Однако, ощупав металлическую пластину, Джек обнаружил на ней множество винтов.
– Сэр, у меня же есть большая ложка! – воскликнул он. Та самая, которую он стянул из школьной столовой, но не успел еще передать дедушке.
– Можно использовать ее как отвертку! – воскликнул дедушка и в два счета вывернул винты обратной стороной ложки.
Джек с дедушкой снова со всех сил налегли плечами на основание.
Задача оказалась нелегкой, но наконец орудия повернулись в сторону музея.
Джек вскарабкался на одно из них, дедушка на другое. Раскинув руки для равновесия, они медленно двинулись вверх. Через несколько шагов мальчик понял, что вниз лучше не глядеть – а то голова закружится.
С грехом пополам дедушка с внуком добрались до крыши музея. Завидев развевающийся там флаг Великобритании, дедушка отдал ему честь – и Джек почувствовал, что прямо обязан последовать его примеру.
Крышу усеивал голубиный помет, так что на ней было очень скользко, особенно если ты в домашних тапочках.
– Сюда, сэр! – Джек показал дедушке чуть приоткрытое окошко. Щелочка была совсем узкой, но он сумел засунуть туда тонкие пальчики и, потянув, открыл окно.
– Отличная работа, командир звена! – похвалил дедушка.
Джек запрыгнул в окно и потом втянул туда дедушку.
Они-таки проникли в Имперский военный музей!
Джека накрыло волной восторга. ДА!
Теперь только и оставалось, что украсть «Спитфайр».
Глава 55
При помощи танка
Джек с дедушкой бросились бегом по лестнице вниз, в Главный зал, где с потолка свисали самолеты.
Со времен их последнего визита сюда военные самолеты успели отремонтировать, и «Спитфайру» вернули его былое великолепие.
Найдя на стене лебедку, дедушка с внуком общими усилиями поспешно опустили истребитель вниз.
В стеклянной витрине рядом стояли манекены, облаченные в летную форму. Немножко подумав, Джек с дедушкой толкнули к витрине старый кавалерийский пулемет времен Первой мировой – тогда такие возили на лошадях. Пулемет разбил стекло.
Джек с дедушкой торопливо напялили на себя летное обмундирование.
Мальчик посмотрелся в соседнюю витрину, проверяя, все ли у него есть:
Очки – ЕСТЬ
Шлем – ЕСТЬ
Летный мундир – ЕСТЬ
Шарф – ЕСТЬ
Коричневая кожаная куртка – ЕСТЬ
Ботинки – ЕСТЬ
Перчатки – ЕСТЬ
Парашют – ЕСТЬ
Обмундирование они надели.
«Спитфайр» на землю спустили.
Но во всей этой радостной суматохе кое о чем напрочь забыли.
Кое о чем очень важном.
– Полковник! – окликнул мальчик.
– Да, майор?
– А как мы выведем отсюда самолет? Старый летчик осмотрелся по сторонам. На его лице отразилось недоумение.
– Что за дураки строили этот ангар! Они забыли про двери!
Джек вдруг почувствовал себя, точно воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Попасть в музей было трудно, но вывести из него «Спитфайр» казалось и вовсе невозможным.
В другом конце зала стоял танк времен Первой мировой – британский «Марк V» цвета хаки, на двух огромных гусеницах. Такой здоровенный и тяжелый, что, казалось, ему и бетонную стенку пробить – плевое дело.
Джеку внезапно пришла в голову мысль.
– Сэр, а вы умеете водить танк?
– Нет! Но разве это так трудно?
Дедушка был из тех, кому что угодно по плечу.
Поспешив к танку, они вместе забрались на него и открыли люк сверху. В тесной кабинке их глазам предстало совершенно непривычное скопище педалей и рычагов.
– Ну что, посмотрим, что тут к чему? – заявил дедушка.
Он завел мотор и потянул вниз какой-то рычаг. Танк тут же пополз назад.
– Останови его! – завопил Джек.
Слишком поздно! Сувенирному магазинчику Имперского военного музея пришел конец.
В порыве паники мальчик потянул ближнюю ручку – и допотопный танк на страшной скорости пополз вперед.
БАХ!
Он с немыслимой легкостью пробил стенку музея.
Успев ухватить основы управления «Марком V», дедушка с внуком в четыре руки немножко подвигали танк вперед-назад и увеличили отверстие, чтобы туда пролезли крылья «Спитфайра».
БАХ!
БУМС!
БАЦ!
А потом вылезли из танка и бросились к самолету. Вскарабкались на крыло, а оттуда в кабину. Как и в большинстве военных самолетов времен Второй мировой, сиденье там было только одно, так что мальчик уселся на колени к дедушке.
– Уютно тут, а, командир звена? – заметил старый летчик.
Джек впервые в жизни сидел в настоящем «Спитфайре». Его мечта сбылась!
После стольких лет, когда они с дедушкой играли в пилотов, в кабине все казалось знакомым и привычным: все было в точности как описывал дедушка.
Приборная доска с циферблатами, показывающими скорость и высоту.
Под ней – компас.
Прицелы – на уровне лица.
Между колен у мальчика размещался контрольный рычаг – штурвал. А наверху располагалось самое-распресамое захватывающее: гашетка для стрельбы из бортовых пулеметов.
Дедушка принялся проверять готовность самолета.
Кабина закрывается!
Пропеллер в исправности!
Аккумуляторы заряжены!
Закрылки убраны!
Приборы для навигации в норме!
Бензобак! Бензобак? Пусто!
Джек уставился на датчик горючего. И вправду – пусто. Вот они и застряли – без капли горючего в бензобаке.
– Останьтесь здесь, командир звена, – сказал дедушка.
– Что вы собираетесь делать? – поинтересовался мальчик.
– Ну, кому-то из нас надо вылезти и подтолкнуть.
Глава 56
Налей доверху!
Мальчик остался сидеть за пилота и рулил, а дедушка, налегая изо всех сил, толкал истребитель из музея и дальше по дороге. К счастью, что она шла все больше под горку.
Они высматривали бензоколонку: ведь чтобы подняться в небо, надо сначала заправить самолет.
На удачу, ближайшая колонка оказалась совсем недалеко от музея.
Продавщица за стойкой так и разинула рот от потрясения, увидев, как на площадку рядом с заправкой вкатывается самолет времен Второй мировой.
– Полковник, а вы уверены, что «Спитфайру» годится обычный бензин? – прокричал Джек, высунувшись из люка.
– Старушке это не понравится, майор! – отозвался дедушка. – Она будет кашлять и плеваться. Но переживет, ничего.
Не стоило и говорить, что самолету требуется гораздо больше топлива, чем машине.
Мальчик с тревогой смотрел, как стоимость бензина на счетчике перевалила за сто фунтов… потом за две… потом за три… за четыре.
– А у вас деньги с собой, сэр? – спросил он у дедушки.
– Нет. А у тебя?
К тому моменту, как старый летчик решил, что бак полон, счетчик показывал 999 фунтов, так что дедушка округлил до тысячи. Но чуть-чуть переусердствовал, и подскочило до тысячи фунтов и одного шиллинга.
