Больше всего в рассказе Танаки меня заинтересовало другое. Если до этого мы работали тихо и спокойно, не поднимая пыли, то, как только уехали, оставив замену, скажем прямо: не самую компетентную, в компанию косяком повалили проблемные личности. Некоторые из них пытались продвигать крайне сомнительные проекты. Параллельно у наших старых, надёжных клиентов стали возникать различные мелкие проблемы, требующие вмешательства фонда. Также резко выросло количество предъявляемых нам счетов, которые до этого словно накапливались, а тут, как трубу прорвало. Поэтому у фонда в этом месяце возникла дыра в бюджете. Хорошо, что Мива с этим справилась до вмешательства деда или Ренки. Иначе бы на фонд уже показывали пальцем и говорили, что я им плохо руковожу. Найдется кому сказать, даже не сомневаюсь в этом.

— Похоже, кто-то решил воспользоваться моим отсутствием, чтобы раскачать ситуацию, — согласился с выводами Танаки.

Вымотавшийся за последние дни директор, не успевающий разгребать дела, связанные с оружейным бизнесом, которые не доходили до общего операционного зала, с моим возвращением наконец-то облегчённо выдохнул и расслабился. Спихнул на меня несколько накопившихся папок, требующих рассмотрения именно владельца компании, а не управляющего.

— Мне кажется, проблемы нам пытался устроить не один человек, а несколько. Не знаю, связанных ли между собой, или нет. К нам несколько раз приходили очень влиятельные люди, спорить с которыми у меня не хватило бы авторитета. Я пока маленькая рыбка в их большом пруду. Хорошо, что у Мивы-сан оказалось достаточно крепкая деловая хватка и хватило связей с ещё более серьёзными людьми. Она — девочка из очень непростой семьи. Поэтому, простите меня, но я старался в её дела без веского повода не вмешиваться, чтобы не притянуть молнии бедствия на себя, — повинился Танака, огорчённо склонив голову.

Он не обязан был этого делать, но счёл подобный жест правильным. Чтобы не заканчивать разговор на минорной ноте, оставив после него горькое послевкусие, быстро сменил тему. Нужно же позаботиться о том, чтобы оставить о себе хорошее впечатление, несмотря ни на что. Японские руководители в этом хорошо поднаторели.

— Позвольте ещё раз похвалить ваш выбор. Вы правильно сделали, что поставили её на место старшего менеджера отдела по работе с клиентами. Она с ними словно на одной волне. Но при этом достаточно жёсткая, чтобы не дать себя прогнуть в нужную им сторону. Вы готовите её на замену Бандо-сан, которую ждёт повышение? — проявил проницательность. — Понятное дело, не сейчас.

Узнав, как Мива отбивала нападки на мой фонд и искала новых клиентов, я убедился, что вложения в неё были оправданы. Однако для замены Бандо она всё же не подходит. Не тот у неё характер. Нет достаточной усидчивости и хладнокровия. Миву легко вывести из себя. Просчитать. Спровоцировать. А ещё, она слишком высокомерна и часто дерзит. Мы всё-таки не бандитское агентство, чтобы работать так, как ей удобно. Нельзя вести себя с клиентами подобным образом. Отдел Бандо — это наше лицо, вывеска, если хотите. Мива на ней смотрится хоть и эффектно, но слишком уж вызывающе. Ей больше подойдёт другая должность. Сначала посмотрю записи с камер, изучу документы, чтобы кое в чём убедиться, а уже потом решу, что с ней делать. Вскоре наш фонд ждёт третья волна расширения. Наблюдательный Танака первым заметил его признаки. В том числе и поэтому он не стал мешать Миве, позволив ей проявить себя во всей красе. Подумал, что я специально так сделал.

Таким образом, если я правильно всё понял, Мива вскоре из уголка стажёра-новичка пересядет за стол штатного сотрудника отдела по возвращению долгов. Или перейдёт в мой любимый — инспекционный отдел. Ещё не знаю, как назову будущую структуру. Чем больше фонд инвестирует денег и заключает контрактов, тем больше процент наших ошибок и потерь. К сожалению, это неизбежно. Мы живём не в идеальном мире. Пока обороты «Мацумото и партнёры» относительно скромные, а круг участников сделок невелик, я успеваю в ручном режиме со всем справляться. Однако долго так продолжаться не может. У Бандо своя функция, у меня своя, у Фукуды своя. Цукуда пока мальчик на побегушках. Толку от него мало. Уволить жалко, продвигать некуда, а подтягивать до нужного уровня некогда. Он же самоучка. Фактически пришёл с улицы. Повезло. Бывает и так. Поэтому Мива мне хоть и не нравится, но я просто обязан к ней присмотреться, как к перспективному сотруднику. В конце концов, мне с ней семью не заводить. Как подумаю об этом, сразу вспоминаю Аматерасу. Прошу её пожалеть если не меня, то хотя бы род Фудзивара. Вот когда мои родственники совсем берега потеряют, достанут хуже горькой редьки, тогда и вернусь к этому вопросу.

