Стиви Янг, его племянник, взял на себя партию ритм-гитары. Это был хитрый ход; во-первых, ничего не просочилось за пределы семьи и оставалась большая вероятность, что многие зрители не заметят разницы, потому что Стиви, будучи всего на три года моложе дяди, был копией Малкольма. Он даже играл на Gretsch Firebird, которая когда-то принадлежала Янгу. Во-вторых, Стиви в этом деле был не новичок, ведь его коллектив Starfighters (с таким же названием, как и первая группа Гарри Ванды) выступал на разогреве у AC/DC в туре в поддержку Back in Black. У него было десять дней, чтобы выучить свои партии.

Несколько месяцев спустя, выйдя из клиники, Малкольм испытал невероятные ощущения, наблюдая из-за кулис за игрой своего двойника на сцене. К сожалению, это был не последний раз, когда Стиви Янг заменял своего дядю.

К середине 1990-х годов Малкольм с семьей вернулся в Австралию, поселившись в пригороде Сиднея Балмейне. Несколькими годами ранее он купил впечатляющий особняк из песчаника под названием «Онкапаринга», что на языке коренных народов Каурна переводится как «Женская река». Недвижимость обошлась Янгу в 872 000 долларов (текущая стоимость — около 30 миллионов долларов), но до того, как Малкольм и О'Линда с детьми смогли переехать, в доме целый год шли ремонтные работы. Местные окрестили его «Тараканий замок».

Однако глава семьи нечасто бывал в Балмейне: даже в 1990-е он все еще мотался по гастролям и студиям звукозаписи, которые с момента основания группы стали неотъемлемой частью его жизни. По воспоминаниям одного из соседей: «Малкольм в основном приезжал домой на Рождество и проводил с родными несколько недель». Порой их видели с Ангусом на веранде. А иногда можно было услышать, как Малкольм играет в студии на чердаке, оборудованной по индивидуальному заказу. Соседи называли ее «студией в облаках». Время от времени в доме звучала и другая музыка — кумирами его дочери Кары были мастера гранжа Nirvana, или «Ниииирвана», как шутя звал их Малкольм. Иногда он говорил просто: «Та группа». Его сложно было назвать ярым фанатом, хотя сам Курт Кобейн, как и многие другие, был восторженным поклонником AC/DC, особенно обожавшим Back in Black.

«Это совсем не то, чего ожидаешь, — заметил другой сосед на вопрос, каково это — жить рядом с рок-звездой (пусть даже с той, которая теперь вела тихую размеренную жизнь). — Он не устраивал диких вечеринок. Мы узнавали, что он дома, лишь услышав, как он играет в студии».

По воспоминаниям соседей, Малкольм при встрече всегда останавливался и здоровался, обычный парень с необычной работой. «Он обыкновенный человек, его частенько можно было увидеть на улице или по дороге в город».

«Онкапаринга» наглядно демонстрировала, насколько высоко Малкольм поднялся после дома в Бервуде и общежития для мигрантов «Виллавуд». Величественный комплекс площадью 1937 квадратных метров был окружен трехметровой стеной из песчаника медового цвета. Ландшафтные сады надежно скрывали Малкольма и его семью, когда надо было сбежать от рок-н-ролла. По второму этажу проходила закругленная веранда. Еще был бассейн, которым Малкольм разрешал в свое отсутствие пользоваться соседям, а также теннисный корт и джакузи.

Его дом был одним из самых больших в округе; Восточный Балмейн — район, изобилующий крупными поместьями. Но «Онкапаринга» занимала большую часть квартала. Это местечко было чем-то вроде анклава художников; здесь жили и актеры, например Джуди Дэвис, Колин Фрилз, Рэйчел Уорд и Брайан Браун. Даже трансвестит Карлотта, с которой AC/DC работали (совсем недолго) еще в 1974 году, была одной из местных. Однажды Малкольм чуть не сбил пешехода, им оказался Марк Эванс, бывший басист AC/DC, который также жил неподалеку и продолжал заниматься музыкой.

