— Елена, здравствуйте, — второпях отвечаю на звонок.
— Ларочка, здравствуй! Надеюсь, не разбудила? — мягко произносит женщина.
— Нет, я уже давно на ногах, — быстро говорю я, ловя хитрую насмешку Вяземского, который забирает у меня из рук дорожную сумку. Посылаю ему убийственный взгляд.
— Я вчера не слышала твой звонок. Рано легла спать, — объясняет она. — Я подготовила вазы, как ты и просила.
— Отлично! — радостно восклицаю я. — Мы как раз освободили под них место. Елена, меня не будет в городе до воскресенья, я отправлю в сообщении номер Оксаны, моей подруги. Свяжитесь, пожалуйста, с ней. У нее, кстати, ваш контакт есть.
— Хорошо. Договорились, — произносит Елена. — Сейчас же ей и позвоню. Хорошего отдыха, Лара.
— Спасибо, — коротко отвечаю я, не вдаваясь в подробности, и сбрасываю вызов.
Денис пропускает меня вперед, и мы проходим по телескопическому трапу, попадая в самолет. Стюардесса приветствует нас, желая хорошего полета, после чего мы занимаем свои места в бизнес-классе.
— В следующий раз возьмем с собой Полю. Организуем частный самолет и покажем дочери город, где познакомились её родители, — неожиданно произносит Денис. — Вы еще не были в Питере?
— Нет, не представилось случая, — отвечаю я, наблюдая за выражением лица Дениса, которое остается спокойным.
— Хорошо. Я рад, что дочь сможет увидеть этот прекрасный город с мамой и папой, — в голосе Вяземского проскальзывают радостные нотки.
— Я хотела поблагодарить тебя, — произношу неуверенно.
Денис поворачивает голову и несколько секунд непонимающе смотрит на меня, внимательно изучая лицо, а затем задерживаясь на глазах.
— Я о втором салоне, — подсказываю. — Не знаю, зачем ты это делаешь, но хочу поблагодарить тебя. Ты исполнил мою мечту. Я вчера была там, и мне очень понравилось.
— Я рад, Лара, — сдержанно отвечает он. — Это самое меньшее, что я мог для тебя сделать.
— Ты ничего мне не должен, Денис, — прямо говорю я.
— Ты удивительная женщина, — он касается нежно пальцами моей щеки, но тут же убирает руку. — Прости, я не сдержался.
— Милуетесь, голубки? — раздается неприятный голос Краснова, и мы с Денисом одновременно поднимаем головы.
— Миха, здорово! Ты ведь должен был улететь еще вчера, — Денис пожимает ему руку.
— Планы изменились. И, очевидно в лучшую сторону. Вчера бы я летел один, а сегодня в отличной компании, — широко улыбается он. — Хорошего полета.
На протяжении всего полета Денис говорит с Мишей исключительно о делах. Я же достаю книгу, которую на всякий случай взяла с собой, и погружаюсь в чтение. Так, полет, который должен был длиться вечность, пролетает незаметно.
Питер встречает нас неприятной моросью, но несмотря на погоду впечатление о моем любимом городе не может быть испорчено. Спустя столько лет вернуться к себе домой — непередаваемые ощущения. Так тепло и уютно на душе.
— Ты улыбаешься, — замечает Денис, открывая дверь черного внедорожника.
— Я просто очень люблю этот город, — поясняю я, устраиваясь на заднем сидении.
— Здравствуй, Лара, — здоровается водитель, в котором я узнаю своего бывшего начальника и по совместительству дядю Дениса.
— Добрый день, Виталий Андреевич, — отвечаю сдержанно, чувствуя, как накатывают неприятные воспоминания.
— Я подожду Мишу на улице, — произносит Вяземский, захлопывая дверцу автомобиля, нарочно оставляя меня наедине с Рязанцевым.
— Лара, — начинает он и сразу же замолкает, очевидно, пытается подобрать нужные слова.
— Я знаю, что вы скажете, — киваю я.
— К сожалению, нет таких слов, которые могут загладить мою вину перед тобой, — удрученно говорит мужчина. — Грош цена моему опыту, раз я не сумел разглядеть очевидное.
— Что было, то прошло. Что уж теперь, — пожимаю плечами.
— Ты все также добра, Лара, — мягко улыбается Виталий Андреевич. — Я хочу попросить у тебя прощения. Я виноват перед тобой не меньше, чем Денис.
