Алексей напротив меня свел брови.

- Инна Александровна, вы не читаете? Напоминаю, что дом в деревне Солнечная и однокомнатная квартира в районе вокзала и так ваши, по договоренности вам достаётся трехкомнатная квартира в ЖК “Хвоя”, автомобиль Мазда Cx5, апартаменты в поселке, они в долгосрочной аренде и приносят миллион в год, а также небольшой процентный счёт в банке на ваше имя, сумма указана на предпоследней странице.

- А Крайслер? – перебила я юриста. – Я хочу забрать свой старый крайслер.

На что тебе эта рухлядь, Инна, - впервые подал голос Егор. – Ему сто лет. У тебя хороший кроссовер. Хочешь, отдам тебе ещё Лексус.

Вид у почти бывшего мужа был скучающий. Таким он и показывался всем вокруг, педантичным, скучным, дотошливым и безэмоциональным. Холодным, как хирургический скальпель. Но никогда до момента развода он не вел себя так со мной. Я знала, что он добрый и ласковый, смешливый и чувственный, но только со “своими” – для сотрудников и партнёров – всегда покерфейс и ядерная зима. Близнец по гороскопу – он умел быть разным. Теперь я больше не “своя”. Я еще раз сделала глубокий вдох. Он врет, ему тоже не хотелось расходиться, но идея фикс с ребенком, его собственным, кровным, и моя невозможность родить развела нас по разным сторонам.

Ты сказал, что я могу взять всё, что хочу. Крайслер – моя первая машина.

- Забирай, - отчеканил Егор и впервые посмотрел мне прямо в глаза. Я знала, что там было спрятано: маска не могла меня сбить с толку, слишком много лет я изучала его реакции. Нет, дорогой, ты помнишь, что Крайслер, символ нашей истории, первое место, где мы занялись сексом, та машина, на которой строился твой бизнес, она не просто вещь, а символ нашей истории, и как бы тебе не хотелось выбросить нашу историю из головы, она всё еще сидит в тебе острой иглой. А мне сейчас он нужен. Что-то только моё, что было у меня до нас.

Егор продолжал смотреть пристально. Я молчала. Видела, как еле заметно подрагивает его рука. Он злился.

Это всё, Инна? – маска Егора стала давать трещину. Он хотел уйти, принципиальный и жесткий, оставляя последнее слово за собой.

Да, - я взяла свою стопку бумаг. Столешница больше не отражала моего мужа, он бесшумно встал и покинул кабинет. Я тоже не стала задерживаться.

- Инна Александровна, бумаги из суда придут в понедельник, - немного нервно добавил Алексей уже моей удаляющейся спине.

- Хорошо, кивнула я, обернувшись. И покинула кабинет.

Оказавшись на улице, остановилась. Просто в моменте не знала, куда идти. Нужно было подумать, что делать дальше. Мне 38 лет, я через два дня получу бумаги на развод, и закрою огромную главу своей жизни – семья Фоминых. Ее больше нет. И меня прежней тоже. Придётся начать всё заново, но пока никаких мыслей не было. Дошла до ближайшей кофейни и села за маленький столик в углу. Чашка латте должна исправить ситуацию.

Мобильник завибрировал – Лена.

Да, лучшая подружка, - мой голос звучал устало. – Я только что из офиса. Всё, Лен. Конец.

- Значит, самое время с размахом отпраздновать твой развод, - раздался бодрый голос моей единственной близкой подруги. – Так чтоб у твоего мужа, пусть и бывшего теперь, подмочилась его безупречная репутация. Когда начинаем?

- Напьёмся? – мой голос звучал жалобно. С Леной я могла не притворяться. - Я чувствую себя рухлядью, которую выкинули на помойку, мне почти 40. Муж, которого я любила половину своей жизни, просто дал мне отставку из-за того, что я не смогла родить ребёнка! Как это произошло с нами?

- Мужики, что с них взять, одним дети не нужны, вот как моему, - беззлобно сказала подруга, ее сыновья от первого брака, только поступили в университет, она была второй раз замужем, - другие хотят наследников, как одержимые. Твой Егор посылал тебя на сотни процедур, а сам не больно то торопился лечиться. Я тебе много раз говорила, надо было оставить эту идею фикс. Расслабиться и жить. И не напрашивайся сейчас на комплименты, сменила она тему. – Ты отлично выглядишь. Тебе со спины до сих пор 15 лет дают. Ты столько пашешь в зале, столько лет занимаешься здоровьем, да самое время выдохнуть и заново построить отношения. Но сначала – хорошая пьянка! Я уже выезжаю, ты где?

