Страшно представить, что было бы, если бы я закричала или заплакала от боли. Хорошо, что тогда я уже не могла плакать, и это спасло мне жизнь. Хотя, разве то, что сейчас со мной происходит, можно назвать жизнью?

Я снова нахожусь в чужом доме с незнакомым мужчиной, и цикличность происходящего — пугает.

— Василиса! Ау! Ты еще не спускаешься?

Я вздрагиваю, услышав голос Димы, и хватаюсь за тонкое покрывало. Зачем он меня зовет? Что опять не так? От испуга пересохло в горле, и я не решаюсь ответить.

— Василиса! Я сейчас зайду, слышишь? Я уже поднимаюсь по лестнице.

Что?..Зачем это, он поднимается?

Глава 4 Ман

— Я захожу. — Для верности жду пару секунд, а затем стучу костяшками пальцев по двери, — встречай гостей.

Когда открываю дверь, и заглядываю внутрь комнаты, меня пробивает на смех. Чтобы не захохотать в голос, отворачиваюсь, и смотрю в сторону зашторенного окна.

Василиса стоит в углу дивана и прижимается спиной к стене. Одной рукой она натянула покрывало до самого носа, а во второй держит ночной светильник — похоже, схватила первое, что попалось под руку. Она завела его над головой, но явно не рассчитала силы: старый железный светильник очень тяжелый, и вот-вот выпадет из дрожащих пальцев.

Но самое забавное, не это. У Василисы такое выражение лица, будто она только что увидела маньяка с топором.

— Что тебе надо? — она смотрит на меня круглыми глазами и вжимается в стену, — я не инвалид и спущусь вниз сама.

— Конечно, спустишься. Просто, я кое-кого нашел. Думаю, тебе понравится. — Я присаживаюсь на корточки, и достаю из-за пазухи котенка. — Смотри, какой черный. Нашел его в гараже, еле поймал, а пока ловил, он все руки мне исцарапал.

Крохотный черный комок завозился по полу, пытаясь понять, где находится, затем с трудом поднялся на дрожащие лапы, и предостерегающе зашипел.

— Ты можешь придумать ему имя, если хочешь. А вообще, — я поднимаюсь на ноги и усмехаюсь, — у меня день находок. Сначала — нашел тебя, а теперь — кота. Учти, ухаживать за ним будешь ты.

— Это еще почему? Не я же его нашла.

— Потому что теперь это твой талисман. Вы похожи друг на друга, боитесь собственной тени. Символично, правда?

Поджав губы, Василиса слезает с дивана и торопливо кутается в покрывало. Я молча наблюдаю, как она берет котенка на руки и прижимает к груди. Он моментально сворачивается в клубок и перестает дрожать.

На лице Василисы появляется новое, незнакомое выражение: отчаяние вперемежку с упорством. Интересно, почему Ян так сильно хотел ей помочь?

Только сейчас понимаю, что даже не поинтересовался историей их знакомства.

Эта женщина не похожа на тех, с которыми он, обычно встречался. Никаких силиконовых губ и ресниц, минимум украшений, деловой стиль одежды.

По-крайней мере, был деловым. Пиджак и брюки я выбросил сразу же, как только занес Василису в дом.

Прямо сейчас, она прошла мимо меня, гордо вскинув голову, а я со вздохом поплелся следом. Нужно позвонить Яну, и спросить, что делать дальше. Легенду про вахту, и случайную встречу я придумал на ходу, чтобы не перепугать ее еще больше.

Так проще — не придется отвечать на кучу вопросов, которые в любом случае возникнут. Я просто передам ее Яну, а дальше пусть сам разбирается.

Я выполнил то, что он просил, а возиться с незнакомкой в наш уговор не входило.

Василиса ушла в душ: хлопнула дверью так, что зазвенело в ушах. Дама с гонором, но я и не таких обламывал. На кухне ставлю чайник и достаю мясо. Вряд ли, эта женщина в состоянии что-то приготовить, а значит, снова придется все делать самому.

Пока нарезаю мясо на куски, думаю о том, что наше сожительство в любом случае будет временным: дом я снял на две недели, но Ян приедет сюда гораздо раньше. Напрягает то, что он до сих пор не позвонил.

Я уже думаю сделать это сам, как до ушей доносится непонятный, глухой звук, а затем, становится подозрительно тихо. Бросаю нож в сторону, и бегу в ванную комнату. На ходу понимаю, что дверь, по-любому, закрыта на щеколду, и наваливаюсь на нее плечом.

