— Нет, ты не права, Оксан, — возражаю. — Вернее, доля правды в твоих словах есть, но я не стану нарочно причинять ему боль.

На этом наш разговор заканчивается — колокольчик у входа сообщает о новом посетителе. Я оборачиваюсь на вошедшего, и меня буквально парализует. Я ожидала увидеть кого угодно, но только не ее — Елену Андреевну, маму Дениса.

— Добрый день! — здоровается она.

— Добрый день! Чем я могу помочь? — вежливо отзывается Оксана.

— Я пришла к Ларисе, — отвечает с улыбкой.

Подруга переводит удивленный взгляд на меня, и я, коротко кивнув, даю понять, что знаю эту женщину.

— Здравствуйте, Елена Андреевна, — наконец говорю я. — Пройдемте в подобное помещение.

Я скрываюсь в подсобке, а женщина следует за мной. Оставшись с ней наедине, я ощущаю себя не в своей тарелке.

— Чем обязана? — спрашиваю прямо.

— Я пришла поговорить. Выслушаешь меня? — мягко спрашивает она, чем удивляет меня еще сильнее.

— Давайте поговорим. Присаживайтесь, — указываю на диван. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо.

Я вспоминаю тот единственный раз, который случился шесть лет назад, когда я в отчаянии приехала к Елене Андреевне. Она вставила меня, не дав возможности все объяснить и выяснить, что произошло. Теперь ситуация обратная, вот только я — не она, и не стану поступать так, как однажды поступили со мной. Хотя теперь контроль над ситуацией находится у меня в руках.

— Есть две причины, почему я здесь, — негромко начинает она.

— Я догадываюсь.

— Лара, прости меня, если сможешь, — в голосе Вяземской слышится дрожь. — Я очень плохо поступила с тобой.

— Это так, — подтверждаю ее слова. — Вы даже не стали меня слушать.

— Я не стану оправдываться, — мрачно заявляет она. — Просто потому что оправдания мне нет. Нельзя обвинять человека, не зная всех обстоятельств. Как в случае с тобой. Я приношу свои извинения, Лар. Мне очень жаль.

— А вторая причина? — спрашиваю резко.

Я не держу зла на эту женщину — она была на стороне сына. Став матерью, я поняла ее. Возможно, и я в той ситуации захлопнула бы дверь перед носом предательницы, кто знает.

— Я знаю о твоей дочери, — несмело произносит Елена Андреевна. — О том, что она моя внучка.

— Это было очевидно, — киваю я.

— Лара, я очень хочу познакомиться с ней, — я замечаю, как в уголках ее глаз собираются слезы.

— Обычно по субботам в первой половине дня мы гуляем в парке. Если хотите, можете присоединиться.

— Да, я обязательно приеду, — в ее взгляде появляется огонек надежды. — Что она любит?

Я рассказываю о Полине с любовью, с трепетом, останавливаясь на важных деталях и успехах дочери. Ее бабушка слушает, затаив дыхание, не перебивая меня и не задавая лишних вопросов.

— Можете быть уверены, Елена Андреевна, — наконец говорю я. — Я не стану препятствовать общению Полины с вами или ее отцом, если вам самим это будет необходимо. Тем более, бабушка вы у нее одна.

— Конечно, Лара! — восклицает она и добавляет: — Я мечтаю ее увидеть, поиграть с ней, почитать книжку.

— Тогда начнем с парка, — чуть заметно улыбаюсь я. — Там и познакомитесь.

— Хорошо.

— Как ваше самочувствие? — неожиданно для себя самой задаю вопрос.

— Спасибо, очень хорошо, — радостно отвечает она.

— Хорошо, что обошлось, — киваю.

— Ты права. Лара, прости меня, если сможешь.

— Елена Андреевна, просто приходите в парк.

— Я хотела попросить тебя об одной просьбе. Не говори Денису о том, что я приходила.

— Мы с ним не видимся. Так что это будет проще простого. А теперь, Елена Андреевна, извините, я должна работать.

— Конечно. Спасибо, Лара. Я лишь надеюсь, что однажды ты простишь всех нас за свою испорченную жизнь, — с отчаянием в голосе говорит она. — До свидания.

— До свидания.

