- Да, Лена, спасибо тебе за эту идею. Я и правда, наполняюсь силой и стараюсь радоваться каждому дню. Жду вас в пятницу, подружка.

Я завела крайслер и прокатилась по магазинам, набрала продуктов для праздничного ужина и недостающие хозяйственные товары.

Всё вокруг было свежим, раннее лето звенело в воздухе и хотелось петь, танцевать и делать безумные вещи.

Я поставила старый диск, в моей машине была замечательная магнитола, которая позволяла подключить флешку, мобильник или старые диски.

«Я мог бы выпить море, я мог бы стать другим, вечно молодым, вечно пьяным» - полилось из динамика. Я хотела перелистнуть, потому что эмоции захлестнули меня с головой. Это была та самая песня, под которую мы впервые занимались сексом с Егором, когда только познакомились, прям в этой самой машине. Нас познакомил мой друг Димка, он учился с Егором в одной школе и неожиданно встретил его в ночном клубе, куда я привезла его и ещё несколько наших друзей, в тот день была трезвым водителем. Он влился в нашу компанию, холодный, сдержанный, парень-загадка. Мне не нужно было пить, чтобы отдаваться музыке, поэтому я не сидела за столом, а зажигала на танцполе. Наверное, мы были последним поколением, которое до раннего утра танцевали в клубах до исступления. Ближе к середине ночи диджей дал нам отдых и поставил медленные композиции, я с пересохшим горлом, пробиралась к столу, очень хотелось пить. Но меня поймала чья-то рука - я обернулась. Егор пристально рассматривал меня, в его второй ладони лежала бутылка минералки.

- Потанцуем? - наклонился он ко мне.

- Если ты дашь мне глоточек, - указала я на бутылку, - горло пересохло.

Он кивнул и притянул меня к себе. Открыл бутылку и вместо того, чтобы дать ее мне, сделал глоток, а потом наклонился к моим губам и пролил его в мой рот. Мое сердцебиение ускорилось в тысячу раз, возможно, у меня началась тахикардия. Этот жест и его властный взгляд напомнили мне единственного человека, которого я любила. Я застыла, глотая солёную ледяную воду с его губ, потому что он повторял так снова и снова, придерживая меня некрепко, но уверенно. Так он давал понять, что я могу уйти, но я не уходила, послушно пила воду с его губ, воспоминания острой болью затопили меня. Егор, наконец, обнял меня двумя руками и поцеловал, нежно, мягко, почти холодно, будто не сгорал от страсти, а проводил исследование. Это разозлило меня, и я укусила его за язык. Он отшатнулся, а потом схватил меня за шею. И прижался снова, разжигая неведомое пламя, глубоко проникая в мой рот, не давая ни глотка воздуха. Я возгорелась моментально, обняла его отдаваясь импульсу, все происходящее вокруг отошло на второй план. Мы тяжело дышали в душной толпе, наши тела были раскалёнными. Он оторвался от меня и спросил:

- Где ты припарковалась?

И мы побежали к моей машине. Я купила старенький крайслер потому что он выглядел круто и был дешёвый, я могла позволить себе быстро закрыть кредит. Меня взяли на работу в новую частную клинику, и платили неожиданно хорошо. Я уже жила в нашей старенькой квартире возле вокзала, и обеспечивала сама себя. Мечта о своей машине реализовалась быстрее, чем я могла представить – и теперь я могла мотаться к бабушке в любое время, когда захочу. Мы прошли за угол темной парковки, Крайслер стоял именно так как надо, в закутке, укрытом чернильной темнотой. Задние окна были затонированы, это сделал еще предыдущий владелец.

Мы залезли на заднее сиденье, я завела мотор, в осеннем воздухе было зябко, и включила магнитолу. Я чувствовала, что буду кричать и не хотела, чтобы меня слышали на пустынной ночной улице. Я была в юбке – карандаш, здорово облегающей моё тело и в коротком топе. Кожа была ледяной, мы оставили куртки в гардеробе. На мне не было больше ни клочка одежды, и я дрожала. Ботинки я стянула сразу, они уже лежали на полу. Егор забрался за мной и усадил меня верхом на себя. Мы не тратили время на разговоры. Он одним длинным движением стащил с меня топ и впился в мою грудь. Он втягивал сосок в рот одним тягучим движением так, что у меня дрожали колени. Он потянул юбку вверх, оставляя ее поясом на талии. Его взгляд скользнул вниз:

- Ты танцевала, а я смотрел на тебя не отрываясь, единственный вопрос, который возникал в моей голове, какие на тебе трусики. Теперь я знаю ответ. Никаких. Мне это нравится, сказал он и расстегнул ширинку. Его член был напряжён, в темноте он показался мне очень большим и Егор, упираясь в мое лоно рывком насадил меня на себя. Это было на грани боли, но я была слишком возбуждена и ощущение быстро прошло. Он держал меня крепко, впиваясь поцелуем, не двигаясь, просто позволяя нашим языкам сплетаться в танце.

