– Да какого хрена?! – заорал он, когда Рамона едва не снесла ему полголовы кривым клинком. – Я за тебя столько раз к Гаю мотался!

– Спасибо, блядь, большое!

– Помогал, поддерживал!

– Молодец, блядь! Красавчик!

– А материшься зачем?!

– Ты, мать твою, не понимаешь?! Подумай, сучонок смазливый!

Она отбила очередной удар Нила обоими клинками и Гийом атаковал, воспользовавшись лазейкой в ее защите. Рамона в тот же миг развернулась и засадила ему ногой в живот, чудом промахнувшись мимо паха. Гийом взвыл.

– Да блядь! С хера ли ты такая сильная?!

Она расхохоталась.

– Понял, да? Умничка, блядь!

И тут Гийом действительно понял. Он заметил, что руки и лицо Рамоны покрыты бисеринками пота, а сама она тяжело дышит.

– Нил, она измотана! Ей тяжело сражаться с нами двумя и она скоро начнет ошибаться!

– Отлично, – коротко бросил Нил и усилил атаку.

– Сука! Уроды, блядь, я вас с собой утащу! – заорала Рамона бешено. – Вместе подохнем!

Грохот на заднем плане отвлек всех троих.

Меч Альвара застрял в деревянном шкафу и он подставил под клинок Бритта подхваченную тумбу. И тут же отшвырнул ее прочь.

– Деремся без оружия, да? Один на один? Ну давай, подходи! Пора выяснить кто из нас сильнее! – в голосе Бритта слышались гнев, бравада и нервный смех, но было там и кое-что еще.

Страх.

Альвар Гарсиа бросился на него молча, не медля ни секунды. Они сносили все вокруг, то кидаясь мебелью, то просто отшвыривая ее прочь. Бритт дрался неплохо, но он явно раньше предпочитал вести не кулачный бой, а иметь преимущество в виде оружия. Разбитая голова тоже мешала: после пары ударов по ней, его бинты покраснели и пропитались кровью. С кем-то послабее хватило бы его силы, но здесь это не работало. Альвар Гарсиа же, наоборот, был стражником и привык сдерживаться, чтобы случайно никого не убить, но больше этого не делал. Победа медленно, но верно перетекала к нему. Очередным ударом ноги он сломал Бритту колено и тот взвыл от боли, схватившись за него.

– Рамона, помоги!

И она помогла, совершив невероятное: одним танцующим прыжком вырвалась из боя с Нилом и оказалась за спиной Гийома. Приставила клинок к его горлу.

– Стоять! Сдавайтесь или я его сейчас…

Раздался громкий хруст и крик.

Альвар Гарсиа не стал ее слушать и свернул согнувшемуся от боли Бритту шею, развернув его голову на сто восемьдесят градусов. Тело рухнуло на пол и все в комнате замерли.

– Сука, – тихо и горестно всхлипнула Рамона, – сука блядь!

Она оттолкнула Гийома и бросилась к выходу.

Нет. К Ксении Гарсиа, которая уже лежала на полу. Хорек поспешно разрезал на ней веревки, но при виде Рамоны вскочил и выставил вперед ее же кинжал.

– Не подходи! Я…

Рамона ударила его ногой и Хорек полетел в одну сторону, а нож – в другую. Подскочила к Ксении Гарсиа и замахнулась обоими клинками. Нил и Гийом бросились к ней, уже понимая, что не успеют.

Но тут Хорек вновь ринулся к ней. Мелкий, злобный, испуганный, он как никогда напоминал крысеныша. А вернее, крысу, загнанную в угол. Он выскочил прямо перед Рамоной, с силой оттолкнул ее и заорал:

– Стой, сука! Я – маг! Я тебя на части порублю, если не отойдешь от нее! Сейчас колдовать начну!

И выставил перед лицом Рамоны пустую ладонь.

Она окаменела. Несколько секунд ошеломленно взирала на Хорька, а потом перевела взгляд на лежащую между ними наместницу.

А потом Альвар Гарсиа выбил у нее из рук клинки и схватил за плечи, оттаскивая подальше от жены. Она взвыла, как дикая кошка и засадила ему коленом в живот. Попыталась вырваться, но он встряхнул ее так, что у Рамоны клацкнули зубы, а косички взлетели вокруг головы. Ее голова дернулась назад и они, наконец, встретились взглядами.

На лице Альвара Гарсиа были написаны гнев и непонимание, но сильнее всего – разочарование. Он доверял Рамоне до последнего, считая близким другом. Без сомнений впустил в свой дом, берег и заботился, однажды попросив защищать его жену, если не вернется.

Дидье Шеро погиб, исполняя это обещание.

Рамона его предала.

