— Обиделся, значит, — нахмурилась тётя.

— А разве мне есть на что обижаться? — удивился.

Кажется, сделал это недостаточно искренне, расстроив её ещё больше.

— Синдзи, ты же не ребёнок, — постаралась уговорить не делать глупостей.

— Совершенно верно Ируми-сан. Не ребёнок.

Не стал добавлять: тем более, не ваш. Сама догадается. Она женщина умная. Ещё раз кивнув на прощание, заметно хромая, без намёка на улыбку направился к выходу. Как говорится: у каждого своя правда, только истина одна.

Настроение после разговора с тётей Ируми стало откровенно паршивым. Я понимал, что во многом она права, но не смог этого принять. То есть, пока я не замахнулся для серьёзного ответа, пусть даже мнимого, всех всё устраивало? А когда посмел, мне тут же погрозили пальчиком и отчитали, как непослушного ребёнка. Ещё и наказали, для примера. Сказали: слишком уж самостоятельный.

Оказывается, подобные вопросы я должен был решать через совет клана. Не поднимать руку на старших. Писать жалобу. Ждать её рассмотрения. Обосновывать свои претензии. А почему же тогда Тсуиоши и Такахара с самого начала так не поступили? Они побежали к Ируми-сан только тогда, когда запахло палёным. Я же в своих действиях привычно исходил из расчёта, что надеяться мог только на себя. Не в этом ли заключалась ошибка? Я по-прежнему считал себя свободным игроком, а не командным. В этой части тётя Ируми права.

Разочарованно покачав головой, достал из кармана телефон. Задумчиво принялся листать записную книжку в поисках того, кто мог бы стать для меня тем, кем я вчера был для Микадо Аоки. Понимающим собеседником и человеком, готовым подставить в трудную минуту крепкое плечо. Что-нибудь посоветовать. Рассказать, как вся эта ситуация выглядит со стороны. Раскрыть, кто, по его мнению, прав, а кто — виноват.

— Только не спиться бы, — высказал здравые опасения. — Так, Ёсиду лучше не трогать. У него теперь есть девушка. Небось, сейчас проводит с ней романтический вечер, а то и что-то… более интимное. Знакомым девушкам звонить не хочется. Зачем портить им настроение? Жаловаться. Нудеть, как старик. Напиваться словно свинья. Загружать своими проблемами. Обойдутся. Да и поздно уже.

Как выяснилось, у меня почему-то не нашлось друзей среди парней. Нагано отпадает. Второй приятель из Мацудара корп тоже не подходит. Да уже и как-то неудобно ему звонить. Мы не настолько близки. Шина, по понятным причинам, лучше не звать. Айво или Цукуда — это уже совсем перебор. Что-то у меня какие-то несбалансированные знакомства. Хотя весь телефон забит номерами женщин, а позвонить-то и некому. Сплошные принцессы — ни одной куртизанки. По крайней мере, в таком качестве я их видеть не желал, включая Мэйли.

Ещё раз глубоко вздохнув, попросил водителя отвезти меня в бар. Буду напиваться в гордом одиночестве, изображая из себя несгибаемого Мацумото-отшельника. Может, что-то умное в голову придёт.

По иронии судьбы через дорогу от бара, в котором в этот вечер выпивал Синдзи, располагалось караоке, где отдыхали Мива Харуна и Арима Ясука. Они тоже выпивали, но делали это в гораздо более весёлой и непринуждённой обстановке. Под музыку. Отдав предпочтения коктейлям с красивыми названиями. Обложившись горой закусок. Конечно же, сплетничая. Повод для встречи у них был весьма серьёзный. Мива угощала.

— Я за всё плачу! Гуляем, подруга!

Радостно вынув из кармана тонкую стопку крупных купюр, Мива для показухи подбросила их в воздух, устроив «листопад». Следом, схватив микрофон, заорала припев незавершённой песни, глядя на плывущий по экрану текст.

Amai amai koi no mahō

Kimi to futari de arukitiai

Gyutto te o tsunaide hanasanaide ne

Zutto zutto watashi no dārin!

(Сладкое-сладкое волшебство любви

Я хочу идти вперёд только вдвоём с тобой

Крепко сожми мою руку и никогда не отпускай

Всегда-всегда будь моим дорогим!)

С интересом посмотрев на разлетающиеся деньги, Ясука хмыкнула.