- Я хочу, чтобы ты села спиной ко мне, шепнул он, отрываясь от меня. И я кивнула. Проникновение в такой позе было нереально глубоким. Я застонала, а Егор стал приподнимать меня на себе. Я двигалась, сотрясаясь от подступающего удовольствия, мои пальцы держались за подголовники передних сидений, почти вырывая их из пазов. Егор кончил, шумно дыша мне в спину. Я сотряслась на нем. Мы молчали, а музыка заглушала все звуки: «я мог бы выпить море, я мог бы стать другим».

ГЛЕБ

Я проспал до полудня. Проснулся, борясь с похмельем и смутным ощущением тяжести во всем теле – а потом вспомнил ночь и рывком сел на кровати. Боже мой, я трахнул соседку. Дважды. Это было умопомрачительно. Я снова упал на постель. Мой член впервые за несколько недель не мучал меня.

«Я хотел бы, чтоб эти ноги обняли меня» - вспомнил я фразу Яна. Друг, ты не представляешь, насколько охеренно это было. Картинки всплывали одна за другой, сквозь мутную пелену похмелья, за несколько минут я вспомнил всё. Даже то, что совершенно забыл про презервативы. Я кончал в Инну без резинки – и это было дико приятно. Этот секс не был похож на неловкие перепихоны с Маринкой. Это был настоящий секс, яростный и мощный. Я четко понял, что хочу еще. И получу еще, чего бы мне это не стоило.

Я принял душ и позавтракал. Мне нужно было сходить в мастерскую, сегодня ребята должны были устанавливать полки в ее бане. Я хотел проконтролировать этот процесс сам и посмотреть в глаза Инне. Я хотел увидеть, что она тоже хочет меня, ведь она здорово кончала со мной.

В мастерской было пыльно от деревянной стружки, но запах дерева и морилок был мне привычным и домашним. Полки были готовы, они почти просохли, золотистая гладкая поверхность была красивой – я сохранил все прожилки живого дерева, используя только дорогие пропитки. Я махнул ребятам, чтобы грузили и сам сел за руль пикапа. Нервная дрожь подгоняла меня, я хотел быстрее увидеть ее и понять, что это была правда, а не сон.

Меня ждало разочарование. Возле дома курил наш мастер Максим.

- Хозяйка в лес ушла, просила начинать без нее, - бросил он окурок в траву и пошел к кузову. Мы провозились до обеда, но Инны не было. Выйдя за калитку, я увидел, что ее машина исчезла. Максим сидел на лавочке с сигаретой в зубах.

- Я вышел подымить, а она в магазин поехала. Попросила оставить документы на крыльце, как закончим, она потом их занесет.

Глухое раздражение накрыло меня, я физически жаждал встречи, а она сбежала. Ну что ж, в эту игру могут играть двое. Я усмехнулся. Ребята выносили инструменты, мешок с мусором.

- Отгони пикап, Максим, - кивнул я мастеру. – Мне домой надо.

- Без проблем, начальник, - оскалился он и забрал ключи.

Когда они уехали, я осмотрелся, и снова пробрался на участок Инны. Я зашел в баню – новые полки встали замечательно. Надо было прогреть их и осмотреть, как они держат влагу, поэтому я хмыкнул и стал растапливать печку. Сюрприз, Инна Александровна. Мой дерзкий план вырисовывался всё четче. Печь была отличная, дымоход тянул хорошо, сухие дрова быстро занялись. Через час баня прогрелась достаточно. Я поддал много пара, и лег на новый полок. Футболку и штаны я снял, тело было разогретым и влажным, резинка трусов впивалась в торс, от пара они промокли. Я ждал. И мое ожидание было вознаграждено. Ее осторожные шаги я услышал, было тихо. Скрипнула дверь, ее силуэт показался в проеме, найдя меня взглядом, она хмыкнула.