— Уверена? — наигранно забеспокоилась Мива. — С начальницей даже я опасаюсь связываться. Уж лучше реши вопрос со мной. У неё не только рука тяжёлая, но и характер настолько суровый, что ножи сами затачиваются, когда она проходит мимо. Такими темпами Бандо-сан точно помрёт старой девой. Причём пережив нас всех. Из принципа.

«Вряд ли найдётся кто-то ещё более сумасшедший, чем ты», — подумала Маэда.

— Уверена, — кивнула.

— Как хочешь, — даже соглашаясь, Мива сказала это так, будто сделала всё, что могла, пытаясь спасти Маэду.

Пожав плечами, снимая с себя ответственность, Мива позвонила своей старшей. Девушке и самой стало интересно, к чему это приведёт. И вообще, захотелось узнать, чем там Бандо занимается? Развлекается, небось. Отдыхает. Ходит вместе с Фукудой по магазинам и кафе. Набирает сувениры. Пробует восточные сладости.

Дозвонившись, Мива услышала крайне неожиданные звуки, вызывавшие небольшое замешательство у всего офиса, громкую связь ведь она не выключала. Такое впечатление, будто Бандо прямо сейчас находилась в центре какой-то жуткой перестрелки. То ли она кого-то убивала, то её пытались грохнуть. Усомнившись в реальности происходящего, Мива с нечитаемым выражением лица, подозрительно поинтересовалась, чем начальница, чёрт возьми, занята⁈

— Что? В игрушки играю. Не слышишь? — недовольно отозвалась Бандо, перекрикивая шум.

Да ещё таким тоном, будто хотела побыстрее отделаться от подчинённой, задавшей столь дебильный вопрос. Всем стало понятно — это был сарказм.

— Что-то случилось? Я сейчас несколько занята, поэтому, если дело не срочное… — Бандо попыталась завершить разговор, даже не начиная его, но опытная Мива успела вклиниться.

— Срочное. И важное. Очень.

Мива не верила в такую удачу, что кто-то может навредить этой железнолобой Годзилле.

— Да? Хорошо, — огорчённо буркнула Бандо, дав разрешение.

Пару минут Мива торопливо объясняла ситуацию с Маэдой, пытаясь попасть в тайминги между пальбой и взрывами, быстро приспособившись к «концерту». Она даже стала улавливать ритм.

— Чего она хочет? — сильно удивилась Бандо, словно вновь услышала какую-то чушь. — Это точно?

— Да.

— Посылай её к чёрту! — вспылила начальница, выходя из себя.

По офису от её голоса будто разошлась волна колючего мороза, заставившая слушателей поёжиться.

— Будет она ещё права качать. Совсем страх потеряла?

Бандо произнесла это таким мрачным тоном, что невольно в воображении слушателей появился образ суровой женщины якудза с чёрной повязкой на левом глазе, татуированной драконами и карпами по самую шею. Некоторые и вовсе представили контрастно-брутальное лицо, достойное манги: Невероятные Приключения ДжоДжо.

— Скажи, пусть подаёт претензии в письменном виде. Срок рассмотрения — неделя. Приеду — разберусь, — проинструктировала короткими, рублеными фразами, в которых функцию точек выполняли выстрелы из пистолета. — Собака! Бессмертная, что ли? Подожди секунду, сейчас я тут одному животному кишки выпущу, — неожиданно попросила начальница, на что-то или на кого-то отвлёкшись. — Держи гранату!

Внезапно выкрикнула с нотками безумного веселья и азарта, отчего люди в офисе непроизвольно вздрогнули, а также инстинктивно пригнулись, защищая голову.

Кто-то даже полез под стол.

— Ну как, понравилось? Босс! Что там с трупом? — крикнула куда-то в сторону.

По-видимому, обращаясь к Фудзиваре. Других боссов у неё не было.

— А? Мива? Ты ещё здесь? — Бандо вспомнила о незавершённом разговоре. — В общем, не обращай на неё внимания. Попроси подождать несколько дней. Приеду, сама с ней разберусь прямо на объекте. Посмотрим, что там сделано, а чего не сделано. В крайнем случае разорвём контракт. Одним клиентом больше, одним меньше. Такую, как она, даже искать никто не будет. У тебя всё? Пока, — резко оборвала разговор, будучи чем-то сильно занятая.

Пока длился этот безумный телефонный звонок, Маэда стояла, держась тише воды, ниже травы, с глазами мёртвой рыбы. Он стал последним забитым гвоздём в крышку её гроба. Возможно, в буквальном смысле, когда в Японию вернётся та самая неведомая начальница Мивы. Где Маэду закопают, и так понятно. Об этом в разговоре было сказано прямо. Господи, куда она попала? У каких страшных людей заняла деньги? Что же теперь будет?

