- Слушаю.

- И где это ты, сынок, батя вернулся из дальних краев, а дома нет никого. Я без ключей.

- Папа, ты чего не предупредил, черт, я только завтра утром смогу приехать. Мы с Яном на заимку уехали и у нас горючка кончилась. Договорились, завтра охотники подвезут, и я вернусь. Вызови такси до города или выстави окно, - засмеялся сын, - там в кухне, створка все равно отходит, надо менять.

- Это твой дом, сын, я не буду в него ломиться, что-нибудь придумаю. Отдыхайте.

Еще немного постоял, вдыхая густой летний воздух, отцветали старые сирени, которые садила тут еще моя мать, было хорошо. Шум автомобиля и чьих-то шагов выдернул меня из тишины. Я обернулся. Красивая женщина в черном сарафане до пят и распущенными по плечам кудряшками смотрела на меня, ее темные глаза немного сузились, и я узнал этот хитрый прищур. Вспомнил бы даже в другой жизни. Напротив стояла Инна, созревшая, но по-прежнему маленькая и гибкая, невозможно красивая.

- Петя? – вопросительно, но утверждая произнесла она.

- Малявочка? – выдохнул я. Мы подались к друг другу в едином порыве, за несколько шагов я оказался рядом и сжал ее в объятьях. Она смеялась, цепляясь за меня, дорожки слез прокатились по ее щекам, я закружил ее, ощущая руками гибкое тело, что-то внутри просто взвыло от счастья. Она запрокинула лицо и смотрела прямо в мою душу. Весь лед боли и разочарований последних десятилетий с грохотом трескался внутри меня, будто Инна, как жаркое солнце, растопила его.

– Ты как тут оказалась? – спросил я, неохотно выпуская ее из объятий.

- Так с апреля живу в отчем доме, - пожала она плечами. – Развелась, решила устроить перезагрузку.

- Приглашай в гости тогда, - ответил я и зашагал за ней по дорожке. От недосыпа после перелета или от неожиданной встречи меня брала дрожь. Я любовался ею, черный сарафан разлетался от ветра, я почему-то вспомнил, что в молодости она не носила даже трусов и мне на минуту стало жарко от этой мысли.

- Конечно, и чашку кофе и рюмку коньяку, все могу предложить. Заходи. – Инна вся светилась, оборачиваясь ко мне на каждом шагу, будто не верила, что я реальный, я впервые за много лет поднимался на веранду, где в молодости часами болтал с ней, сначала опекая, а потом любуясь и страстно желая. Дом изменился, был значительно перестроен. Ароматы сушеных трав и цветов окутали меня, я на секунду закрыл глаза, наслаждаясь и вдохнул полной грудью.

В кухне было светло от закатного солнца, его лучи делали комнату медовой. Инна уже доставала из холодильника какие-то закуски, включила кофеварку.

- Да ладно! - подошел я к магнитоле возле холодильника, рядом лежал кейс с дисками. – Неужели работает?

- Да, - засмеялась Инна. – И хорошо. Включи что-нибудь.

- Они не подписаны.

- Так в том и радость.

Я выбрал что-то наугад и нажал на кнопку.

- Hold me tight, This is a lonely night, And I’ve hurt you baby, Because you are my light (Aha- Forever not yours) Я дернулся, как от ожога. Ты мой свет, Инна, даже мир вокруг это знает.

- Отличная песня, - кивнула Инна. – Присаживайся, гость дорогой. Откушай, чем Бог послал. Я присел за стол, еда казалась невозможно вкусной, запахи кофе и близости Инны дурманили меня. Я постоянно смотрел на нее, мы молча жевали – это была уютная тишина.

- Чем ты занимаешься, Петь?

- Мебелью, стройкой, контрактами, как и хотел. А ты?

- Я работала врачом, - отговорилась она. – Теперь живу на раздел имущества. Но думаю зарабатывать травничеством, я училась. Пока не знаю, как, но идея есть. Я в депрессии была, Петь. – Тихо призналась она. – Недавно только с таблеток слезла. Но здесь, все такое родное, такое настоящее, что я чувствую вкус жизни, хотя тогда думала, что она закончилась. Мы постарели, обратно не отмотать.

- Не отмотать, да и не нужно, Инна, мы повзрослели, наделали множество ошибок, стали мудрее и можем жить исходя из опыта, а не зашкаливающих эмоций. Я и не хочу назад. Я прожил то, что было суждено и многое ценное обрел. Ничего не было зря. А ты разве хочешь?

