Попрощавшись с англичанами, в отличие от меня у них хлопот только прибавилось, я наконец-то покинул уже осточертевший мне отель. Больше в него ни ногой. Поставлю этому заведению всего две звезды, и то только за качество постельного белья.
Не успев отъехать от отеля даже на километр, я неожиданно получил звонок «счастья» от своего бухгалтера.
— Господин Фудзивара, у меня для вас плохие новости, — печальным тоном известил Исикава Джиро.
Впрочем, ни разу не помню, чтобы он чему-нибудь радовался. У Джиро всегда такой голос, будто всё пропало. Сокрушённо вздохнув и посмотрев в окно на беззаботных, радующихся жизни прохожих, устало произнёс:
— Почему-то я так и подумал. Этот день ещё далёк от завершения. В чём дело, Исикава-сан?
— Налоговая проверка завершена досрочно. По её итогам нам выписали предупреждение, дали предписание устранить все нарушения, а также выписали крупный штраф. Погасить его нужно в течение недели. Поскольку ни заплатить, ни устранить эти нарушения мы не сможем, просто не успеем, то почти гарантированно получим второе предупреждение и ещё более крупный штраф. На третий раз у нас отнимут лицензию.
Учитывая идеально подобранное время для подобных требований, слишком сжатые сроки, а также сложности бюрократических процедур, нам не оставили выбора. Именно поэтому я не хотел ссориться с государственными службами. Они всегда найдут способ отомстить, не выходя за рамки своих служебных полномочий. Когда мы нагло щёлкнули налоговую по носу, поставив некоторых её начальников в крайне неудобное положение, это не могло остаться без последствий. Мы ждали, что они что-то предпримут, однако, похоже, Исикава-сан собирался меня ещё чем-то неприятно удивить.
— Насколько я помню, все риски были просчитаны и заложены в смету. Появилось что-то, чего мы не предусмотрели? — нахмурившись, поинтересовался у бухгалтера.
Он не стал бы звонить по пустякам. Насколько знаю, у нас не должны были найти серьёзных нарушений. Мы всё сделали достаточно грамотно, поэтому появление крупного штрафа не могло не удивить.
— Да, появилось. У нас обнаружился действующий, но неучтённый складской терминал в порту Кавасаки. Судя по документам, давно уже убыточный старый комплекс, нуждающийся в неотложной модернизации.
— У нас есть собственный склад в Кавасаки? — изумлённо уточнил.
— С недавних пор — да. Я сам узнал об этом только сегодня. Оказывается, его бывший владелец — по фамилии Фудзивара, чуть более месяца назад переписал его на нас. Сделал дарственную, но так хитро, что об этом никто не узнал, ещё и с нарушениями, за которые мы теперь должны будем немало заплатить. Весь декабрь склад работал. Разумеется, проверяющие поинтересовались, а где финансовые отчёты по этому объекту? Почему они не включены в итоговую сводку? Заплачены ли с него все налоги? Почему на складе так много нарушений? Скажу сразу, техническое состояние этого склада ужасное. Ему давно требовался серьёзный ремонт. В данный момент он более чем наполовину простаивает. Разумеется, все счета за обслуживание, зарплаты, портовые и страховые сборы, всё это повесили на нас. Причём все платёжки пришли только сегодня, одной пачкой. Проверяющие ими были очень довольны, — с оттенком иронии передал бухгалтер.
Я не сразу подобрал подходящие слова, чтобы описать мою реакцию на эту новость. Не хотелось вульгарно ругаться, потеряв самообладание. Перед бухгалтером я должен быть спокоен и величественен, как Фудзияма. Боюсь даже представить, что буду делать, если он подаст заявление на увольнение, не дожидаясь надвигающейся катастрофы.
— Жаль… Очень жаль, что мы узнали об этом только сегодня, — с чувством произнёс, едва не заскрипев зубами от досады. — Ох, как жаль! Я так понимаю, этот «подарок» не лучше мельничного жернова, привязанного к нашим ногам в период рыбалки, да ещё перед началом шторма.
Исикава промолчал, не видя смысла комментировать очевидное. Когда я поинтересовался, кто же это нам так сильно удружил, он назвал незнакомое имя. После некоторых расспросов выяснил, что этот тип числился в семейном реестре северной ветви нашего большого клана. Это стало ещё одной неприятной, но ожидаемой новостью. Теперь можно с уверенностью утверждать, что меня там не любят. Оставалось непонятным только одно, почему эта ловушка была организована ещё месяц назад, до моего столкновения с дядями и Ируми-сан? Кто же у них такой дальновидный? Хочу похвалить. Хороший план и такое же исполнение.
