В: Наверно, так же, как вкладывали знания в разум мальчиков?
О: Не знаю, что конкретно в этой книге заставило вас подумать, что я отвечу утвердительно на этот вопрос. Мы ведь прекрасно понимаем, что сказанное мной далее, вероятнее всего, прозвучит, как что-то дико сексистское. Конечно, делать подобные замечания сейчас совершенно не политкорректно, но… как можно не видеть прямой взаимосвязи между упадком общества и поступлением женщин в высшие учебные заведения?
В: Да это еще более сексистский подход, чем я ожидала.
О: Женский разум – вещь исключительно нежная. У вашей дочери, как у молодой растущей женщины, и так забот невпроворот. Ее тело распускается, как бутон, болезненно и неуклюже, превращаясь постепенно в священный сосуд, способный создавать и поддерживать жизнь на земле. Разве этого недостаточно?
Пожалуйста, не поймите меня превратно: почти все эксперты, жившие в Викторианскую эпоху, считали, что молодая девушка должна иметь образование. Но в каком объеме и какого рода? Как применить взгляды на женское образование той эпохи к дочерям? Что ж, существуют… своего рода… доказательства, что слишком сильное увлечение образованием приносит девочкам больше вреда, чем пользы. Могу рассказать поподробнее, если хотите.
«Дорогая, я ведь изорвал все учебники от чистого сердца, чтобы помочь вам вернуться к реалиям дома и семейной жизни! Так что не дуйтесь – вот, глотните опиумной настойки».
В: Это как смотреть на поезд, который летит под откос. Не хочу… но ничего не могу с собой поделать.
О: Вот это истинный викторианский дух! Некоторые из наиболее любящих и заботливых отцов той эпохи – мужчины, понимающие законы существования мира и то, как неадекватно порой женщины вписываются в него, – советовали своим дочерям сохранять видимость необразованности, а еще лучше к образованию на пушечный выстрел не подходить. Возьмите, к примеру, Джона Грегори[57], написавшего «Наставления отца к своим дочерям» еще в далеком 1774 году. Его книга и советы, прошедшие испытание временем, переиздавались не один раз и служили главным ориентиром для женщин XIX века.
«А вам никогда не казалось, что наш папенька еще тот?..»
Грегори знал, что большинство мужчин предпочитают таких женщин, которые изображены на картинах великих художников. Вы ведь помните, что дамы на картинах не разговаривают? Там даже намека нет на то, что они собираются заговорить, или на то, что они в принципе когда-либо это делали. И это не совпадение, отмечает Грегори. Потому что, когда в реальной жизни женщины начинают высказывать свое мнение, это лишь раздражает всех присутствующих.
Он предостерегал барышень от остроумных словесных перепалок с мужчинами. «Остроумие – самый опасный талант, которым вы можете обладать. Это оружие, которое следует хранить с особой осторожностью и благодушием, иначе оно привлечет много врагов».
«Что вообще понимают эти врачи. У них в прямой кишке ветер гуляет!» Искусная игра слов Мэри почему-то никогда не ценилась по достоинству в кругу общения.
Чувство юмора – это еще один способ опозориться.
«Юмор… представляет собой зачастую врага деликатности и еще большего врага достоинства. Иногда он поможет вам снискать аплодисменты, но никогда не обеспечит уважения».
И что бы вы ни делали, никогда не позволяйте мужчине заподозрить, что вы такая же умная, как он. Безусловно, вы не так умны: ваш мозг слишком мал и, вероятно, заполнен до отказа фантазиями о новых платьях и пушистых утятах. Но не позволяйте мужчине почувствовать, что вы умны даже по меркам женщины. «Имеющиеся у вас познания держите глубоко в тайне, – пишет Грегори, – особенно от тех мужчин, которые обычно смотрят ревнивым и злобным взглядом на женщину с большими достоинствами и развитым пониманием». Другими словами, старайтесь вести себя как тихий и очаровательный младенец. В противном случае, предупреждает Грегори, «будет считаться, будто вы хотите продемонстрировать свое превосходство над остальными присутствующими».
В: Какой нелепый и абсолютно неприемлемый совет.
О: Сегодня, возможно, так и есть. Но Грегори, без сомнения, хотел дать совет своим дочерям из самых искренних и благих побуждений. То, как им приходилось подавать себя в обществе, в корне отличалось от всего, что мы прививаем современным детям. Вопрос заключается лишь в том, должны ли мы попросту забыть о его советах, или же мы способны набраться храбрости и более детально посмотреть на сам процесс и потенциальные опасности женского образования.
В: Я за храбрость! Так сколько знаний следует вложить в разум моей дочери, прежде чем гранит науки иссушит ее чрево?
О: Ну наконец-то мы начали понимать друг друга! То, как вы воспитывали свою дочь, в 1800-х годах, без всяких сомнений, зависело от материального и социального положения. Люди среднего достатка или буржуазного сословия часто полагались на «начальные школы» – привлекательный во всех отношениях институт образования, которым пользуются до сих пор, хотя сегодня он предназначен исключительно для детей младшего возраста и называется детским садом. Женщина (желательно грамотная и пользующаяся уважением) брала к себе в дом от пяти до десяти маленьких детей и на протяжении дня давала им всевозможные полезные наставления, параллельно занимаясь делами по хозяйству. Начальные школы были недорогим и разумным аналогом недоступных государственных образовательных учреждений (школьное образование в Великобритании станет обязательным ближе к концу 1800-х годов, тогда как в США – лишь в начале ХХ века). В таких школах дети изучали чтение, письмо и элементарную арифметику.
Наравне с базовым образованием дети обоих полов получали разумную порцию стыда, посещая местные «начальные школы».
В: Девочкам разрешали заниматься математикой? Ущипните меня.
О: Не математикой, а арифметикой. Сложение, вычитание, умножение и деление – простые вычисления, которые пригодятся в жизни. Математика была и остается совершенно другой наукой, включающей в себя геометрические доказательства, алгебраические формулы и медленную и мучительную смерть юношеской уверенности в собственных умственных способностях. Только самые великие (мужские) умы изучали математику в то время. По какой-то необъяснимой и невыносимой причине эта традиция изменилась. Вы, без сомнения, каждый день в жизни используете продвинутую тригонометрию, которую изучали в средней школе, и методы параллакса для вычисления расстояний между планетами. Или, может, вас больше интересуют кривые радиационных выбросов и их взаимосвязь с онкологическими заболеваниями? А, это тоже не входит в число ваших увлечений? И все же два года драгоценной юности вы потратили на то, чтобы сквозь слезы и гнев уместить все эти знания в голове, а потом сразу же забыть, поскольку практического применения в повседневной жизни им так и не нашлось? И то же самое будет с вашими детьми, если следовать современным образовательным нормам.
А чтобы зло победить, всего-то и надо, чтобы поколение добрых и сознательных людей встало и честно призналось: «Мы никогда не использовали математику дальше элементарных вычислений».
Но вернемся к более простым временам. Девочка переставала посещать начальную школу, как только пропадал всякий смысл в дальнейшей оплате ее занятий. Обычно это происходило в возрасте десяти лет. Не было никакого образовательного плана или требований к выпускным знаниям, что, как мы увидим позже, являлось ключевой проблемой женского образования.