После ухода Елены Андреевны, стоит мне только остаться одной, на глазах наворачиваются слезы. От обиды, от несправедливости, в которую поверили люди, и от потерянной любви. Разговор с матерью Дениса стал крайне болезненным, всколыхнув старые раны. И теперь я с трудом могу собрать себя, чтобы вернуться к работе, не говоря уже о приеме, на который меня пригласил Олег.

— Лара, ты как? — в подсобке появляется Оксана.

— Нормально, — всхлипываю я, смахивая слезу с щеки.

Еленина подходит ко мне и утягивает в свои объятия, давая возможность снова побыть слабой. Я была уверена, что выплакала все до последней капли, но нет — случившееся нельзя стереть из памяти.

— Чего она хотела? — спрашивает Оксана, мягко отстраняясь.

— Извиниться за то, что не дала объясниться четыре с половиной года назад, — я смотрю в глаза подруге, а губы подрагивают от новой подступающей порции слез.

— А ты? — интересуется она.

— Выслушала ее, — пожимаю плечами.

— А что насчет Поли?

— Как и ее сын хочет познакомиться с внучкой, — чуть помедлив, отвечаю я. Ловлю напряженный взгляд подруги и тут же добавляю: — Пусть общаются. На нейтральной территории в парке.

— Оптимальный вариант, — соглашается Оксана. — Что Полюшке скажешь?

— Так и скажу. Папа и бабуля пожаловали.

Еленина прыскает от смеха, а уже через секунду ее настроение передается и мне. Я даже рада, что у моей дочери появится отец и родственники по его линии. Я всегда мечтала о большой семье, но у меня не сложилось. Возможно, Полину минует эта участь.

— Так что, едем за Полей? — прямо спрашивает Оксана. — Маша уже вышла на работу.

— Не хочется мне идти на этот прием. Что мне там делать? — я развожу руки в стороны.

— Расслабиться и получать удовольствие от твоей интересной и разнообразной жизни, — подмигивает подруга. — Поехали, а то не успеем тебя собрать.

— Хочешь навести мне марафет? — усмехаюсь я.

— Конечно! — восклицает Еленина, а затем шутливо хмурится: — По-твоему я зря заканчивала курсы?

Ровно в семь часов я стою в прихожей своей квартиры и смотрю в зеркало, с трудом узнавая себя. Макияж и укладку, которые довольно быстро сделала Оксана, превратили меня в другого человека.

— Мамочка, какая же ты красивая, — глаза Полины светятся неподдельным восторгом. — А тетя Окси фея.

— Окси? — переспрашивает Оксана. — Мне нравится. Что скажешь, Лар?

— Это я? — единственный вопрос, который мне удается задать.

— Ты.

— Оксан, у тебя талант. Ни один визажист даже рядом с тобой не стоял. Я себя не узнала, но все это, — я активно жестикулирую руками в воздухе, — очень красиво и эстетично.

— И это самое главное. Я рада. Остается выбрать платье.

— Есть у меня один вариант, — я достаю из дальнего угла гардеробной вешалку, на которой висит в прозрачном чехле платье винного цвета.

— О. Боже. Мой, — подруга шутливо хватается за сердце. — Где ты взяла такую красоту?

— В прошлом году увидела в торговом центре и не смогла пройти мимо. Ты же меня знаешь, не покупаю я такие платья, а тут захотелось. Но самое странное — вспомнила я о нем только сегодня.

— И очень кстати вспомнила, Лар. Давай, надевай. Покоришь там всех, — серьезным тоном произносит Оксана.

То, что нужно. Это платье буквально создано для того, чтобы выглядеть так, словно ты — королева вечера. А главное, мне очень нравится. Я чувствую уверенность и непоколебимость внутри себя, а это как раз то, чего мне в последнее время не достает.

На Олега я тоже произвожу крайне приятное впечатление. При встрече он целует мне руку совсем как во времена королей, а его жадный взгляд шарит по моему платью, после чего возвращается к лицу.

К восьми часам вечера мы подъезжаем к высокому элитному зданию, где и будет проходить вечеринка, устраиваемая кем-то из друзей Олега.

— Не приходилось бывать здесь? — уточняет Семенов.

— Нет.

— На самом верху находится закрытый ресторан-клуб, туда мы и направляемся, — поясняет Олег.

Как только мы переступаем порог ресторана, я ощущаю себя лишней. Замечаю пару знакомых лиц. Желание сбежать становится слишком непреодолимым.