— Куда пошла?

— Туда. — Кайд махнул рукой на восток. К развалинам, похожим на конюшни.

Сеф медленно повернулся и посмотрел на меня.

— А ты ночью тоже туда ходил, — сказал он. Тихо. Потом громче, на весь двор: — Он ходил туда ночью! Один! Кайд, скажи! Ты же видел!

Кайд посмотрел на меня, потом на Сефа. Кивнул неохотно.

— Ходил. Круг делал. После полуночи.

— Круг! — Сеф засмеялся, зло, коротко. — Все слышали, что он обещал позавчера у кадки? Все слышали⁈ «Если увижу рядом с моими, не стану разбираться»!

Кто-то у стены тихо ахнул. Двое песочных переглянулись. Люди, которые вчера весь день шли по моим словам, теперь смотрели на меня так, будто впервые увидели.

Тавр шагнул вперёд, и я услышал, как скрипнули у него зубы.

— Ты, шалх паршивый… Он спал, я дежурил и всё видел. Лиара лежала, когда он пришёл.

— Но… — тут же начал озираться по сторонам Сеф.

— Больно у тебя язык длинный, — встал Одр. — Зря ты тогда меня остановил, Рейланд. Сдох бы дурак и не морочил людям голову.

— Ищем, — сказал я.

Все повернулись ко мне.

— Ищем, — повторил я. — Шесть человек. Остальные тут и быть готовыми. Далеко не расходимся.

Мы направились в ту сторону, куда она ушла по нужде. Лиару нашли Тавр с Илсой. Шагах в ста пятидесяти к востоку, за второй стеной, в маленьком дворе, заросшем сухой травой. Тавр свистнул, и я направился на звук, за мной потянулись остальные.

Лиара лежала на спине посреди двора, раскинув руки. Коса растрепалась и лежала в пыли, как дохлая змея. Глаза открыты, смотрели в серое небо. Лицо спокойное.

Остановился у края двора. Следов борьбы не было. Трава вокруг примята только там, где лежало тело. Ни крови, ни порванной одежды. Руки открыты, пальцы расслаблены. Она не отбивалась, даже не пыталась.

Сзади во двор набивались люди. Сеф протолкался вперёд, увидел её и замер. Постоял мгновение. Потом развернулся ко мне, и лицо у него было перекошено.

— Ты… — Он задохнулся. — Это из-за тебя…

— Если ты не закроешь свой рот, — рядом с ним оказался Одр. — Это будут твои последние слова, я тебе обещаю.

Сеф тут же развернулся и пошёл прочь.

Я подошёл к телу и опустился на колено. Все смотрели на меня. Протянул руку к вороту её рубахи. Сзади кто-то резко втянул воздух. Сеф рванулся вперёд, но Сарн шагнул ему наперерез и встал, закрывая меня спиной.

Расстегнул верхнюю пуговицу. Вторую. Отвернул ткань чуть в сторону, ровно настолько, чтобы открылось место, где живёт Источник.

Кожа там была чёрной. Круг. Выжженный, ровный, размером с ладонь. По краю круга шли мелкие зазубрины. Тишина во дворе стала такой, что я слышал, как у кого-то стучат зубы.

— Это… — начала Илса за моей спиной и не договорила.

— Сектанты, — закончил её мысль я.

Услышали все.

Сеф стоял, как вкопанный. Смотрел на чёрный круг, и губы у него шевелились, но звука не было. Застегнул ворот обратно и поднялся.

Думал. Криков ночью не было, я бы услышал или караул. Кайд стоял в пятидесяти шагах.

Внутри всё похолодело. Колонна ушла на восток. Краста оставили собирать тех, кто разбежался, но он мёртв. Значит, оставили ещё кого-то. Одного сектанта или небольшую группу.

Но почему не напали? Их меньше, чем нас? Могли бы использовать Железный Сон. Что-то тут не сходилось. Это точно сектанты или сектант. Хм… Один или небольшая группа, кто нашёл нас по меткам и теперь следует за нами. Лиара пошла по нужде, осталась одна, и они не смогли себе отказать в том, чтобы не сделать из неё пилюлю.

Смотрел на девушку и не чувствовал ничего. Она была… дрянью, но не заслуживала такой смерти. И тут кое-что вспомнил. Кость Краста, по ней можно отследить не только метки, но и Источники.

