О: Вообще-то никто не ограничивался гендером. Было также важно, какой вы расы, откуда родом ваши родители, хорош ли ваш дом, как часто вас видели в церкви и насколько близко к алтарю стоит ваша семейная скамья.
«Мужчина-повитуха», автор Сэмюэл Форс.
То, что сегодня мы называем предрассудками, тогда являлось обязательным условием.
И да, все боялись, что по природе своей мужчины слишком похотливы, чтобы доверять им исследование тела беременной женщины. Поначалу мужчина-повитуха, или акушер (а слово accoucheur в переводе с французского языка означает «помощник при родах»), не пользовался особой популярностью. В действительности многие находили эту идею весьма непристойной.
Какая-то логика в этом есть. Я хочу сказать, что сам факт беременности уже говорит о том, что женщина достаточно нагрешила, ведь правда?
В: Надеюсь, вы сейчас чувствуете, как мой суровый взгляд испепеляет вас?
О: Нет, серьезно. Люди, которые в принципе отказывались признавать мужчин-повитух, поговаривали, что эта традиция была введена одной французской куртизанкой – всем известной королевской фавориткой и по совместительству совершенно бесстыдной барышней. В своем труде 1849 года «Мужчина-повитуха, или Доказательства опасности и безнравственности мужской роли в акушерстве: Поиски лекарства против подобного зла» Джон Стивенс процитировал некоего доктора Дэвиса из Лондона, который ярко описывал роль этой вертихвостки в развитии столь непристойного направления в гинекологии.
Широко известно, что герцогиня де Лавальер, фаворитка французского короля Людовика XIV, была первой женщиной, которая вверила себя исключительной акушерской опеке профессора-хирурга без явной на то надобности. Это событие произошло в декабре 1665 года, и вскоре после этого Жюльен Клеман, удачливый помощник в этом деле, был назначен на самую выгодную должность повитухи французской принцессы.
Стивенс поясняет, почему этот факт положил конец всему хорошему и чистому в деторождении: «Как мало дам сегодня задумываются, что, распахивая двери будуара перед избранными докторами медицины, они совершают то же губительное и низменное предательство, что совершила против священной и всеобщей скромности, дарованной Богом всем существам, придворная проститутка из Парижа!»
Луиза де Лавальер, которая, по слухам, стала причиной появления на свет мужчин-акушеров, а также парочки французских королевских бастардов.
Сами подумайте: если вы приглашаете мужчину, не являющегося вашим мужем, в свою спальню, да еще позволяете ему прикасаться к самым интимным частям тела, то о чем мы говорим здесь, как не о проституции? Особенно если учесть, что в этот момент вы лежите вся потная и мокрая, стонете и кричите, пропитывая простыни сексуальной околоплодной жидкостью и, возможно, прочими отходами жизнедеятельности. В действительности Стивенс, цитируя слова одного мужчины, которого называет исключительно «современный доктор», описывает все это лучше меня.
Спокойный и в чем-то даже скромный вид не может заглушить собой его естественные импульсы… Если природа наградила сильным и крепким здоровьем, то вряд ли он может как ни в чем не бывало войти в комнату, где его ждет хорошенькая молодая женщина, и, затаив дыхание, вкрадчиво расспросить ее о столь интересном положении, чтобы затем при полной свободе действий, которые только сочтет необходимыми по отношению к этой обнаженной особе, начать выяснять, находится она на шестой или на двенадцатой неделе и вообще беременна она или нет.
Это какую же выдержку надо иметь!
В: Интересно, рефлектор можно использовать как кляп?
О: Фу. Врачи, конечно, быстро нашли способы и подходы, чтобы защитить себя и избежать возможной неловкости в работе. К примеру, в изданном в 1873 году «Руководстве по акушерству» доктор Карл Шредер[30] написал, что лучший способ растопить лед в общении с женщиной, в чьи детородные органы вы собираетесь заглянуть, – сразу перейти к действию без лишних рассуждений.
Перед внутренним обследованием не нужно долго рассуждать, чтобы доказать женщине необходимость в проведении подобной манипуляции: это можно сделать, просто попросив немного масла или кольдкрема, воды и полотенце. Если осмотр будет проводиться безо всяких предварительных бесед, то он не вызовет никакого отказа или сопротивления со стороны женщины, поскольку та, посылая за акушером, готовится к тому, чтобы быть обследованной. Он, безусловно, должен действовать, проявляя учтивость, однако ни в коем случае не следует упускать ни одного метода обследования, которое будет сочтено необходимым.
Как видите, Шредер задает вполне деловой тон происходящему во время осмотра, лишая женщину любой возможности усомниться в том, что она не какой-то краснеющий ребенок, а мать, способная отличить профессиональную медицинскую помощь от приставаний.
Галабин называет эту технику «шоковой терапией»!
У Альфреда Льюиса Галабина[31], написавшего в 1896 году собственное «Руководство по акушерству», было свое представление о том, как избежать неловкости во время осмотра. Хитрость заключалась в том, чтобы вводить палец внутрь во время схваток: «Обыкновенно и более предпочтительно начинать осмотр, когда пациентка испытывает боль, что приводит к наступлению так называемой «фазы принятия». Поскольку все внимание будет сосредоточено на болевых ощущениях, роженица не будет испытывать неудобств от введенного внутрь пальца».
Бах – и женщину обследовали еще до того, как она успела опомниться.
В: Хорошо, допустим, акушер у меня уже есть. Как будут проходить настоящие домашние роды?
О: Сначала необходимо все подготовить.
• Воздух. – Разведите огонь в камине, поскольку потоотделение способствует родам. Полагаю, это помогает вам мысленно настроиться на то, чтобы начать выталкивать из своего тела все, что только можно, даже из самых крошечных отверстий на коже. Если вы живете в достаточно новом доме, где уже есть пристроенный туалет, не забудьте плотно подоткнуть полотенцем щель под дверью. Может статься, что слив еще не доведен до совершенства, и крайне важно, чтобы запахи и газы из канализации не просачивались в родильную комнату, тем более что большинство врачей не позволят вам открывать в ней окна на протяжении следующих двух недель.
• Кровать. – Постелите что-нибудь водонепроницаемое между простыней и матрасом. «Промасленное полотно» (ткань, проваренная в льняном масле) было наиболее популярным в ту эпоху. Однако если достать его не удавалось, то подойти мог и толстый слой газет, приколотых к матрасу, а также прорезиненная простыня, сложенные в несколько слоев одеяла или «турецкие полотенца» (ткань, изготовленная из переплетений хлопковых и льняных нитей, которая была популярна в турецких банях и стала прародительницей современных махровых полотенец).
• Люди. – Пора выставить за дверь всех лишних. Ваши друзья и родственники, в особенности тетушка Герта, которая последнего ребенка рожала еще во времена Екатерины Великой, но по каким-то причинам продолжает думать, что знает все о процессе, и пытается разрядить обстановку своими «актуальными» рекомендациями, – все вон. Никакого столпотворения. И учтите, ирландцы, вас это тоже касается. (Как пишет Галабин: «Принимая роды у представительниц бедного класса, акушеру следует требовать, чтобы в комнате было не больше людей, чем необходимо, поскольку нередко соседи – особенно в ирландских деревнях – любят собираться в комнате для родов».) Вы, конечно, можете по желанию пригласить близких подруг, но они должны быть соответствующе настроенными, до неприличия радостными и совсем не брезгливыми.