- Ладно, - я подумала, что впервые за много лет наконец-то, по-настоящему могу позволить себе пьяный угар. Последнее десятилетие, пока я лечилась от бесплодия и и совершала попытки эко, стимуляции и гормональную терапию - мой максимум был, бокал вина или шампанского на праздник. А за последний год, когда я погрузилась в изучение траволечения – я не пила алкоголь вообще. – Я у офиса, в кофейне. Забирай меня на такси. Поедем в ресторан, пить пока не упадём.

- Вот это по-нашему, - крикнула Ленка, и нажала отбой.

Я взяла кофе с собой, а ещё большой круассан с шоколадом: уже и забыла, какой он на вкус, за время ПП жизни, и вышла на улицу ждать Ленку. Влажная взвесь в воздухе охлаждала разгоряченное лицо. Круассан был таким вкусным, что я невольно почувствовала себя лучше и уже с нетерпением ждала такси. Подруга подкатила быстро. Мы загрузились и поехали в большой ресторанный комплекс. В большом баре в два часа дня не было никого. Мы заказали бутылку шампанского, коньяк и закуски. Молодой бармен с широкой улыбкой выставил всё на стойку и деликатно удалился в противоположную сторону.

ГЛЕБ

С утра была тяжелая голова. Несмотря на то, что воздух в деревне был чистым и свежим, когда я вышел из дома и зашёл в гараж-мастерскую, мне будто не хватало кислорода. Казалось, виски что-то сдавливает, будто обручем. Я где-то час шлифовал доски на новый стеллаж, старый совсем расшатался, когда услышал сквозь шум чьи-то шаги.

Ян, мой близкий друг, залетел в мою мастерскую с горящими глазами. Я редко видел лучшего друга в таком состоянии, но судя по виду, это было связано с обожаемыми им машинами – он подрабатывал в большой автомастерской отца.

- Глеб, ты видел, что стоит возле твоих соседей? Это обалдеть. Там крайслер 2000 года, нереально какой раритет. Мало того, что на ходу, еще и выглядит обалденно – кожаный салон, глубокий синий цвет с металлической крошкой, чтоб меня черти взяли, там карбоновая плёнка на капоте, - жужжал Ян без передышки. – Просто очень интересно, кто на таком приехал? Ты что-нибудь знаешь?

Я нахмурился. Видно, не услышал за шумом шлифовальной машины, как кто-то подъехал.

- У соседей? Это где?

- Да смежный дом с тобой, который пустой стоял, за забором. Пойдем посмотрим?

Смежный дом, а да, он долго пустовал, хотя периодически я видел клининговую и ремонтную службу из города, видимо, хозяева поддерживали порядок. Помню, отец рассказывал, что там жила бабушка, очень добрая и он вроде даже дружил с ее детьми что ли. Не могу вспомнить.

Я быстро потянулся, специально, видя нетерпение Яна, и встал, отряхивая древесную пыль от станка, я любил его дразнить, и он меня тоже.

- Ладно, пойдём посмотрим. Моей страстью были мотоциклы, мы часто гоняли на треке в полях, но поддержать восторг Яна мне ничего не стоило. Да и любопытно было, может, и правда, новые соседи появятся.

Мы вышли в проулок и обогнули большие кусты сирени, которые закрывали наш и смежный участок от любопытных глаз. Сейчас они стояли пустыми, на них только завязывались почки. Апрель радовал погодой, земля почти высохла, но зелень только-только намечалась, как мазки кисти на наброске художника.

И правда, на подъездной дорожке стояла классная раритетная тачка. Ян почти подпрыгивал на месте делая вид, что он падает в обморок. С противоположной от нас стороны была открыта задняя дверца, но кто там понять было невозможно: задние стекла машины, затонированные темной пленкой, скрывали подробности. Мы не спеша прошли по дороге. И когда мы обогнули машину, я запнулся на ровном месте. Там стояли длинные гибкие ноги и очень аппетитная задняя часть. Я видел такие ноги и попы на рекламах фитнес залов в интернете. Основная часть хозяйки ног скрывалась на заднем сидении, оно было наполнено пакетами и свертками, видимо, девушка что-то искала, но эти ноги в лосинах, не оставляли никакого простора воображению. Мне подумалось, что под ними просто нет трусов. Я видел, что Ян тоже сглотнул слюну и смотрел не на авто, а на эти ноги. Мне хотелось убедиться, что я не ошибся и эти красивые ноги теперь будут жить рядом, и порадуют меня своим видом подольше. Может, какая первокурсница переехала сюда с родителями – фигура была на вид хрупкой. Мы стояли, как два дурачка, посреди дороги, не зная, что делать. Ян не вытерпел первый.