— Как я могу это сделать? Я ведь ещё даже не граф.

— Ну, так вы ведь можете решить этот вопрос. Я слышал, ваш отец болен.

— Не неси чушь. Я не стану убивать отца! — резко ответил Киран.

— Тогда ждите, когда Семеро заберут его. Если выдержки хватит. Вам, я так понимаю, нужно это как можно скорее, — сказал мужчина, облизав сухие губы, разрезанным надвое языком.

— Да чтоб вас! Я что-нибудь придумаю.

— Надеюсь, вы не будете затягивать с решением, господин. Река в таком состоянии лишь две недели в году. В остальное время опасно этим заниматься.

— Не торопи меня. Я не настолько слабый. Отец и без того болен. Для меня не проблема подождать год-другой.

— Как скажете.

Через два года после этого разговора, граф Мунис Палоний пошёл на поправку. Не в силах больше терпеть боль, Киран сорвался и ночью задушил своего отца, став графом.

После смерти отца, Ариус почти не отходил от Кирана. Поэтому ему ничего не оставалось сделать, как взять младшего брата с собой.

— А это что за дела? — удивлённо спросил Ротес, почёсывая шрам на глазу.

— Мой брат, Ариус. С сегодняшнего дня тоже с нами.

— З-здравствуйте, — смущённо сказал парень.

— Замечательно. Ты уверен, что он не испортит ничего? — спросил Гедир.

— Он будет следовать правилам. Так ведь, Ариус? — уточнил Киран.

— Конечно, брат. Но я не понимаю, чем мы тут будем заниматься?

— Тебе и не нужно, братишка. Просто делай, что скажут. Ты ведь не хочешь сидеть один дома, правда?

— Я всё сделаю! Только не оставляй меня в одиночестве, — тоскливо сказал Ариус.

— Отлично. Приближается ноябрь, значит нужно уже начать готовиться.Мы с Ворком займёмся поиском людей, а вы, господин, расчистите дороги от проверяющих в дни перевозки товара. Мы хотим для начала расширить продажи ещё на пару городов. Ну и займитесь распространением слухов, что этот лес проклят или в нём водятся чудовища.

— Это не займёт много времени, но и спешить не стоит. Главное выполните свою часть сделки, — решительно ответил Киран.

— На этот счёт можете не переживать.

Спустя пару недель произошла первая «охота». Ротес и Ворк похитили шестерых детей из соседних баронств. Сразу из трёх, чтобы не привлекать внимания.

После распространившихся слухов у леса появилось название — «темнейший». И это сработало, количество «посетителей» стало в разы меньше, а исчезновение детей проще всего было связать именно с монстрами.

После так называемой «охоты», Киран долго приходил в себя. Шум и боль затихли, и теперь он отчётливо слышал свои мысли. Он пытался убедить себя в том, что ему пришлось это сделать. Хотя и понимал, что совершил ужасные вещи. Он даже предположить не мог, что Ротес притащит ему десятилеток. Как он сказал — дети точно не окажут сопротивления и наверняка сильно испугаются. В итоге ему пришлось заставить Ариуса принять участие в этом «мероприятии». Парень плакал и просил не принуждать его делать подобное. Лишь Гедир спокойно участвовал и ни о чём не переживал.

В какой-то момент Киран даже хотел покончить со всем, но головная боль вернулась, и это желание испарилось. Теперь он с предвкушением ждал ноября.

Парень искал возможности максимально продлить эффект «охоты». Он приобрёл дорогие очки, покрытые рунами, чтобы отчетливо ночью видеть свою жертву. Репетировал слова, которые будет говорить, чтобы нагнать больше страха. Даже купил поясной крюк, на который собирался вешать свои «трофеи».

Прошла вторая охота, третья. Всё это становилось привычным. Чувство сожаления окончательно ушло. Появился азарт. Лишь Ариус продолжал ныть, но тогда Гедир ставил его на место.

И вот на четвёртой охоте произошло немыслимое, один ребенок пропал. Они обыскали, казалось, весь лес, но девочки нигде не было, как и коня его брата.

— Как вы умудрились её просрать? — негодовал Ротес.

— Следи за словами, сволочь. Я граф! Это твои тупые животные не смогли её выследить.