У Малкольма была камера наблюдения, но вместо того чтобы следить за вторгшимися фанатами, она была направлена на ближайшую гавань, которая виднелась с крыши, чтобы, по словам одного из соседей, «в прямом эфире наслаждаться тем, что происходит в порту прямо у себя в гостиной». Они устраивали новогодние вечеринки; и пока все за бокалом любовались невероятным видом на гавань и фейерверки, сам Малкольм тихо стоял в глубине комнаты, наслаждаясь моментом.

Потери продолжали преследовать Янга, даже когда он вел более семейный, домашний образ жизни. Через три года после смерти отца, в 1988 году, умерла его мать Маргарет; ей было 75. Один из его старших братьев — Стивен, гитарист, оказавший на него большое музыкальное влияние, — скончался в 1989 году в возрасте 56 лет. Именно он был отцом Стиви, заменявшего Малкольма во время тура 1988 года, пока лидер группы находился в реабилитационном центре.

В этот период Янга сильно подкосила еще одна потеря — смерть первого наставника Теда Альберта. Он словно лишился еще одного члена семьи. Без Альберта, возможно, не было бы AC/DC: он поддерживал Малкольма и Ангуса еще до того, как они сформировали группу, с того знаменательного дня в Бервуде, когда услышал, как они бренчат на гитарах у себя в комнате.

Альберт внимательно следил за прогрессом братьев по мере того, как они завоевывали мир, его компания сохранила контроль над записями группы. Но их связь была сильнее, чем просто бизнес: студия Alberts стала их духовным пристанищем (и оставалась таковым до 2016 года, пока компанию не продали BMG); это единственное место, где Малкольм и Ангус чувствовали себя в безопасности. Оказываясь в Сиднее, они часто заглядывали в офис Alberts и навещали некоторых сотрудников, среди которых их близкая подруга Фифа Риккобоно, познакомившая Малкольма с О'Линдой, крайне настороженные и осмотрительные Янги всегда могли на нее положиться. «Она всегда была рядом, — говорил Малкольм о Риккобоно, — с первых дней». AC/DC не единственный успешный проект Alberts, помимо них были всем известные The Angels, Rose Tattoo, Стиви Райт, Джон Пол Янг и Ted Mulry Gang. Вдобавок ко всему у компании были собственные звездные продюсеры в лице Ванды и Янга. Лейбл полностью оправдывал свое прозвище — «Кузница хитов».

После выхода альбома AC/DC The Razors Edge в 1990 году, ознаменовавшего возвращение трезвого Малкольма, Тед Альберт написал ему письмо. Он рассказал, что перед выходом пластинки ему в машине установили новые сабвуферы, и всего после нескольких прослушиваний она настолько «поразила» мужчину, что он был просто обязан написать Янгу. «Мне очень нравится», — сказал он об альбоме, пожелав Малкольму и группе дальнейшего успеха. Он по праву считал себя гордым отцом. И даже пообещал увеличить гонорар музыкантам — «в знак благодарности за долгое сотрудничество и успех, который вы принесли моей компании».

Но вскоре после того, как он написал это письмо, 11 ноября 1990 года, Тед Альберт скончался от сердечного приступа. Ему было всего 53 года. Малкольму сообщили, когда он находился в Нью-Йорке. «Я не мог в это поверить, — сказал он. — Просто не мог».

Это была огромная потеря и для Янга, и для группы, и для всего музыкального сообщества Австралии. Альберт был первопроходцем, незадолго до смерти он основал кинокомпанию M&A Productions, первой работой которой стал фильм База Лурмана «Танцы без правил». К сожалению, Альберт не увидел, как фильм собрал 80 миллионов долларов при бюджете всего 3 миллиона, став международной сенсацией (как и его потрясающий протеже). Центральной песней фильма стала «Love is in the Air», написанная Вандой и Янгом, которые начали собственный путь вместе с Альбертом еще в середине 1960-х годов. Его смерть ознаменовала конец компании, какой ее знали AC/DC. Alberts никогда не будет прежней.

В австралийском документальном фильме «Blood & Thunder: The Sound of Alberts» Янгов спросили о роли Теда в становлении AC/DC. Оба ответили почти без раздумий.

«Не думаю, что нам когда-нибудь встречался кто-то настолько же искренний и надежный, — сказал Малкольм. — Мы многим обязаны Теду».