Инспектор знал, но произносить вслух матерные слова очень не хотел. Если он правильно понял, посмотрев на тонкую папочку, как на ядовитую змею, то ему подсунули пустую картонную коробку, с которой он мог делать всё, что захочет, потому что это ни на что не повлияет, кроме уровня раздражительности начальства.

— Но… как же… У меня приказ за НЕДЕЛЮ, не меньше, провести полную, тщательную проверку ВСЕХ документов этого фонда, — несколько растерянно произнёс, с надеждой посмотрев на бухгалтера, словно обращаясь за помощью.

— Хорошо. Сколько нужно, столько и проводите. Этот офис в полном вашем распоряжении. Никто вам здесь не будет мешать.

Джиро-сан фактически заявил о том, что пока проверка не закончится, кроме него в офисе не появится ни одного сотрудника. Все они будут работать где-то в другом месте. Скорее всего, в частном порядке, пока всё не закончится. Даже если фонд на время прикроют. Также инспекторов никто не собирается ни поить, ни возить, ни обхаживать. Всё за свой счёт, поэтому ни в чём себе не отказывайте.

— Кстати, наш адвокат предупредила, что где-то после Нового года подаст в суд на преднамеренное воспрепятствование коммерческой деятельности нашего фонда. В том плане, что если шесть человек за полмесяца не могут разобраться с шестью бумажками, значит, они выполняют чей-то приказ. Согласитесь, не будут же в вашем ведомстве держать настолько некомпетентных дураков.

В глазах бухгалтера в этот момент как-то особенно ярко отразился свет ламп. Ещё раз переглянувшись с коллегами, словно пересчитывая их, побледневший глава инспекции сглотнул.

«Мне ******!» — мысленно воскликнул.

Говорили ему более опытные пожилые коллеги: не лезь в дела больших кланов, целее будешь. Нет же, захотел быстрого карьерного роста. Теперь как бы не пролететь мимо окна возможностей и угодить прямиком в мусорное ведро. Никто не даст ему сунуть нос ни в Арима групп, ни в коммерческие банки. Тем более — международные. Даже если он исхитрится под каким-нибудь предлогом закрыть фонд, а ему такой команды не давали, только изучить, то перейдёт дорогу одним влиятельным людям. Если не добьётся результатов, разочарует других. Куда ни посмотри, везде ямы. Только некоторые наполнены ядовитыми змеями, часть заострёнными бамбуковыми кольями, а какие-то — кипящим маслом. Что теперь делать?

— Вы пока ознакомляйтесь с бумагами, не спешите, а я пока пойду, прогуляюсь. Воздух здесь что-то душный, — сообщил Джиро-сан, впервые получая от проверки истинное удовольствие.

Обречённо вздохнув, инспектор решил посоветоваться с начальством. Он человек маленький. Может — копать. Может — не копать. Может — копчёную рыбу в очень маленькие бумажные кульки заворачивать.

Выслушав собеседника, Ируми вежливо поблагодарила, после чего коротко попрощалась, избегая лишних слов. Только после того, как разговор был завершён, она раздражённо поморщилась и с шумом выпустила из груди воздух.

— Вот же… неблагодарный негодник. Так меня подвёл. Я уже обо всём договорилась, пообещала и задействовала связи, даже кое-какие планы на следующий год набросала, а он всё это похерил одним широким жестом с загибом локтя. Совсем меня ни во что не ставит. И ведь как ловко вывернулся, аж зло берёт. Мне бы так.

Поскольку сейчас Ируми никто не слышал, она могла позволить себе немного вольностей. При посторонних старейшина клана старалась не ругаться. Не показывать сильных эмоций. Вела себя сдержанно, с достоинством.

— И что теперь с тобой делать? — проворчала, задумчиво похлопав телефоном по ладони.