Сначала нас поимеет государство, вынув из нашего кармана неприличное количество денег. Заставит исправить все нарушения, а потом серьёзно вложиться в этот склад. Возможно, ещё и портовую инфраструктуру к нему привяжет. Потом бывший владелец через суд оспорит процедуру дарения, раз уж с ней тоже есть проблемы. Вернёт потерянное имущество, которое мы к тому времени должны будем за свой счёт привести в порядок, чтобы не потерять лицензию. Почему-то даже не сомневаюсь, пока будем с ним судиться, оспаривая право передачи собственности, что может надолго затянуться, все счета и штрафы всё равно будут приходить нам, а не ему. Скорее всего, у нас банально не хватит денег, чтобы с таким балластом удержаться на плаву. Придётся много занимать. Не особо удивлюсь, если всё придёт к тому, что заёмщиком окажется клан Фудзивара. Предлог он найдёт. Получается, как свернувшегося ёжика ни поверни, всё равно уколешься. Самое печальное, я сейчас ничего с этим не смогу поделать. Как минимум — две недели. Пока закончатся праздники, отпуска, болезни, спад деловой активности, нежелание напрягаться, ссылки на каникулы соседей по глобусу, нас уже зажмут в тиски. Хотя официально все государственные учреждения должны заработать уже через несколько дней, но по факту толку от них не будет, пока не закончится небольшой период всеобщей заторможенности.
Прикинув, что в пустой офис мне уже нет смысла ехать, решил в этом году больше не напрягаться. Что я там сделаю вечером тридцатого декабря? Повою в окно? Поблагодарив Исикаву за работу, отпустил его домой. Попросил только перед этим скинуть мне на телефон копии договоров по складу в Кавасаки. Завтра почитаю, чтобы не портить сегодняшний вечер и грядущий сон. Не хочу зря злиться. Никто ведь не обещал, что будет легко и нас оставят в покое. Надеюсь, потом что-нибудь да придумаю. Не бывает безвыходных положений. Кроме того, не хотелось портить моим ребятам праздник. Срочно вызывать их на сверхурочную работу. Рушить планы. Грузить проблемами. Ещё я обещал старым друзьям из Мацудара корп прийти на их маленький собственный корпоратив. Не хочу нарушать своё слово. Жизнь-то продолжается. Подумаешь, на работе очередные неприятности. Что же теперь, не давать спокойно жить ни себе, не людям? Несколько дней отдыха ничего не изменят. В отличие от случая с «Морским конём», здесь вопрос не стоял о жизни и смерти людей.
Зная о планах моих сотрудников на эти праздники, к которым они радостно готовились, я решил позволить им спокойно провести выходные дома. Навестить свои семьи. Как следует повеселиться и набраться сил. Если не сейчас — то когда ещё? Они этого заслужили. Кстати, о птичках. Вспомнив самую неприкаянную страдалицу нашего офиса, несколько секунд проведя в сомнениях и внутренних спорах, всё же ей позвонил. Не один из сотрудников «Мацудара и партнёры» не должен встретить Новый год плохо, в одиночестве и тоске, всеми забытый. Я просто не мог этого допустить. Каждый из этих паразитов мне по-своему дорог.
Чтобы подтвердить худшие предположения, специально сделал видеозвонок. Интересно, возьмёт она телефон в свой выходной или нет?
— Слушаю, — лениво отозвалась Мива, очень быстро приняв вызов.
Похоже, больше ей заняться было нечем. Внимательно посмотрев на Миву, выразительно приподняв бровь, многозначительно улыбнулся. Всегда приятно убеждаться в своей правоте.
— Что? — недовольно огрызнулась смущённая Мива, почувствовав себя неловко.
Звонок застал её на диване в компании с наполовину съеденной пиццей и полупустой бутылкой колы, а также включённым телевизором, из которого доносились взрывы задорного хохота, сопровождаемого уничижительными комментариями особо радостных ведущих какого-то чудовищно нелепого и смешного японского развлекательного шоу. Вроде того, где команде храбрецов нужно в одних купальниках, обмазавшись крайне скользким гелем покорять крутую лестницу, на вершине которой стоял придурок в дурацком костюме инопланетянина и обильно поливал её этим же гелем, изображая злодея. Сама же Мива в этот момент была одета в просторный однотонный свитер с высоким воротником и дурацкие, старомодные спортивные штаны. Волосы, застигнутая врасплох девушка, заправила назад, закрепив их дешёвым пластиковым ободком. В общем, Мива имела очень домашний и неряшливый вид типичной одинокой домохозяйки.
