Лишняя кровь мне была не нужна. Несколько нитей вспыхнуло в Гнезде. Корень вошёл в пятки, и я перемахнул через костёр. Начал с Сефа: копьём отвёл нож Одра от его груди, пока тот не исполнил обещание, и сразу подсек Сефу ноги. Он грохнулся на плиты, и оружие выпало у него из рук.

Широкоплечий из Основы шагнул в сторону, закрывая Дарга, и я почувствовал, как у него вспыхнул Покров. Плотный, хороший, по всей груди и плечам. Против удара кулаком он бы выдержал. Я просто врезался в него плечом, на Корне, всем весом, не останавливаясь, и Покров хрустнул. Широкоплечий отлетел назад, спиной в столб, и сполз по нему, хватая ртом воздух.

Краем глаза заметил Илсу. Она вскочила, и стрела уже лежала на тетиве, и наконечник смотрел мне в бок. Ни развернуться, ни уйти я не успевал, поэтому просто ударил назад пяткой копья. Древко подбило лук снизу, тетива щёлкнула, и стрела ушла вверх, в свод, выбив из камня облачко пыли.

Ниса успела только подняться с места. Дощечка выскользнула у неё из рук, ударилась о край очага и раскололась надвое. Одна половина отлетела в золу.

Дарг успел только выдернуть нож. Мой нож. Перехватил его запястье, вывернул, и оружие звякнуло о плиты у наших ног. А наконечник отцовского копья лёг ему под подбородок. Парень замер. Голову откинул чуть назад, подальше от острия, но остриё пошло за ней.

В складе было тихо так, что я слышал, как потрескивают угли и как хрипит у столба широкоплечий, пытаясь отдышаться. Сеф лежал на спине и не пытался встать. Илса стояла с пустым луком в руках и смотрела на меня.

— Мою карту, — повторил я. — Я услышал всё, что хотел. Мы вам никто, и вы нам тоже. Поэтому я не хочу, чтобы моя вещь была у таких людей.

Дарг заметил, что больше никто не встал. С моей стороны были Одр, Тавр, Сарн и даже Варис. С его — Сеф без ножа, широкоплечий у столба и Илса с пустым луком. Если кто-то дёрнется ещё раз… больше останавливать я не буду.

Лидер медленно, не отводя взгляда, завёл правую руку за пояс. Вытащил сложенный вчетверо плотный желтоватый лист и протянул мне. Я взял его левой, не опуская копья, и только тогда отвёл острие от его горла.

Карта была тёплой от его тела. Угол надорван, на сгибе пятно, которого раньше не было. Убрал её за пазуху.

— Какая у тебя ступень? — спросил Дарг хрипло.

Не ответил. Развернулся и пошёл обратно, к нашей стене. Сначала думал уйти прямо сейчас, но нет. Хватит бежать. Это не мне нужно бояться, а им. У нас есть такое же право быть в этом складе, как и у них. Если попросят показать дорогу до выхода, я покажу. Мне нужна была моя карта и право решать за своих, а не их трупы в Руинах.

Тавр шёл рядом со мной, и глаза у него были такие, будто он только что увидел, как Лиара встала на нашу защиту.

— Это… — выдавил он наконец. — Это что сейчас было?

— Заткнись и иди, — сказал Сарн.

Одр убрал нож. Спрятал его куда-то в рукав одним движением, будто его и не было, и лениво пошёл за нами, снова превратившись в сонного долговязого парня, который вечно недосыпает. Только на ходу оглянулся на Сефа, так и лежавшего на полу, и чуть покачал головой.

Я сел на своё место у стены. Копьё положил на колени. Корень ещё покалывал в пятках, но злость уже уходила. Тавр плюхнулся напротив. Сарн сел рядом с ним, Одр сполз по стене с другой стороны, а Варис снова лёг.

— Троих, — выдохнул Тавр, как только сел. Он говорил шёпотом, но шёпот у него выходил громче, чем у иных крик. — Троих. За один вдох. Сефа, этого здорового из Основы и Илсу. А ещё Дарга. Четверых!

Склад за нашими спинами постепенно оживал. Широкоплечему помогли подняться, он сел у столба и держался за рёбра. Сефа подняли двое песочных, он отмахнулся от них и отошёл к кадке. Лиара так и сидела у своего столба и на Сефа даже не посмотрела, когда он проходил мимо. Только потом, когда он плеснул себе в лицо водой и остался стоять у кадки, она поднялась, подошла и встала рядом. Сказала что-то тихо, не поворачивая головы. Сеф ответил так же. Оба посмотрели в нашу сторону и отвернулись. Илса опустилась на камень у большого костра и положила лук рядом.

