Я хотел, чтобы ты увидела, какая красота окружает меня. И хотел рассказать, какую красоту ты привнесла в мою жизнь. Ты — не пленница, не трофей, не мой враг. Ты — та, кого я искал всю жизнь, даже не зная, что ищу.

Я не думал, что в теле моего врага окажется та, кого я действительно полюблю. Я думал истории об истинной любви и невозможности её избежать — всего лишь романтические сказки, но это оказалось правдой.

Он отпустил одну мою руку и медленно, не сводя с меня глаз, опустился на одно колено прямо на чёрный песок, озарённый призрачным светом лагуны. В его руке появился небольшой бархатный футляр.

У меня по телу побежали мурашки… Боже, он же предложение мне делает⁈

Внутри коробочки, на тёмном бархате, лежало кольцо невероятной красоты. Изящная полоска из белого металла, инкрустированная мелкими бриллиантами, которые переливались всеми цветами радуги, отражая флуоресцентный свет воды, а в центре полоски сиял… рубин, вроде?

— Этот камень, в твоём мире называемый александритом, а в нашем — Волей Богов, способен менять цвет в зависимости от освещения, — приятным бархатным голосом продолжил говорить Рагнар. — Завтра днём ты удивишься, потому что он будет иного цвета. Я выбрал именно этот камень неслучайно, а потому что ты тоже «сменила» цвет… точнее, тело и изменила мою жизнь.

Ровена-злодейка прокляла меня и совершила множество других ужасных деяний. Ровена-попаданка покорила моё сердце так стремительно, что я порой терял разум.

Я понял, что был неправ, и хочу сделать всё как положено: свяжи свою судьбу с моей, Ровена. Я обещаю удивлять тебя и радовать тебя каждый день, как это было сегодня.

Я клянусь защищать тебя, заботиться о тебе, чтобы не произошло. Если ты захочешь, я уничтожу всех твоих врагов в этом мире и том, никогда не дам тебя в обиду и сам не обижу. Клянусь. Когда мы будем праздновать нашу свадьбу в моей столице, я всему миру заявлю о нашем браке и добьюсь прощения для тебя.

Я бывал порой груб и напорист, но я буду стараться действовать иначе. Я полюбил тебя и хочу, чтобы мы оба обрели счастье… В общем, речи говорить я не очень умею, так что просто спрошу: Ровена, ты станешь моей женой?

— Да. Да, Рагнар. Я согласна, — со слезами на глазах кивнула я. — Но спать я до свадьбы буду в своём шатре.

— Как скажешь, дорогая.

Десять лет спустя

…Иногда мне кажется, что прошла целая вечность, а иногда — что только вчера я стояла на этом чёрном песке, дрожа от волнения и восторга, а Рагнар опускался передо мной на колено, держа в руке кольцо с тем самым александритом, что и сейчас переливается на моей руке изумрудом в лучах послеполуденного солнца.

«Воля Богов». Ох уж этот Рагнар и его драматичные названия! Но камень… камень он выбрал идеально. Как и это место для предложения. Как и меня, настаивает он по сей день.

Было бы другое место и другой настрой, я бы скорей всего его ещё помариновала, но тогда я так была потрясена действительно самым романтичным вечером в моей жизни, что согласилась, не думая. И не пожалела.

Я, прижавшись одним боком к Рагнару, откинулась на спинку мягкого дивана просторной террасе нашего дома. Нашего. Выстроенного здесь, на краю этого, скрытого бухтой, чёрного пляжа, где когда-то стояли два скромных шатра. Теперь это не просто дом — это крепость спокойствия и любви.

Воздух здесь всё так же пропитан солью и морем, но, к сожалению, живём мы здесь только летом. Остальную часть года проводя в столице земель клана Даркфайр, но эти летние месяцы — наш маленький ежегодный рай.

Я посмотрела вниз, туда, где на бархатисто-чёрном песке, резвились двое наших с Рагнаром детей. Девятилетний Артур, старший, уже крепкий и ловкий, как отец, с его тёмными волосами, судя по всему, пытался научить свою шестилетнюю сестрёнку, рыжеволосую Миару, ловить светящихся медуз в ладошки (безопасных, Рагнар лично проверял!).