Оглянулся на ребят. Взять можно только Сарна: остальных выдадут метки. Но если впереди несколько сектантов, вдвоём мы их не победим, а уйти Сарну будет труднее. Если там один — второй человек мне не нужен. Кость покажет Источник раньше, чем я подойду, а мой Источник и метку скрывает глиф. Схожу, посчитаю и вернусь. Тогда уже будем решать, что делать и какими силами.

Кивнул я сам себе.

— Одр.

Он подошёл. Остальные трое за ним.

— Мы с тобой, — сказал Тавр сразу, не дожидаясь. — Куда бы ты ни шёл.

— Нет.

— Рейланд…

— Нет, — повторил я. — Я схожу посмотрю, оценю и вернусь.

— Ты в прошлый раз говорил то же самое, — Тавр положил мне руку на плечо. — И что в итоге? Краст, погоня, бойня, зверь и ты пропал.

— Зато теперь у нас есть карта и Одр, — хмыкнул в ответ.

— Не смешно, — покачал головой Сарн.

— Я не могу оставить опасность рядом и не знать, кто это и сколько их. Если не вернусь до полудня, идите по карте. — Протянул её Одру. — И только…

— Не отдам, — забрал Одр.

— А если?.. — начал Тавр.

— Вернусь! — хлопнул его по плечу. — Обещаю. Если буду задерживаться, то догоню вас.

Ушёл из двора, не оглядываясь. Шёл на восток, туда, где за конюшнями начинались новые развалины, пока спины не скрылись за стеной. Прошёл ещё сотню шагов, свернул за угол, в переулок, где меня не мог видеть никто.

Остановился и прислонился к стене. Схрон открылся от одной мысли. Кость легла в ладонь, серая, тяжёлая, с неглубокой чашей, в которой шевелился пепел. Он сразу потянулся. Тонкими, почти невидимыми ниточками, в разные стороны.

Позади, на западе, пепел лёг густой полосой. Много нитей, сбитых в одну. Моя группа и Дарга, а впереди, на востоке, пепел вытянулся одной-единственной ниточкой.

Кто-то находился там и не двигался. Один Источник. Слишком удобно… После тела Лиары это могло быть приманкой.

Обошёл направление широкой дугой и ещё дважды достал кость за разными стенами. Нить каждый раз вытягивалась в одну точку. Других Источников ни впереди, ни по сторонам не было.

Один сектант. Возможно, выдохшийся после того, что сделал с Лиарой. Мою метку и Источник он почувствовать не должен, но кость могла быть частью ловушки. Краст пользовался ею не первый день, и его люди наверняка знали, что она у него есть. Знать, что теперь кость у меня, они не могли. Но рассчитывать на это не стану. Сначала увижу сам. Убрал кость в Схрон.

Шёл медленно от тени к тени. Каждые двадцать шагов останавливался и слушал. Развалины становились ниже. Стены сменялись фундаментами, фундаменты кучами щебня. Потом открылась маленькая площадь. Круглая, мощёная когда-то плитами, от которых осталось меньше половины. Посреди неё стояла каменная чаша на невысоком постаменте. На самом краю, лицом к солнцу, которое только-только поднялось над Руинами, кто-то сидел. У его ноги лежало тёмное железное кольцо с зазубренным краем.

Всё-таки один? Хорошо. Закончу с ним и вернусь.

Сжал копьё. Нити прикоснулись ко всем Гнёздам в теле — звериным и школьным. Собрал удар заранее: Корень для рывка, Короткую и Тяжёлую Черты, Режущий и кольца на лбу. Оставалось оттолкнуться и взмахнуть.

Активировал Корень. Ни одна нить не вспыхнула. Тело застыло раньше, чем я успел перенести вес на переднюю ногу. Пальцы сжали древко и больше не слушались.

Сидевший на чаше человек повернулся.

— А вот и ты… — произнёс голос. — Я уж и не знала, как тебя позвать, чтобы ты пришёл.

— Мейна… — прошипел я и не смог даже двинуться.

— Заставил же ты меня побегать… что за негодный мальчишка? Ну ничего, теперь нам никто не помешает.

Мейна не торопилась. Посидела ещё немного на краю чаши, подставив лицо солнцу, будто грелась после долгой ночи, потом упёрлась ладонями в камень и легко соскочила вниз.

Моё тело так и замерло в том шаге, который я начал. Правая нога вынесена вперёд, вес застрял посередине, пальцы на древке сжаты. Ни одна мышца не отзывалась. Когда я попытался хотя бы повернуть голову, шея не шевельнулась, зато в затылке глухо стукнуло, словно кто-то постучал костяшкой изнутри по черепу. Дышать получалось, моргать тоже. Больше ничего.