Ниса стояла на коленях у костра и выгребала из золы половинку дощечки. Руками, не замечая, что зола горячая. Вытащила, приложила к другой половинке, и губы у неё зашевелились. Считала. Сбивалась. Начинала снова. Потом вдруг замерла, глядя на обломки, и я услышал, как она сказала, ни к кому не обращаясь:

— Не сходится. Ничего не сходится. Как теперь быть?

Дарг поднял с плит мой нож. Подержал в руке, посмотрел на лезвие и сунул себе за пояс, туда, где ещё недавно лежала карта. Только теперь на него никто не смотрел.

Теперь мы им враги. Все пятеро. Но враги, против которых никто не встанет. Не сегодня и не после того, что они видели. Никто не хотел быть следующим. Это читалось в каждом взгляде, который скользил в нашу сторону и тут же уходил.

Вокруг нашей стены образовалась пустота. Шагов на десять никто не сидел. Двое, которые раньше спали у ближнего к нам столба, молча подобрали накидки и перебрались к среднему костру.

Утром мы уйдём, и всё это закончится.

Шаги. Лёгкие и осторожные. Поднял голову. Илса остановилась на самой границе той пустоты, что образовалась вокруг нас. Лук она оставила у костра. Руки держала опущенными, открытыми, так, чтобы было видно, что в них ничего нет. Тавр подобрался. Сарн положил руку на рукоять меча. Одр не шевельнулся, но я видел, как у него чуть напряглась шея.

— Я бы не выстрелила, — произнесла она тихо.

Девушка сглотнула и опустила голову.

— Взяла стрелу, потому что тело само… так учили. Кто-то бросается на того, с кем ты у костра, и ты стреляешь. — Она помолчала. — Но я бы не выстрелила. Хотела, чтобы ты знал.

— Почему? — спросил я.

Илса пожала плечами.

— Потому что ты мог позволить своему человеку убить Сефа, а сам его остановил. Мог ударить меня наконечником, а ударил по луку пяткой копья. Мог пробить Даргу горло, но только приставил оружие. Мог забрать карту и нож, а забрал лишь то, за чем пришёл. — Она кивнула в сторону большого костра. — Кто так делает, тот… Сеф не прав про тебя. Тогда, потом и сейчас. Я всё видела.

Она постояла ещё немного, будто хотела что-то добавить, но промолчала. Развернулась и ушла обратно к огню.

— Хм, — произнёс Варис.

— Что «хм»? — спросил Тавр.

— Ничего. Просто не все они одинаковые.

— Плевать, — поморщился сын дружины. — Она подошла, потому что боится и чувствует силу. Хочет, чтобы мы это знали. Нужно было раньше, а не сейчас.

— Ты понимаешь, — тихо спросил Варис, — что у нас теперь пятнадцать врагов под одной крышей?

— Утром уйдём, — сказал Сарн. — Тебе ещё нужно немного отдохнуть.

— Утром, — повторил Варис. — А до утра?

— До утра они будут сидеть там, где сидят, — оскалился Тавр. — Ты не видел? Да они чуть не обмочились. Сначала они связали нас с Рейландом, а потом сами оказались в клетках у тех, о ком он предупреждал. И Рейланд же их оттуда выпустил. Нашёл карту, пришёл из Руин с таким видом, будто убил всех Тварей…

Варис посмотрел в сторону большого костра, где Дарг сидел, как каменный, а Ниса всё ещё стояла на коленях над обломками дощечки.

— Редко такое бывает, — покачал он головой. — Пожалуй, сейчас не полезут. Но до рассвета всё равно спим по очереди.

Я сидел, положив руки на древко копья, и смотрел на угли в соседнем костре. Карта грела грудь сквозь рубаху. Тавр напротив меня крутил в пальцах какой-то камешек, подбрасывал, ловил, снова подбрасывал. Сарн смотрел в пол, пока Одр, кажется, дремал, закрыв глаза.

После всего, что было, я чувствовал, что так правильно. Бренну я потерял, но они дойдут до города, и никто нам не помешает: ни сектанты, ни звери, ни… ученики других школ.

Будь всё по-другому, может быть, я бы даже не стал забирать карту. Но с того раза ничего не изменилось — они как были чужими друг другу, так и остались. А доверять таким я не буду ни себя, ни ребят. В прошлый раз нас связали, потому что Сефу показалось, что мы служим сектантам. У него были к нам претензии, и он бы не остановился.