- Нет. Я никогда не думала, что на пороге сорока так остро будет чувствоваться ток жизни. Ты прав, я бы не хотела назад, моя жизнь эти годы не была плохой, она просто была по правилам и в рамках, часть из которых рождал страх в моей голове. Сейчас я свободна от них. И ничего не боюсь, просто принимаю.

- Вот видишь, мы стали мудрее.

- Я так рада, что встретила тебя! Это как вернуть себе кусочек чистого счастья, - засмеялась она, - вот неожиданный подарок. Ты дорог мне, Петя, всегда был и будешь. Мой лучший друг, найденный сквозь года.

- И я рад. – Я собрался с мыслями. – Ты знаешь, я тоже боялся, Инна. Что никогда не полюблю, как тебя. И запер свое сердце на замок. Никому не доверялся. Не узнал жену, не попытался познакомится с другой женщиной. Глупость такая. Я смотрю на тебя сейчас, и вижу, что я тебя не знаю совсем, только помню, какой ты была тогда, свою придумку, но не тебя реальную. Я лелеял этот образ и выбирал жизнь без любви. Но сейчас ты говоришь мне, что все еще возможно, и я верю, Инна. Пусть для нас будет еще возможно полюбить и быть любимыми.

- Да будет так, Медведь. – серьезно сказала Инна, годы, разделявшие нас развеялись в миг. – За это надо выпить.

- Согласен.

Мы напились до синей волны. Мне было так хорошо, как никогда уже много лет. Мы валялись на ковре, вспоминали детство, подшучивали и обнимались. Тепло, как родные. Правда о моих чувствах пролилась живительным дождем внутри, смывая все тревоги, я решил обязательно быть счастливым, и кое-как стащив рубашку и штаны упал на диван и забылся сном.

Утром я заспанный и еще немного пьяный, натянул штаны и босой вышел на крыльцо. Закурил и просто наслаждался жарким солнцем и тишиной вокруг. Инна еще спала, я сидел неподвижно, дым сигареты смешивался с травяным и ягодным духом вокруг, кружилась голова, я дышал глубоко, переживая острые моменты счастья. Я услышал, как на веранде на столе запел мой мобильник. Я сходил за телефоном, был пропущенный от Глеба.

ИННА

Пока я на бешеной скорости летела по трассе в город, я прокручивала сцену на крыльце снова и снова. Глеб сын Пети. Ян был прав, мы в каком-то сериале, а я центральная фигура этой мыльной оперы. Перезагрузка отличная. Карма прилетела. Я припарковалась у своего дома и поднялась в квартиру. В руке была сумка, но я совершенно не помнила, что собирала, помню только панику, которая накрыла меня. Паника и стыд, от которых я бежала. Я бежала от честности с собой, потому что, когда увидела его, побелевшего от ярости, была счастлива, мое сердце рванулось к нему вопреки всем запретам. И это было невыносимо, после того, как Петя все понял и не осудил. Я сказала ему, что отринула страх, но я врала. Мне было очень страшно. В квартире я пролежала до вечера, плакала и тревожилась, пока не кончились силы, потом приняла ванну и заварила кофе. Рядом с датой в календаре мигнул красный кружочек. Я тыкнула на иконку. Сообщение открылось: у вас задержка. Боже мой, схватилась я за голову, со всем этим сумбуром, в моей жизни, я даже не заметила, что не пришли месячные. Я силилась вспомнить, когда были последние. Мне кажется, в мае точно. А потом Глеб пришел и все закрутилось, в голове была пустота.

Я набрала Димке. Он взял почти сразу.

- Привет, подружка, как ты?

- Димка, - давя панику спросила я, - а помнишь ты мне говорил про ранний климакс, а как он проявляется?

- Ну симптомы разные, жар, приливы, может хотеться спать среди дня, аппетит повышенный, забывчивость, а что такое, Инна, - забеспокоился он. – Отсутствие месячных более двух-трех циклов.

- Записывай меня на прием, - мрачно ответила я. – У меня похоже начался он. Я не могу вспомнить, когда месячные были последний раз, я не вела календарь. Сейчас середина июля, почти конец, я могу вспомнить только май. И аппетит, сонливость, тоже были, как и жар.

- Завтра же дуй в клинику, натощак сдай анализы, все по стандарту, в четверг я тебя приму сам лично, мне надо, чтоб полная картина была. Тут всякое возможно, поэтому раньше времени не расстраивайся. Есть терапия.