо того, чтобы убегать и прятаться, заберутся на дерево в самом начале леса. Да и листва ещё не вся опала, главное забраться повыше. А когда они все уйдут, ты сможешь спуститься и добежать до их лошадей. Они не поскачут на них в лес, а значит оставят на опушке. Доберись до ближайшей деревни и предупреди взрослых. Поняла? Времени нет!

— А если кто-то останется сторожить?

Кильмон на секунду задумался, но придумывать новый план времени не было.

— Тогда беги пешком. Лезь скорее!

— А как же ты? Я не хочу без тебя, брат. Я боюсь, — почти плача сказала Сирис.

— Я буду бегать от них и ждать, когда ты приведешь подмогу. Ты ведь справишься?

— Х-хорошо! — утирая слёзы прошептала девочка.

Сирис скинула кофту, оставшись в одной нижней рубашке и юбке, и принялась обмазываться грязью. Кильмон же выбрал наиболее удачное дерево для подъема наверх и, подсадив девочку, начал свой побег. Где-то за спиной взвыл один из фельдгейстеров. Значит, часы перевернулись.

Так он и продолжал бежать вперёд, не разбирая дороги. Когда ноги стали кровоточить, он обвязал одну из них кофтой Сирис, но это не сильно помогло.

Кильмон не встретил никого на своем пути. Он не знал, куда подевались остальные и удалось ли сестре спастись. Сработал ли план Милии или же Тилс придумал как разобраться с похитителями.

Солнце зашло за горизонт, а уставший и выбившийся из сил мальчик всё продолжал двигаться вперед. Рук и ног он уже не чувствовал. Дороги тоже практически не видел. И определить сколько времени прошло было для него невозможно.

Наконец, окончательно потеряв возможность двигаться, он упал где-то рядом с небольшим оврагом. Кильмону уже было всё равно, преследуют его или же нет, он просто хотел отдохнуть.

Глаза закрывались и даже насекомые, которые постоянно ползали по его телу, никак не могли остановить этот процесс. Мальчик принял удобное положение и положил голову на землю, смирившись с накатывающим сном. В этот момент он услышал звук приближающихся человеческих шагов.

Усталость пропала в ту же секунду. Кильмон не знал, откуда взялись силы, но он вскочил на ноги и побрёл вперед, постоянно спотыкаясь и падая.

Беспокойство нарастало, вместе с хрустом веток где-то позади. Мальчик не понимал, каким образом его могут преследовать в полной темноте.

Спустя ещё несколько десятков шагов, раздался свистящий звук и недалеко от Кильмона упала стрела.

Мальчишка резко свернул направо и прибавил скорость. Небольшая ветка проткнула его левую стопу, но его это не волновало. Он и преследователи в равных условиях, до тех пор, пока фельдгейстеры не возьмут след, а звуков этих существ поблизости он не слышал.

Через пару десятков шагов земля под ногами пропала и Кильмон покатился с горы. Постоянно натыкаясь и ударяясь о ветки и деревья, он пытался остановиться, но всё было бесполезно. Несколько раз перевернувшись через себя он, наконец-то, остановился.

Правую руку он перестал чувствовать. Собрав волю в кулак, мальчик попытался встать на ноги. С огромным трудом, но у него это получилось. Сделав четыре шага вперед, он упал на колени, в эту же секунду прямо над его головой просвистела стрела.

Оттолкнувшись от земли, мальчик перекатился и спрятался за толстым стволом ближайшего дерева. Мысли о спасении оставили его. Он понимал, что уже никуда не уйдет. Всё, о чем он думал, «как вы меня находите?».

Шаги приближались. Преследователь аккуратно спускался по склону, с которого только что скатился мальчик. Спустя буквально минуту он уже стоял напротив ребёнка.

— Ну вот и попался, мальчишка, — сказал уже знакомый ему голос из темноты.

— Вас вроде звали Киран? — спокойным голосом спросил Кильмон.

— Ох, какая-то зверюшка обращается ко мне без должного уважения, — закончив фразу, мужчина чуть слышно натянул тетиву, и стрела пронзила ногу мальчика.

— Кхаа… — прохрипел Кильмон. Боль была сильной, но не ужасающей. Всё его тело болело, а от того, что стало чуть больнее, мало что изменилось. Он даже слегка ухмыльнулся.

— Улыбаешься? Ты должен бояться. Или с ума сошел пока бегал?

— Откуда вы знаете, что я улыбаюсь? Неужели… Вы всё это время видели меня?

— Конечно. А ты думал охота бывает честной? Я же говорил, что в выживании нет никакого смысла. Но знаешь, было довольно интересно. Давненько я так не бегал. Никогда не думал, что похвалю зверюшку.

— Вообще-то, мы люди…

— Мне удобнее считать, что вы трофеи, — сказал Киран, и в этот момент округу озарила яркая вспышка.

Кильмон на пару секунд зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что мужчина держал в руке небольшой светящийся шарик. Но не только это было удивительно. На лице Кирана находились большие очки, а на поясе висел железный крюк, на котором болталась голова Тилса.

— Какое у тебя ошарашенное лицо. Боишься? Это просто замечательно, — сказал мужчина, ярко улыбнувшись. — Я ведь сразу сказал, что он моя добыча. Как видишь, словами я не разбрасываюсь. Осталось найти ещё одного. Но фельдгейсеры уже ведут преследование. Эх, в этот раз охота совсем затянулась.

— А все остальные?

— Конечно, уже «пойманы». А чего ты ожидал?

Кильмон откинул голову назад, закрыл глаза и приготовился к смерти. Все их потуги ни к чему не привели. В итоге все погибли. Наверное, самым верным решением было сразу сдаться и умереть без боли.