Вопрос повис в воздухе. Неизвестно, понимал ли сам племянник, насколько сильно его действия всё усложнили и запутали? Если да, то это вызывало невольное уважение… и злость. Проблема Синдзи перестала быть его личным делом. Её суть заключалась в том, что племянник предпринял решительные шаги в попытке защититься от давления со стороны уже не просто каких-то отдельных родственников, а всего клана. Так это будет выглядеть со стороны. Уклонился от проверки, которая должна была спасти не только его честное имя, но и «незапятнанную» репутацию Фудзивара. Какие выводы из этого напрашивались. Первое, он их опасается. Второе, ему есть что скрывать. Третье, он доверяет чужим больше, чем своим. Более того, Синдзи обратился за помощью к Арима. К тем самым, кого Фудзивара не могли ни попросить, ни «прогнуть» без потери лица для любой из сторон. Ясука ведь тоже не самый послушный и примерный член их рода. Она известная мятежница и оппортунистка, ставящая во главе всего личную выгоду. Безжалостная хищница, ведущая сомнительные дела, в которые никому не позволяла лезть.

В итоге получилась очень запутанная конфигурация. Арима не могли тронуть Синдзи без урона чести для Фудзивара, а также очередного конфликта с Ясукой, а Фудзивара, по той же причине не могли проявить грубость по отношению к члену их рода. Точнее, все всё могли, но это прямой путь к открытому разрыву отношений и объявлению независимости. Подобный шаг грозил ещё большими репутационными потерями и непредсказуемыми последствиями. Тут уже дело не в деньгах.

Самое неприятное в это ситуации другое. Странные манёвры Синдзи будут «правильно» интерпретированы всеми, кто наблюдает за этой ситуацией, а таких немало. Можно подумать, будто клан Фудзивара действительно собирается отнять у Синдзи бизнес. Подавить свою возрождающуюся южную ветвь, пытаясь избежать передела власти. Ируми готова поспорить, все так и будет. Наблюдатели, скорее всего, ещё и решат, что в этом странном деле есть за что бороться, раз началась такая грубая игра. «Мацумото и партнёры» не просто красивая вывеска, а ширма. Что им на это ответить, если спросят? Фудзивара ведь и сами не знают, что парень так старательно прячет. «Стоит ли сокровище пролитой крови?» — как сказали бы предки.

Не считая инвестиционного фонда, на Синдзи и надавить-то особо нечем, в попытках унять его прыть. В права наследника он ещё не вступил. В заключённых им сделках крутились деньги и интересы довольно серьёзных людей, ссориться с которыми без уважительной причины откровенно не хотелось. А если он к тому же вой поднимет в СМИ? Обвинит родню чёрт знает в чём, вроде рейдерского захвата. Или выкинет ещё более неприятный фокус. Например, полностью передаст все свои активы той же Ариме Ясука? Зачем клану Фудзивара так позориться? Синдзи давно уже перестал быть мелкой, незаметной фигурой. К нему приковано большое внимание. В том числе и из-за того, с кем он проводит время. Есть известная поговорка: скажи мне, кто твои друзья, и я скажу — кто ты. Ируми уже разузнала про предстоящие Рождественские свидания племянника с принцессами из родов Мацудара, Хаякава, Итидзё, и это не упоминая про подозрительное сотрудничество с Аримой. Попробуй обидеть такого человека. Раз они пытаются его заполучить, значит — он чего-то да стоит. Очередная очевидная всем истина. С другой стороны, возможно, в этом виновато банальное соперничество. Что-то вроде: если бы другие девушки не цеплялись за этого парня, то и мне бы он не приглянулся. Вот только остановить запущенный маховик гораздо сложнее, чем запустить.

Нельзя сказать, что для Фудзивара эта ситуация — безвыходная. Хотя ещё можно пригрозить Синдзи проблемами из-за вызванных им же слухов, но без убедительных доказательств лучше этого не делать. Мало ли что люди говорят. С голословными обвинениями нужно обращаться не менее осторожно, чем с бумерангом. Именно по этой причине и была затеяна уже провалившаяся налоговая проверка. Фудзивара хотели понять, а так ли уж эти слухи нелепы?

Есть и другие неприятные моменты, которые тоже нужно учитывать. Синдзи слишком мало времени провёл в клане. Не успел, что называется, испортиться. Любое открытое давление на «бедного» человека из «народа» будет восприниматься обществом, как необоснованные придирки высокомерных аристократов. Попыткой ограбления того, кого остальные Фудзивара признали своим только на словах. Не устраивать же из-за этого спектакль «Гадкий утёнок». Скрытое же давление на Синдзи вряд ли окажется эффективным. Чем ему угрожать? Не выслать приглашение на общесемейный Новогодний банкет? Выделением денег на содержание, как другой клановой молодёжи? Он, скорее всего, за это только спасибо скажет.