Украдкой выглянув в зал через закрытые жалюзи, увидел Миву, которая уже активно с кем-то переписывалась, печатая с невероятной скоростью. Наверняка хвасталась подружке тем, что ещё не успела получить. Доказывала, что она может о себе позаботиться. Заработать на хорошее суши. О том, как её здесь все любят. В этот момент офис сотряс разъярённый вопль Бандо, обнаружившей под столом прикреплённую туда и забытую жвачку Мивы, отчего она тут же воспылала жаждой крови. Для чистюли и аккуратистки Бандо это был удар ниже пояса.

Чуть позже, уже из туалета, закрывшись в нём, неунывающая Мива написала своему деду. Сказала, что у неё всё хорошо. Она уже сама покупает себя дорогие ювелирные украшения. Много зарабатывает. Пользуется уважением коллег. Поэтому пусть дед не переживает, и побыстрее её прощает. Позволит вернуться домой. Разблокирует банковские карточки. И вообще, она его очень любит. Скучает.

Чуть позже, когда настало время обеда и мы всем офисом пошли в кафе отмечать успехи компании, настало ТО САМОЕ ВРЕМЯ! Время для потрясающих историй от Бандо. Народ, подстрекаемый Мивой, буквально жаждал услышать подробности наших невероятных приключений. Словно нарочно, Ренка пришла пообедать со своим секретарём в то же кафе, в то же время. Дед-то ей ничего лишнего не рассказывал, да и я вряд ли буду откровенничать, а ведь она не только большая начальница, но и женщина, которой особенно свойственно любопытство.

Бандо долго ждала этого момента. Копила переживания. Не могла нормально выговориться. Воспоминала всё снова и снова. Поэтому готовилась ещё раз выплеснуть на окружающих свои эмоции, как в ту ночь, но уже окончательно, чтобы поставить в этой истории точку. Упаковать факты в новую, красивую обёртку. Правильно их подать. Заставить всех поверить в то, что она настоящий профессионал своего дела, для которого подобные инциденты — ничто. Чтобы победить страх, спрятавшийся в глубинах памяти, нужно выставить его источник либо смешным, либо нелепым. Именно такой я дал ей совет, когда она обратилась за психологической помощью.

Кроме того, сейчас Бандо хотелось похвастаться тем, за что тогда ей было стыдно. Убедить всех, в том числе и себя, что поездка в эмираты прошла super. Была незабываемой. Увидеть в глазах подружек с работы зависть и восхищение. Щёлкнуть по носу задаваку Миву, у которой на любую тему вечно находились какие-то захватывающие воспоминания из бурной «молодости». Не то, что у Бандо. Всё-то Мива пробовала. Везде бывала. На всём каталась. Всё видела. Она словно подчёркивала, что девушка из высшего общества не чета остальным. Только Мива жила полноценной, яркой, красивой жизнью, а они лишь выживали, от зарплаты до зарплаты, не видя ничего, кроме работы.

Зря она так. Каждой девушке хочется почувствовать себя популярной принцессой. Как-то выделиться. Запомниться. Иметь что-то своё, уникальное. Поэтому Бандо, скопировав загадочную улыбку Чеширского Кота и проигнорировав ехидный взгляд Фукуды, принялась рассказывать Историю. Даже я слушал её с большим изумлением, часто ловя себя на мысли, а не врёт ли она? Может, мы были в каких-то разных командировках? Захотелось попросить Цукуду проверить, нет ли у Бандо сестры-близнеца. Или она как Джекил и Хайд? Пока «трезвая» — оплот строгости и порядка, а как выпьет: куда же вы, семеро? Мне такие вещи у её деда лучше не спрашивать. Вдруг неправильно поймёт. Решит, что у меня фетиш на близняшек. Обо мне и так слухи ходят, один нелепее другого.