— Не будем об этом. Как дела в адвокатской конторе? — спрашиваю я в надежде перевести тему. Не хочу говорить о том, что было — для меня это все еще болезненно.
— Я ушел в то же время, как ты уехала из города. Сейчас занимаюсь юридическими вопросами бытового характера, административными правонарушениями. Так гораздо спокойнее, — отвечает он. — А у тебя цветочный салон? Денис упоминал об этом.
— Да. Несколько лет назад мы с подругой решили попробовать себя в другой сфере, — спокойно отвечаю я.
— Лара, ты — удивительный человек. Ты согласилась помочь Денису, — Рязанцев замолкает, но через несколько секунд продолжает: — Не имею ни малейшего представления, по какой причине ты согласилась на эту авантюру, но для Дениса это очень важно.
— По этой причине и согласилась, — киваю я.
На этом наш разговор прекращается, так как двери внедорожника снова открываются, и в машине нас становится четверо. Краснов устраивается на переднем сидении и здоровается с Виталием Андреевичем, после чего автомобиль срывается с места.
— Я забронировал гостиницу, — начинает Вяземский, но дядя резко его обрывает:
— Ты с ума сошел? Чтобы мой племянник ночевал в гостинице, когда у меня в доме так много свободных комнат. Ну уж нет, — отрицательно качает головой Рязанцев.
— Лара, что скажешь? — тихо спрашивает Денис. — Останемся у Витали?
— Хорошо, — соглашаюсь я, ловя на себе заинтересованный взгляд Краснова, который намеренно повернулся к нам.
— Михаил, ты с нами? — уточняет Рязанцев. — Или поедешь в гостиницу?
— С вами, если вы не против. Ни за что не упущу такую возможность, — насмешливо бросает Краснов.
— Отлично. Места у нас много.
Спустя час мы подъезжаем к особняку Виталия Андреевича. При виде этого прекрасного места, где мне довелось побывать один раз, я ощущаю болезненное жжение в груди. Чувства смешанные, необъяснимые, но слишком обостренные. Нужно срочно принять душ и отвлечься на что-нибудь, иначе к вечеру я буду оголенным нервом.
По иронии судьбы Рязанцев отводит ту самую комнату, в которой четыре с половиной года мы ночевали с Денисом. Воспоминания накатывают с новой силой, ведь здесь совершенно ничего не изменилось, разве что постельное белье другого цвета. Я чувствую себя неловко. В воздухе повисает неловкое напряжение, и Вяземский отлично это чувствует. Он подходит ко мне со спины и, обхватив за плечи, осторожно разворачивает к себе.
— Лара, если хочешь, ты можешь занять соседнюю комнату, — предлагает Денис. Он пристально смотрит мне в глаза, что возникает безудержное желание отвернуться, но я выдерживаю его взгляд.
— Миша занял спальню напротив, так что…
— Плевать на Мишу, если ты чувствуешь себя некомфортно, — тихо говорит Вяземский.
— Все в порядке, — делаю слабую попытку улыбнуться, но она с треском проваливается. — Это ведь всего на пару ночей. Потерпим друг друга.
— Потерпим, — его взгляд задевает мои губы, от чего сердце начинает биться чаще.
— Мне нужно в душ, — я отступаю на шаг назад.
— Хорошо. Как насчет бильярда? — предлагает Денис.
— Я за. Присоединюсь чуть позже, — поддерживаю идею.
Приняв душ, я набираю номер Елены Андреевны. Наш разговор длится не более пяти минут, и почти все время мама Дениса восхищается своей внучкой. Она делится планами на вечер и рассказывает о том, как укладывала Полю на дневной сон. Каждое слово Вяземской вызывает у меня улыбку — я хорошо чувствую ее добрую энергетику.
После разговора с ней я спускаюсь в комнату, где располагается бильярд. Мужчины как раз заканчивают очередную партию и предлагают мне присоединиться. Мне нравится эта игра, правда, я несколько лет не касалась кия.
— Двое на двое, — говорит Миша.
— Лара в моей команде. Ты ведь не думал, что будет иначе? — весело произносит Денис.
— Пусть сама решает, — подмигивает Краснов.
— Мой выбор очевиден, Миша, — робко улыбаюсь я, подходя к Вяземскому.
Денис неожиданно обхватывает меня за талию и резко притягивает к себе. Его губы касаются моих волос, и я обнимаю мужчину в ответ, едва не позабыв, что мы изображаем пару. В голове проскальзывает единственная мысль — эти выходные будут длинными.
