Нет! Ни черта не помогло! Ни за что не думала, что у Сбербанка, как у адской канцелярии, во всех мирах представительства есть.

– Задайте свой вопрос и я… – продолжал нудить Ализ.

Вот ведь зараза неугомонная!

Крепкое, румяное, едва надкусанное яблоко прилетело старательному «помощничку» прямо в глаз. Честное слово, это не я! (а жаль).

Обернулась назад…

– Мне показалось, что он Вам немного надоел. Извините, если ошибся.

Отыскать хоть каплю раскаяния в веселом голосе незнакомца не смог бы даже самый дотошный следователь. Золотисто-карие глаза посверкивали солнечными лучиками смеха, красивые, четко очерченные губы изгибались в открытой щедрой клыбке.

– Спасти прекрасную деву в беде – высшее счастье для рыцаря.

– При помощи огрызка? – хмыкнула я.

Моя недавняя злость и накопившееся за последние дни напряжение таяли под лучистым взглядом незнакомого мужчины, как сосулька под мартовским солнышком. Совершенно неожиданно стало тепло и спокойно, будто обо всех проблемах враз забылось. Неожиданное ощущение.

– Простите, – покаянно склонилась к моей руке каштановая шевелюра. В ней тоже проглядывали золотистые отблески, весело переливающиеся на солнце. – Но ни копье, ни верный меч на прогулку я с собой не таскаю. Пришлось тем, что первым под руку попалось обходиться.

Незнакомец снова рассмеялся – открыто и заразительно.

– Надеюсь, моя непредусмотрительность не помещает нашему знакомству? Лиар, – он опять склонился к моей так и не выпущенной из рук кисти. Горячие мягкие губы обожгли кожу поцелуем.

– Вера, – невольно улыбнулась я в ответ.

Остаток дня прошел намного приятнее его начала. Новый знакомый уговорил меня прогуляться по городскому саду, чтобы не возвращаться домой с дурными мыслями. А то они еще большие беды за собой потянут.

Предлог для шатания по обсаженным деревьями дорожкам был откровенно надуманным, но я согласилась. Ехать в приют и впрямь не хотелось: все возможные проблемы меня и так уже там поджидали. Погода стояла прекрасная, собеседник попался веселый и обаятельный, почему бы и не пройтись немного?

Даже комендант нашей шарашки имеет право (хотя бы иногда) на маленькие и совершенно невинные жизненные радости. По парку пройтись, со случайным знакомцем поболтать, свежим воздухом подышать и голову от неприятных мыслей проветрить.

И ведь получилось!

Лиар оказался очень приятным и интересным собеседником. То пошутит кстати, то ни к чему не обязывающий комплимент обронит, то парой ничего не значащих фраз меня на откровенность выведет. Обычно я жаловаться не люблю, но тут и не заметила, как обо всех свалившихся на меня проблемах рассказала. Как-то оно само собой получилось.

Золотисто-карие глаза смотрел так внимательно и сочуствующе, подбадривающие слова приходились настолько уместно и вовремя, мягко-пряный голос обволакивал теплом и заботой. Словно в уютный пушистый плед меня завернули, и все беды крепкой рукой прочь отодвинули.

Славная вышла прогулка, очень приятная. Лиар постоянно оказывал мне небольшие знаки внимания, но делал это легко и неназойливо. Купленный у цветочницы букетик, посыпанные корицей вяленые фрукты на палочке. Заправленная за ухо прядка, что в перепалке с кобольдом из прически выбилась. Заботливо поданная рука и отодвинутая колючая ветка.

Вроде ничего особенного, но на душе светлее становится. Может быть с непривычки?

О себе Лиар рассказал немного, да я особо и не расспрашивала. Пишет научный труд по истории нашего государства, ездит по провинциям, старинные легенды собирает и в архивах копается.

Крепкая широкоплечая фигура негаданного собеседника, его открытое веселое лицо и непринужденные манеры… Не слишком всё это соответствовало моему представлению о корпящем над книгами ученом. Впрочем, ни одного из них я здесь ни разу не встречала. Может, все профессора здесь такие же привлекательные. Или мой новый знакомый – симпатичное исключение. Всякое бывает.

