Близ стены росла плакучая ива, и несколько ее ветвей свисали над территорией «Сумеречных башен». Одна беда: она стояла на виду обеих сторожевых вышек, огромные прожектора которых обшаривали все вокруг. Опасная затея. Джеку стало страшно. Никогда еще он ничего подобного не делал.

Мальчик медленно, но уверенно принялся карабкаться по иве. Сейчас, зимой, листвы на ней не было, так что хвататься было легче. Забравшись наверх по стволу, он медленно пополз по ветке, торчащей в сторону дома престарелых. И тут случилась катастрофа! Под его весом ветка наклонилась вниз и перебудила стаю воронов, устроившихся на ней на ночлег.

КУРРР! КУРРР! КУРРР!

Черные птицы со страшным гвалтом взмыли ввысь.

Луч прожектора описал в темноте круг и остановился на дереве.

Джек со всей возможной в его положении быстротой скользнул вокруг ствола на дальнюю сторону, чтобы его не заметили. Прижавшись к иве, он замер, как каменный.

Луч света на некоторое время остановился на дереве и только потом тронулся дальше. Но теперь караульные медсестры на башне будут настороже! Одно неверное движение – и мальчик попадется. И кто знает, что тогда с ним сделает мисс Свин!

Досчитав про себя до десяти, Джек перелез на прежнее место и, встав на четвереньки, пополз по толстой ветке, что торчала над обширной территорией дома престарелых. Но по деревьям лазить Джек не привык и не рассчитал прочности ветки. Он ведь куда чаще сидел у себя дома с модельками самолетов, чем бегал по лесу. Поэтому теперь он смело скользнул к самому концу ветки, надеясь, что под его весом она прогнется вниз.

КРАК…

Однако она оказалась недостаточно крепкой.

КРАААААК…

И сломалась.

БУМС!

Мальчик рухнул в высокую траву. По территории «Сумеречных башен» кружили лучи прожекторов со сторожевых башен. От падения у мальчика вышибло дух из груди: некоторое время он лежал неподвижно и тихо, уголком глаза следя, как свет прожектора подбирается все ближе и ближе. С одной стороны, он страшно паниковал и хотел вскочить и броситься наутек, но с другой – помнил, как дедушка учил вести себя в таких ситуациях. И мускулом не шевельни! Когда лучи наконец убрались прочь, мальчик медленно приподнялся и огляделся по сторонам. От здания его все еще отделяла широкая полоса земли. Как же попасть туда так, чтобы его не заметили?

Еще один дедушкин урок говорил Джеку, что, оказавшись на открытой местности, надо ползти по-змеиному. Мальчику и в голову не приходило, что когда-нибудь ему придется использовать эти умения в настоящей жизни. Однако сейчас они пригодились – он заскользил змеей по мокрой траве.

Нелегкая оказалась задача, но наконец Джек дополз до главного здания.

Теперь основная проблема состояла в том, что Джек не имел ни малейшего представления, где именно может находиться дедушка. Держась вплотную к стене, он обошел вокруг здания, на ходу подныривая под окна. Попасть в «Сумеречные башни» или выйти из них можно было лишь через один вход – ту самую тяжелую парадную дверь, которую медсестры держали на замке, на двух замках и на трех замках. Джек заметил, что когда-то с задней стороны дома имелась еще и дверь черного хода, но недавно ее заложили кирпичами.

Очень осторожно, чтобы его не увидели, мальчик заглянул в одно из окон. Глазам его предстала большая спальня, кроватей на двадцать, не меньше. Кровати эти были аккуратно выстроены в два ряда, и хотя было еще только шесть часов вечера, не позже, все пожилые обитательницы дома уже лежали в постелях. Обведя их лица быстрым взглядом, Джек понял, что все они крепко спят. Мужчин в комнате не оказалось, так что мальчик торопливо двинулся дальше.

Еще через пару окон он обнаружил комнату, похожую на кладовую фармацевта. Вся она, от пола до потолка, была битком забита бутылочками с таблетками, всевозможными лекарствами и шприцами. По комнате взад-вперед вышагивала внушительных размеров медсестра в белом халате. Всего там насчитывалось тысячи и тысячи таблеток – хватило бы усыпить целое стало слонов, не то что сотню старичков и старушек.

Заглянув в еще пару-другую окон первого этажа и обнаружив лишь грязную кухню да пустую гостиную, мальчик решил поискать на втором этаже. Собравшись с силами, он полез вверх по водосточной трубе на углу здания.

Вокруг дома на уровне второго этажа тянулся узкий выступ. Выбравшись на него, Джек заглянул в первое окно. За ним оказался богато обставленный кабинет, обитый дубовыми панелями. За письменным столом в роскошном кожаном кресле сидела сама попечительница. Закинув ноги на стол, она потягивала здоровенную толстую сигару и выдувала клубы густого серого дыма. Эта частная, не предназначенная для посторонних версия мисс Свин разительно отличалась от того, что она демонстрировала широкой публике.

Над камином в толстой золоченой раме висел портрет попечительницы. Держась как можно ближе к стене, Джек слегка наклонил голову, чтобы лучше все видеть. На широком, обтянутом кожей столе рядом с мисс Свин лежала пухлая стопка каких-то бумаг. Отложив сигару в хрустальную пепельницу, попечительница снова взялась за работу.

И наконец сунула листок бумаги в пишущую машинку и начала барабанить по клавишам.

Через некоторое время мисс Свин оторвалась от машинки и с удовлетворением осмотрела дело своих рук. А потом скатала первый лист бумаги в шарик и швырнула в огонь. Глядя, как он горит, попечительница засмеялась и снова взялась за толстую длинную сигару.

Что же такое она делала?

Стоя на узком выступе и озадаченно наблюдая за мисс Свин, мальчик вдруг почувствовал, что нога у него скользит вниз. Он встрепенулся, силясь удержаться на месте.

Внезапно попечительница подняла голову, словно услышала что-то снаружи. Джек отступил в сторону и прижался к стене. Мисс Свин поднялась из кожаного кресла, подошла к окну, прижалась носом к стеклу, отчего он стал еще больше напоминать поросячий пятачок, и уставилась в темноту…

Джек замер, боясь даже вздохнуть. Стоя у окна кабинета, попечительница была так близко к нему, что он чувствовал запах сигар. А ведь он всегда ненавидел сигарный дым. Горло вдруг заскребло от подступающего кашля. «Только не кашлять! – взмолился он. – Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, без кашля!»

Поприслушивавшись немного к тишине, попечительница пренебрежительно тряхнула головой и наконец снова закрыла висевшие на окне тяжелые бархатные черные шторы, чтобы ни единая живая душа не видела, что происходит внутри.

Первым побуждением Джека было помчаться домой и рассказать родителям, что, как ему кажется, попечительница затевает недоброе. Однако мальчик заколебался. Он ведь соврал родителям – сказал, что идет после школы в шахматный клуб. Ну и каковы шансы, что мама с папой поверят ему теперь?

Они же вбили себе в головы, что «Сумеречные башни» – самое подходящее место для дедушки.

Поэтому мальчик просто продвинулся чуть дальше по узкому выступу к следующему окну. Свет в комнате не горел, но сквозь полумрак Джек различил леденящее душу зрелище. Гробы – во много рядов!