— Мива-тян, ты наконец-то вышла на большую дорогу с маской и битой? Прямо как настоящая сукэбан. Решила тряхнуть стариной?

— Да ну тебя, вредина. Вечно ты всё опошлишь. Это премия! Я гуляю на свои личные, кровно заработанные деньги. У меня сегодня праздник! Яху!

— А завтра опять будешь прижимать лицо к витрине ресторана и, капая слюной, жадно смотреть на то, как люди едят рамен со свининкой? — Ясука призвала Миву более разумно распоряжаться своими деньгами. — У тебя так лицо скоро совсем плоским станет.

У этой дурёхи деньги надолго никогда не задерживались. Утекали сквозь пальцы, словно вода. Мива с лёгкостью находила на что их потратить. Говорила: если деньги легко пришли, то пускай столь же легко и уходят. Она всегда жила текущим моментом, редко задумываясь о будущем.

— Хорошего человека — видно должно быть издали, — беспечно отмахнулась Мива. — А по поводу мяса, ты не права, подруга. Смотри, что ещё у меня есть.

Достав подарочный купон в якинику-тэн, хвастаясь, Мива помахала им перед носом у Ясуки. Та, чтобы не заработать косоглазие и головокружение, ловко выхватила его из рук Мивы. Рассмотрев купон, сильно удивилась.

— Ничего себе! Да ты шикуешь! Откуда такое богатство? Неужели, завела себе парня? Только не говори, что выиграла купон в лотерее. С твоей-то удачей повезёт, если после беспроигрышного розыгрыша сама не останешься без штанов. Причём в весьма пикантной позе.

— Завидуй молча. На тебя даже мошенники не позарятся. Это меня на работе… подкармливают. Босс подарил. Даже похвалил. Сказал: молодец, продолжай в том же духе.

— Ты умеешь работать⁈ — шутливо изумилась Ясука.

Скривившись, Мива показала ей средний палец. Их общение ещё со школы частенько нарушало границу приличий.

— А если серьёзно. Как у тебя дела на работе? Что нового? Слышала, недавно у вас были большие проблемы. Фудзивара с ними справился? — спросила Ясука с большим интересом.

Нужно же быть в курсе последних новостей и приглядывать за теми, кто тебя окружает. Тем более Фудзивара Синдзи в последнее время на слуху. Некоторые называли его восходящей звездой, а некоторые — мятежником или авантюристом. Даже в семье Арима не утихали споры на тему того, как к нему относиться. Нарушает ли он традиции или закладывает основу для новых.

Хмыкнув, засранка Мива сначала взяла коктейль. Через трубочку шумно втянула в себя содержимое, заставив подождать. Потом, зловеще рассмеявшись, вызвав у Ясуки мелкие мурашки, с сияющими глазами принялась возбуждённо делиться дополненной и обновлённой версией рассказа, производства «БандоМива». Не усидев на месте, Мива вскочила на ноги. Начала расхаживать по комнате. Яростно жестикулировать. Использовать грубые слова, рассказывая такие страсти, что Ясука сама не заметила, как в её руках оказался большой пакет с чипсами. Только почему-то пустой, хотя ещё пару минут назад был полным. Облизав губы, обнаружила на них налипшие крошки. Больше всего её испугало то, что рядом лежал второй пакет с чипсами, и тоже пустой. Слушать такое на ночь точно вредно для фигуры.

— Да ты что! — в очередной раз поразилась Ясука. — Он так и сказал? Точно? Сама слышала? Ага, значит, слышала… но не ты… и не совсем это. Могла бы догадаться. Да, весело у вас там, — добавила с нотками зависти.

В её офисе всё было гораздо спокойнее и предсказуемо. Почти по фэншую. Даже пообсуждать нечего. Немного помолчав, искоса взглянув на подругу, Ясука неожиданно спросила:

— Не жалеешь о том, что тебя выгнали из дома?

Сейчас Мива выглядела вполне счастливой, оживлённой девушкой. Не то, что месяц назад. Такая перемена бросалась в глаза.

Ненадолго задумавшись, вновь неосознанно схватившись за стакан с трубочкой, Мива со странным выражением лица посмотрела в потолок.

— Знаешь, уже не особо. На работе весело. По-своему. Только кое-что не даёт мне покоя.