– Что ты на меня так смотришь? Не смотри на меня, Альвар! – ее голос надломился, а руки безвольно поникли. – Я не хотела ее убивать! Но Бритт сказал… Я должна была… я… да будь оно все проклято! Почему я еще жива?! Маленький принц ведь должен был меня убить! Альвар… Ну что ты смотришь так?!

Она горько заплакала и уткнулась лбом ему в грудь, но он отступил в сторону и с отвращением разжал руки. Молча кивнул Нилу и Гийому, а сам поспешил к начавшей приходить в себя жене.

Когда суматоха улеглась, Ксения Гарсиа, наконец, добралась до участка стражи вместе со спасенным и оправданным мужем. Она обнимала его, гладила по лицу и тихо шептала:

– А они мне говорили: “Ксения, смирись, он уже не вернется. Надо жить дальше”. Но я же знала, что ты – сильный и ни за что меня не оставишь. Люди – идиоты. Все, кроме моего прекрасного принца.

Альвар Гарсиа засмеялся и поцеловал ее. Прижал к могучей груди и замер. Лицо у него было блаженным и умиротворенным.

Нил терпеливо подождал пока они намилуются вволю, а потом откашлялся и сказал:

– От лица городской стражи приношу вам наши извинения, капитан Гарсиа. Мы ошиблись, поверив негодяю и ложно обвинили невиновного человека. Хорошо что у вас хватило благородства никого не ранить при побеге.

Альвар Гарсиа спокойно кивнул, затем постучал себя по носу. Нил покачал головой:

– Все в порядке. Мой нос цел, а пара синяков не в счет. Госпожа наместница, вы готовы поговорить? Почему, черт побери, вы сразу не пришли в участок стражи и не рассказали, что случилось? Мы бы защитили вас и немедленно схватили преступников.

– Рамона и Бритт несколько дней патрулировали всю округу, ожидая этого. Меня убили бы на ваших глазах или увели бы прочь угрозами. Вы бы не поняли, что происходит. А потом они рыскали по городу, как пара голодных гиен и однажды чуть не поймали меня, – Ксения Гарсиа нахмурилась, – лезть в участок было самоубийством. Тем более Рокли тоже был на свободе и ему нужна была моя голова.

– Допустим. Но что помешало вам передать записку с Хорьком? Я бы собрал стражу, пришел куда нужно и мы взяли бы вас под охрану.

Ксения Гарсиа уже собиралась ответить, но тут оглянулась и поспешно подошла к затихшему на стуле мальчишке.

– Что такое? Ты ранен? Или…

– Или. Я его голос узнал. До того не понимал, а тут всплыло в памяти. Это Бритт в мой дом приходил, – сдавленно ответил Хорек и вдруг вскочил на ноги. Лицо его вспыхнуло гневом, – я бы мог его убить! Отравил бы крысиным ядом, он бы и сдох! Ты зачем меня остановила, чертова великанша?!

– Затем, что преступников ловят и убивают специальные люди – стражники. Остальных за убийство сажают и вешают. С врагами надо расправляться так, чтобы не умереть самому, – невозмутимо ответила она, – мы ведь это уже обсуждали. Я думала, ты понял. А Бритт и так мертв.

– Он умер за одно мгновение, – зло ответил Хорек, – небось, почти не мучился! А жертв не так убивал! Я должен был сам… и его, и Рамону, и Рокли…

Его голос сорвался. Ксения Гарсиа обняла его и погладила по коротким светлым волосам.

– Тише, Джозеф. Поплачь, если нужно, но убивать никого не смей. Ты обещал мне. А обещания нужно выполнять. Их нарушают только слабаки, неспособные отвечать за свои слова и поступки. Ты – не такой.

– Сама реви, дурацкая великанша… я не слабак, я все сделал… ты мне теперь должна… ты тоже обещала… – его плечи задрожали и он замолчал, уткнувшись ей в грудь.

Обнял и замер. Ксения Гарсиа продолжала гладить его и он, нервно вздохнув, начал успокаиваться.

Нил нахмурился.

– Хорек, ты сейчас находишься в участке стражи. И при этом признаешься в планировании убийств. Ты вообще понимаешь, что несешь?

– Довольно. Это вы не понимаете, – оборвала его наместница, – Хорек… а вернее Джозеф Гамильтон попал в приют после нападения на его дом банды Бритта Безжалостного. Он спрятался в кухонный шкафчик и бандиты его не нашли. Ему повезло. Всей его семье – нет. Он просто болтает лишнее от шока и не смейте обвинять его в чем-то другом. Джозеф две недели был вынужден сталкиваться с убийцей своей семьи, который в любой момент мог свернуть ему шею, если бы догадался, что он помогает мне.