— Поэтому я и говорил, что не нужно так много «добычи». Охота затягивается до ночи, а фельдгейстеры устают.

— Что же теперь делать? — испуганно причитал Ариус.

— Ничего. Ждать, — ответил Ротес. — Если повезёт, то она не найдёт дорогу и просто умрёт в лесу. Если же каким-то чудом выберется, то мы об этом узнаем и закончим дело.

Но прошло несколько недель, а никаких изменений не последовало. Новой информации не появилось, и тогда Киран смог выдохнуть.

Чтобы точно не привлекать внимания он решил сделать перерыв на год и в ноябре 1360 продолжил охоту.

Всё прошло хорошо, в этот раз никто не сбежал. Зато было найдено тело, которое фельдгейстер, видимо, бросил после охоты. Кажется, Ротес и Ворк не успели к тому моменту убрать все трупы.

Киран не понимал, кто вообще рискнул пойти в лес на поиски, даже ещё и что-то обнаружить. Но делать перерыв он больше не мог. Боль усиливалась, не было сил терпеть.

Он послал Ротеса в баронство Герден, Ворка в Конгус, а своего брата, который до этого ни разу не участвовал в поимке, решил направить в Рейнмарк, чтобы ускорить сбор «добычи». Каждый вернулся через пару дней, но его брат задерживался. Киран уже несколько раз пожалел, что решил доверить подобное дело Ариусу. Но когда он уже хотел отправляться на поиски, Ариус вернулся. Ночью, да ещё и с четырьмя детьми.

— Неужели, ты справился! — радостно сказал Киран.

— Брат, эта светленькая девочка, она, кажется, узнала меня. Поэтому мне пришлось её поймать.

— Опа, это что, наша пропажа? — спросил Ротес, обращаясь к Сирис.

Девочку сильно трясло. Она упала на колени и уставилась в землю.

— Отведи детишек в подвал. Завтра днём начинаем. Всё складывается в нашу пользу. Кажется, Семеро всё-таки любят меня, — с улыбкой сказал Киран.

Тропа не хотела заканчиваться.

Я ехал на Рисе сквозь деревья, которые периодически хлестали меня ветками по лицу. Чем глубже я заходил, тем темнее становилось, хотя на улице до сих пор не наступил вечер.

Лес действительно казался очень зловещим. Напряжение нарастало с каждым шагом. Шорохи вокруг заставляли оборачиваться, а странные кусты, напоминающие людские силуэты, замедлять шаг. Ощущение было такое, будто я попал в какой-то фильм ужасов.

Что удивительно, лошадь совершенно не боялась и послушно исполняла все команды. Как мне всё-таки повезло с компаньоном.

Наконец-то, спустя пару часов пути, недалеко от тропы раздались какие-то звуки, напоминающие голоса. Оставив Рису возле дерева, я направился сквозь кустарники в сторону неизвестного шума.

Несколько минут спустя перед моими глазами развернулась неожиданная сцена. Какой-то мальчик, лет десяти, прятался за небольшим земляным выступом. А где-то метрах в сорока от него находился высокий разъярённый мужчина в плаще. Его жидкие волосы были собраны в хвост, а борода казалась наспех подстриженной. Складывалось впечатление, что он очень пытался походить на аристократа. В руках этого человека был лук, и он тщательно присматривался к окружению.

Всё-таки Сирис нигде не соврала. Эти твари действительно устраивают «охоту». Долбанные ублюдки, из-за них погиб Гарнорис.

Я достал лук из поясной сумки, после чего спокойно взял стрелу и выпустил в преследователя. Я никогда не стрелял в человека, поэтому не знал, получится ли, всё-таки плоть — это не соломенная мишень. Но стрела на удивление легко пробила руку охотника. Мужчина вскрикнул, после чего лук выпал из его рук. Он перевёл внимание на стрелу и схватился за рану.

Не давая ему опомниться, я выпустил вторую стрелу в ногу. Она попала чётко в цель. Мужчина опустился на колено. Третьей стрелой я на всякий случай пронзил вторую руку раненого охотника. Он упал на землю и застонал.

Я достал из сумки железный меч, подаренный мне Мерлисом, и вернул на место лук. После чего подошёл к нему.

— Ребёнок? Да вы шутите! Кто ты такой? — сквозь зубы прошипел мужчина.