В общем, о затеянной прогулке мне ни капли пожалеть не пришлось: давно такого удовольствия от простой болтовни не поучала. Лиар еще и в трактире предлагал посидеть, поужинать, но я отказалась. Хорошего понемногу, пора и честь знать. Да и время уже позднее.

На том, чтобы меня домой проводить, он все-таки настоял, и обратная дорога раза в два быстрей показалась.

Удачное вышло знакомство и на редкость приятное. К тому же, еще и полезное. Мой новый знакомый пообещал с известным ему антикваром о встрече договориться. Чтобы тот наши амулеты без обмана оценил. Если мои подозрения на счет мага верны, то на вырученные деньги мы хотя бы часть долга погасить сможем.

До чего же все отлично складывается!

К приюту я подошла с легкомысленной и довольной улыбкой на губах, в самом прекрасном настроении. Завтра Лиар за мной заедет, чтобы к знакомому знатоку-антиквару проводить. А потом к Северным водопадам прокатимся. Уже три года здесь живу, а так на эту красоту и не полюбовалась. То некогда, то не с кем, то лень…

В конце концов, я уже и не комендант по должности. Могу немного времени местным достопримечательностям и приятному знакомству уделить. Нельзя же всю жизнь только заботе о подопечных посвящать, правда?

Вот и Лиар говорит, что это неправильно...

Приютские проблемы сожрали мое хорошее настроение быстро и незаметно, как голодный волколак зайчишку. Проведенный в парке вечер казался зря потерянным, Лиар – не таким уж и милым, а предстоящая поездка… Я бы и вовсе ее отменила, но надо знающему человеку амулеты показать, вдруг и правда получится за них нужные нам деньги выручить.

В кабинете меня поджидали два нетронутых блюдечка – с мелко порезанным мясом и молочной кашей, погрызенные ножки стола и пожеванный отчет в магистрат. На кровати сладко дрыхли драконыш и кот. Тиш заботливо обнимал зеленую морду умаявшегося вредителя лапой и уютно мурлыкал.

Рядом, на подушке, лежала дохлая лягушка. Видимо, подходящей мыши не нашлось, пришлось квакушку мне в подарок тащить. Можно было бы умилиться подобной заботе, но получалось плохо. Как я теперь на этой постели спать буду?!

Бросившая подопечного Ольга заперлась у себя в комнате и ни на стук, ни на угрозы не отзывалась. Нанесенный драконьим детенышем ущерб залечивала. Душевный и не только. Судя по доносившимся из-за двери выкрикам: «Кружку бери! Выпьем с горя!», опять дух Пушкина к алкоголизму склоняла. Нигде бедному поэту от нее покоя нет – и на том свете достанет, и из другого мира докричится.

А мне новую няньку для драконыша теперь искать. Если так и дальше дело пойдет, он у нас переходящим приютским призом станет. Или окончательно мою постель займет. Не хотелось бы: мне в качестве питомицы и Йожки хватает, даже ее никак перевоспитать не могу. Но она хотя бы мясо ест, а не мои отчеты!

Не успела я вспомнить добрым словом о привычной уже колючей неприятности, как она и сама материализовалась. Шмякнулась на мою подушку задом, брезгливо отодвинулась от нашедшей там последнее пристанище лягушки и с искренним удивлением вытаращила на меня черные пуговки глаз:

– Вера! Ты кушать? Вкусно?

– Это не мое! – поспешила я откреститься от негаданного подарка. – Если хочешь, сама попробуй!

Йожка скептически посмотрела на сомнительное угощение, подозрительно – на меня (похоже, все-таки не поверила) и зачем-то полезла под кровать. С таким почти виноватым видом, что я сразу поняла: она уже дней на десять вперед поужинала. А мне надо новых и не слишком довольных гостей ждать.

Они и заявились. Целой толпой, жаждущей начальственного общества и комендантской справедливости.

– Чем теперь постояльцев кормить? Что на ужин давать?

– Нас опять все обижают! И Вера не любит! Бедные мы, несчастные!

– Эти дуры каменные мне бусики порвалиии! Красиииивенькие! Почти новенькиеееее!

– А ты ей отомсти! Подожди только, пока я ставочки соберу!

– Вера, я все видел, я свидетель!

– Да что ты врешь, ты только потом подошел! Давайте лучше я расскажу!