Я не могу наступить на одни и те же грабли дважды. Это глупо.

Просто нервничаю по привычке. Ян настолько подорвал мое доверие к мужчинам, что боюсь, без помощи психолога не обойтись. А может, дело в том, что Дима вызывает ненужные воспоминания о прошлом? Я не могу расслабиться и отпустить то, что продолжает меня грызть изнутри. Не могу забыть его слова и непоколебимую уверенность во взгляде. Не могу выбросить его образ из головы, как бы этого не желала. Напрашивается только один вывод: проблемы не у Яна, а у меня. Это я не могу все забыть, а он прекрасно живет и ни о чем не парится. Будь Ян в трезвой памяти, он бы наверняка попросил Всевышнего это исправить…

Ман проскакивает между ног, его заносит на повороте в холле, и он со всего маху врезается в черный пакет возле тумбы. Пакет с хрустом заваливается на бок.

— Ман! Мелкий ты растяпа!

Я шикаю на кота и пытаюсь поправить пакет, из которого вывалилась какая-то одежда. Сердце екает, и я застываю на месте, когда беру в руки черную балаклаву. Из пакета торчит рукав черной куртки, и он похож на мертвую змею. Кажется, что пол разойдется под ногами, но я упорно не хочу думать о плохом. Все мои предположения похожи на бред сумасшедшего. Вместо того чтобы вернуть маску на место, я осторожно вытягиваю куртку наружу и вижу на дне пакета продолговатый предмет. Пистолет.

Заметив мой интерес, Ман сует мордочку в пакет, и я с ужасом подхватываю его на руки. В этот самый момент до ушей доносится лязг железных ворот — с таким звуком поднимаются гаражные ворота. Чувствую, как меня бросает сначала в жар, а потом в холод. Заталкиваю куртку с балаклавой обратно в пакет и ковыляю в сторону кухни.

Плакать и суетиться в моем положении — себе дороже. Ман пищит под мышкой, а я судорожно включаю свет, и подхожу к плите, чтобы включить чайник.

В холле хлопает дверь, и до ушей доносится довольный голос Димы. Даже слишком довольный.

— Я уже дома! Смотрю, ты уже немного освоилась? Василиса, ау!

Хоть убей, но я не могу вымолвить ни слова, так и стою посреди кухни, держа в одной руке Мана, а другой вцепившись в край столешницы.

Дима проходит на кухню с пакетами и тортом: ставит торт на стол, а пакеты на пол.

— Я… — пытаюсь прохрипеть хоть что-то, но, кажется, получается не очень, — как решил вопрос с грузовиком?

— Да все нормально. — Дима улыбается и проводит рукой по волосам, — нашли свидетелей, да и камеры на дороге не зря стоят. Единственный минус — пришлось задержаться. Сначала заполнял бумаги, составляли протокол. Ну, и парни долго ехали. Короче, устал и голодный как волк. Слона бы целиком съел!

— Извини, — я медленно моргаю и отступаю к окну, — я спала весь день и ничего не приготовила.

— Да ладно тебе. Я тебя привел не для того чтобы ты у плиты стояла.

— А для чего тогда? — проглатываю комок в горле и смотрю на него во все глаза, — Дим, я честно, не понимаю, зачем ты со мной возишься. Не подумай ничего плохого, просто я хочу сказать, что отношусь к тебе как к другу. Ты очень хороший, добрый, заботливый, но…

— Но, не такой, как Ян, да?

Я вздрагиваю, услышав имя, и вижу в глазах Димы злость. Злость, которую он не успел скрыть, или не попытался это сделать.

Глава 12 И снова страх

— Перестань, Дим. Что ты такое говоришь?

— А разве я не прав? — его губы искривляются в горькой усмешке, — даже если я расшибусь перед тобой в лепешку, ты этого не оценишь. Мне вот интересно, — Дима проходит вперед и садится на стул, — что в этом Яне такого особенного? Ну, что?..

Я испуганно вздрагиваю, и прижимаю запищавшего Мана к груди. Просто стою и смотрю, потому что сказать в ответ — нечего.

— Не нужно меня бояться, я тебя не съем. — Заметив мой испуг, Дима едва заметно морщится, — просто, на самом деле интересно, зачем ты так настойчиво ищешь человека, который пытался от тебя избавиться? Тебе повезло остаться в живых, но ты снова лезешь туда, куда лезть нельзя. Этому есть хоть какое-то логическое объяснение?