— Василиса! Открой дверь!

В ответ — тишина. Отхожу на несколько шагов, и чувствую, как под плечом трещит дерево. Сумасшедшая. Эта женщина, явно не в себе, раз не может даже душ спокойно принять. Да и я тоже — дурак, что пустил ее одну. С другой стороны — не рядом же стоять, пока она намывается?..

Когда дверь не выдерживает, я вваливаюсь внутрь, и едва не налетаю на Василису. Абсолютно голая, она лежит прямо у моих ног на коврике. Черный кот, промокший до нитки, забился за унитаз, и я вижу, как сверкают его глаза.

— Черт…

Поднимаю обмякшее тело с пола и прижимаю к себе. Мокрые, черные волосы свисают с локтя, а я на секунду застываю, и смотрю, как блестящие струйки воды стекают вниз, между ложбинок ее грудей, и направляются к животу. У этой женщины — мягкое, розовое тело, маленький животик и крепкие, упругие бедра. Она красива даже такая — в ссадинах и синяках. Но, я не должен смотреть.

Словно морок, сбрасываю с себя мимолетное наваждение и иду в гостиную. Несмотря на то, что Василиса только что была в душе, я чувствую жар, исходящий от тела. Плохой из меня получился доктор, раз я не заметил, что она заболела.

К одной проблеме присоединилась еще одна: прежде чем пойти за аптечкой, стою, как болван, возле дивана и рассматриваю обнаженное тело. Чувствую, как горячей волной обжигает область паха, но ничего не могу с собой поделать. Я спятил, потому что Ян, не раздумывая, оторвет мне голову, если узнает об этом.

Укрываю Василису одеялом и иду на кухню. Нужно сбить температуру и найти более эффективную мазь от ушибов.

Но, сначала нужно привести ее в чувство. Когда возвращаюсь назад, понимаю, что она все еще не пришла в себя. Обтирание лица и похлопывание по щекам — ничего не дало. Кажется, у меня — крупные проблемы.

Набираю воздух в легкие, и склоняюсь к чуть приоткрытым губам. Чувствую, как горячее дыхание обжигает кожу, и слегка приоткрываю рот Василисы, надавив большим пальцем на подбородок.

Первый вдох не дал результата, а вот второй — вызвал бурную реакцию.

Глотнув воздух, Василиса распахивает глаза и начинает кашлять. Сфокусировав взгляд на мне, она в ужасе дергается и замирает. Ощущение, что забыла, как дышать.

— Только не ори, — я отодвигаюсь в сторону и поднимаю руки ладошками вверх в знак капитуляции, — успокойся, все нормально. Ты только что упала в обморок, и не оставила мне других вариантов.

— Я? В обморок?..

— Ну, не я же. Додумалась включить горячую воду и устроила парилку. В твоем состоянии нельзя сидеть в горячей ванной. Не знала? Скажи спасибо, что я умею делать искусственное дыхание. А то, неизвестно, сколько бы ты провалялась тут до приезда скорой помощи. Чего так побледнела? Скорую я вызвать не успел, но сейчас это сделаю.

— Нет! — Василиса испуганно хватает меня за руку, — не надо никакой скорой, пожалуйста.

— Знаешь, — я продолжаю забавляться, — мне совсем не хочется, чтобы ты тут ласты склеила. А то получается, что я тебя спас, а меня за это еще и посадят. Я — законопослушный гражданин, между прочим, и неприятности с полицией мне не нужны.

От своих же слов становится смешно, но я сдерживаюсь, потому что побледневшее и одновременно растерянное лицо Василисы выглядит очень забавно.

— Дима… — говорит она, слегка запинаясь, — прости, что я тебе не доверяю. Я понимаю, что ты хороший человек, но в моей жизни случилось кое-что ужасное, и я не могу…не могу…

— Да ладно, перестань. — Я решаю сжалиться и немного помочь, — ты не должна изливать душу, если этого не хочешь. Но ты, похоже, не в курсе, что помимо покалеченного тела, у тебя жар. А раз у тебя жар, то нужно лежать в постели и пить горячий чай, а не сверкать передо мной своими прелестями. Для первого знакомства ты ведешь себя чересчур раскрепощенно.

— Я… — Василиса стремительно краснеет и опускает глаза, — прости. Больше такого не повторится, обещаю. А где Ман?