Боги, как летит время. Кажется, только вчера я боялась, что мир никогда не примет «новую версию» ведьмы Ровены, а теперь эти двое — лучшие, самые смешные и невероятные доказательства того, что невозможное возможно.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Улыбаюсь их смеху, улыбаюсь теплу, исходящему от Рагнара, сидящего рядом и держащего книгу… учебник, точнее.

— «Физика. Седьмой класс», — задумчиво произнёс он. — Думаешь, рано Артуру ещё эту книгу давать? Но он же у нас такой любознательный!

Мы погружаемся в обсуждение. Это наш ритуал. Вечера на террасе, светящееся море, дети, играющие на песке, и бесконечные разговоры о наших с ним мирах.

Рагнар, используя свои невероятные способности к сложной магии и глубокое понимание рун, разработал заклинание, позволяющее переносить с собой небольшие предметы в этот мир из нашего. Первыми он понёс сюда духи, бельё и косметику для меня, а когда у нас родились дети, стал таскать игрушки и книги.

Это требовало колоссальной концентрации и его сил, и хоть и было безопасно, всё же было очень энергоёмко. Так в нашей библиотеке появились тома по физике, медицине, инженерии, агрономии, даже художественная литература.

— Рано ещё, Рагнар, — мягко отвечаю я. — Надо подождать ещё год, два.

— Хорошо, дорогая, — кивнул мужчина. — Но для меня это всё было дико интересно, когда я впервые узнавал, как вы устройство всего объясняете в вашем мире. Думаю, и для него тоже так будет.

— Согласна.

Почему мы обсуждаем этот вопрос? У обоих наших детей предрасположенность к путешествиям между мирами, благодаря моей магии крови — она способна на многое, и не всё в ней несёт разрушение. Например, моя магия способна передавать приобретённые навыки родителей как врождённые их детям. Это, кстати, и послужило моим способом получить императорское помилование.

Как же я получила свободу? Рагнар рассказал всё королю: обо мне, о Ровене, о другом мире. И предложил ему самому во всём убедиться. Император после недолгих раздумий рискнул: больно уж интересна ему была эта тайная магия путешествий между мирами.

Именно поэтому, видимо, он прочит нашу Миару в дочери своему младшему сыну, потому что хочет, чтобы и в его роду были такие необычные маги с магией крови Бладвейнов. Рагнар же сразу ответил, что наша дочь будет сама решать, за кого ей замуж выходить, и если сын императора ей по нраву не придётся, значит, не судьба. Надеюсь, так всё и будет.

Встретив в том мире Ровену, император убедился, что она и есть известная злодейка, запертая в моём теле, и с меня все обвинения были сняты, а её принудительно вернули в этот мир и потом казнили.

Я же стала не только последней из рода с уникальной магией, но и тайным источником знаний о другом мире для императора и его семьи, и несколько первых лет мы с Рагнаром прожили в его дворце. И хотя относились ко мне с пиететом и уважением, и я не могу сказать, что мне там было плохо, но здесь, на берегу моря на землях клана Даркфайр, мне куда лучше, вот честное слово.

— И чтобы я делал, если бы тебя не «приманил» в тело Ровены? Так бы и остался угрюмым, вечно холодным и суровым генералом, — улыбнулся Рагнар. — Как я рад, что судьба выбрала тебя для меня.

Резко наклонившись, мужчина поцеловал меня в щеку. Мягко, нежно, с той самой любовью, что с годами становится только глубже и сильнее. Наши взгляды встретились, и у меня, как обычно, в такие моменты, перехватило дыхание…

Но тут снизу донёсся визг Миары. Кажется, Артур, видимо, всё же сумел плеснуть на неё светящейся водой. Рагнар обречённо вздохнул, но в его вздохе — лишь любовь и смирение перед шалостями детей.

— Ладно, милая моя, продолжим вечером, а пока пора спасать принцессу от морского чудовища, — бархатистым голосом проговорил мужчина.

— Принцессу от чудовища… — я бросила лукавый взгляд на сына, который уже бежал по песку с радостным улюлюканьем, спасаясь от мнимой погони сестры. — Принцесса, похоже, и сама отлично справляется. Можно ещё пару минут уделить себе.