— Ты постоянно задаешь этот вопрос. Почему тебя это волнует? Какая разница, зачем я его искала?

— А ты не догадываешься?

— Не догадываюсь! И у меня тоже есть вопросы. Я хочу знать, как ты меня нашел, и что тебе сказал Ян. Вот только почему-то ты не хочешь ничего рассказывать и это странно. Мне кажется, что ты что-то скрываешь.

— Серьезно?

Он вдруг подрывается ко мне, выхватывает Мана из рук и бросает под ноги. Кот взвизгивает от неожиданности и, задрав хвост, мгновенно уносится в холл. Дима прижимает меня к столешнице и смотрит в глаза. Я слышу, как тяжело он дышит. Так, будто с трудом сдерживает ярость. Так, будто ему надоело притворяться.

— Я расскажу, раз тебе так хочется, — цедит он сквозь стиснутые зубы, — но только не надо потом жалеть, поняла? Давай сразу пропустим щепетильный момент вашего знакомства. Хотя, я уверен, хорошие девушки никогда не окажутся в компании Яна. Рядом с Яном крутятся только однодневные подстилки. Девочки на одну ночь. Может, ты из таких?

— Нет. — Мотаю головой, — не из таких.

— Давай сделаем вид, что я тебе поверил. Но ты легко можешь играть роль наивной дурочки, которая до сих пор не понимает, что происходит. И я тебя не виню. Ведь так можно достичь любой цели. Умная женщина всегда знает, как воздействовать на мужчину. Наверное, Ян тоже был твоей целью.

— Нет. — С трудом проглатываю комок, застрявший в горле, и опускаю взгляд, — я случайная жертва обстоятельств, и ты это знаешь. Ян ворвался в мой дом и убил отца с любовницей. Вернее, убил не он, но для меня это не имеет значения. А потом я узнала, что всю жизнь прожила с отчимом. Моя мать умерла от рака и унесла с собой эту тайну в могилу. Я всю жизнь жила в обмане и ко мне относились как к тепличному растению. Мне было сложно это принять. Я до сих пор не смирилась с этой правдой. Мой настоящий отец умер несколько лет назад и никогда не крутился в криминальных кругах. Моя история жизни не представляет никакого интереса, и я не понимаю, почему меня не оставят в покое.

— Вот значит, как. — Дима задумчиво разглядывает мое лицо, — я не знал подробности, но знаю, что у Яна было конкретное задание.

— Какое задание?

— Ему нужно было тебя убить. Если бы он не потерял память, он бы довел дело до конца.

— Я тебе не верю. Даже если это правда, то почему он попросил меня спасти?

— А он не просил.

Дима резко отстраняется, а я смотрю на него затравленным взглядом, и не понимаю, что он имеет в виду.

— Объясни мне, что происходит. — Надеюсь, что в голосе нет умоляющих ноток, — ты вечно что-то не договариваешь! Я не утверждаю, что Ян хороший, но я уверена, что он стрелял в меня не по-настоящему. От пуль не остаются синяки. А у меня весь бок был синим.

— Обычная осечка. Что ты в этом понимаешь? — Дима скрещивает руки на груди и усмехается, — все было подстроено для отвода глаз. Ему что-то было нужно от тебя. А что именно, знаешь только ты. Ян решил обмануть братков, чтобы не делиться. Короче, — Дима вздыхает и проводит рукой по волосам, — он мне сказал, где ты находишься и попросил привезти на адрес. Я приехал на ферму, и нашел тебя. Вот только вместо того чтобы отвезти к нему, я спрятал тебя в безопасном месте. Знаешь, почему?

— Нет.

— Потому что я знал, что Ян тебя убьет. Но перед этим, получит то, что ему нужно. Вопрос — что ему нужно? Ты знаешь?

— Нет. — Мотаю головой и упрямо не хочу верить словам, — у меня нет ничего ценного.

— Возможно, ты просто этого не знаешь. Напряги мозги и подумай, зачем, такая как ты, могла понадобиться отморозкам. Яну пришлось постараться, чтобы провернуть свой бредовый план. Он рисковал. Тебя могли убить, а я мог тебя просто не найти. Если бы не я, ты бы уже была мертва. Ты это понимаешь? Понимаешь, что я тебе не враг?

Мне не нравится тон Димы. Он кажется искренним, но его голос не внушает доверия. А может, дело во взгляде? Он смотрит слишком пристально, и, кажется, будто тщательно подбирает слова.