Прочитав всё это по глазам, Мива с участием спросила, вновь перейдя на вежливый, деловой тон.

— Госпожа Маэда, вас проводить? Не беспокойтесь, объект я посещу сама, чуть позже. Потом сообщу вам о результатах проверки. Если всё будет в порядке, деньги вы получите либо сегодня вечером, либо завтра утром. Спасибо за ваш визит, — закончила с дежурной улыбкой.

— А? Да. Хорошо, — испуганно кивнула Маэда. — Тогда я пошла? Спасибо.

Она затравленно огляделась по сторонам, будто опасаясь, что остальные офисные сотрудники, эти коварные дьяволы с ангельскими ликами, внезапно перестанут скрывать свою сущность, достанут из ящиков стволы с тесаками, по одному в каждую руку, и набросятся на неё. От этого места всего можно ожидать. Поэтому Маэда чуть ли не бегом устремилась к выходу. Мива бы добавила — поджав хвост.

— И всё-таки, чем там занимается начальница? Неужто и вправду лично воюет в Африке, отжимая алмазные рудники у бандитов.

Мива в глубокой задумчивости легонько похлопала себя пригодившимся телефоном по губам, даже не замечая этого.

— Чёрт! Не знаю, чего хочу больше. То ли в следующий раз напроситься с ними, чтобы увидеть всё своими глазами, то ли держаться от всего этого подальше. Я же хрупкий, нежный, ранимый мамин цветочек. Она сама это сказала. Дьявол, что же делать⁈ — от мук неопределённости Мива в отчаянье схватилась за голову.

Мне пришлось выдержать не одно онлайн-совещание с дедом, прежде чем мы пришли к компромиссу. Всё же Такера-сама человек старой закалки. Кремень. Он прошёл огонь, воду и медные трубы в эпоху сильнейших экономических потрясений. Убедившись, что с внуком всё в порядке, дед не стал пороть горячку. Не скатился до гиперопеки. Не принялся немедленно обнулять всё то, чего я добился, лишь бы побыстрее вернулся под его крыло в безопасную гавань. Шторма мужчин либо закаляют, либо разбивают о скалы.

С холодной головой взвесив все за и против, он согласился ещё раз довериться внуку. В итоге я с коллегами остался в Дубае ещё на неделю. Нужно доделать работу, закрыть внезапно образовавшиеся долги, а также в медийном плане сгладить негативные последствия моего похищения.

Официально его вообще не было. Дед с самого начала придержал эту информацию, не позволив ей попасть в Японию, договорившись с полицией эмиратов. Арабские газеты у нас не читают. Если бы я не вернулся в Дубай, чтобы дать показания, это могло бы испортить мои отношения с ОАЭ. Я что, не доверяю его правосудию? Не верю, что в этой стране безопасно находиться? Может, я инсценировал своё похищение ради каких-то корыстных целей. Нужно же внести ясность.

До этого эмир Дубая даже не знал о моём существовании. Однако столь вызывающее преступление в самом центре города, связанное с вопиющим нападением на богатых иностранных туристов прямо в лучшем отеле, сопровождаемое похищением и убийствами, было воспринято шейхом Мохаммедом ибн Рашид аль Мактумом, как личное оскорбление. Как пощёчина. Благополучие его жемчужины, этого удивительного города, напрямую зависело от того, насколько он безопасен и привлекателен для туристов, а также инвесторов со всего мира. Именно они приносили львиную часть доходов в его эмират. Неудивительно, что шейх был в страшном гневе. Тут даже неважно, Фудзивара я или не Фудзивара, ему на любые японские фамилии плевать с Бурдж-Халифа, главное — принцип. Дубай всегда позиционировал себя, как нейтральная территория. Кто бы на меня ни напал, лучше бы он сделал это где-нибудь в другом месте.

В итоге, стараясь избежать ненужной и ему огласки, шейх не поленился лично меня навестить. Принести официальные извинения. Заверить, что все виновные в нападении будут найдены и строго наказаны. Заодно между строк мне аккуратно намекнули, что здесь власть он, а не я, поэтому лучше Фудзиваре поумерить прыть, и больше не мутить воду своими махинациями. Ещё более тонко, вторым планом навели на мысль: хочешь безопасности — делись. Открывай филиал компании. Плати налоги. Нет-нет, да подкидывай местным спецслужбам какую-нибудь интересную информацию. Взамен они не только закроют глаза на некоторые сомнительнее моменты моей деятельности, но и выкрутят кому нужно руки, мешающие заносить деньги в эмирскую кассу.