Я очень хотел отказаться. И уже почти это сделал. Не мой это путь. Но глядя на лицо Хао, понял, что не смогу так просто его отпустить.

— Хорошо, — согласился я. — Только чужого добра мне не надо. Снаружи останусь, если что — знак дам.

— Лишним не будет, — довольно осклабился Эрли.

— А теперь вали! — буркнул я на него. — Мешки сами себя не разгрузят.

С работой и правда надо было заканчивать. Хозяин Вон на наши перешептывания давно уже косо смотрит. Солнце за горизонт уходить начало, а телега ещё полная.

— Это мы вмиг! — подорвался обрадованный Хао, утраивая наши усилия.

Луна подсвечивала нам дорогу. Её огромный круглый диск сегодня был особенно ярок, словно намекая, что не время делать глупости: тьма не будет укрытием. Однако поворачивать назад было уже поздно. Как я ни пытался что-нибудь придумать, иного предложить не смог…

К стене, отделявшей Запретный город от трущоб, мы подбирались через самый мерзкий район Хароя. Воняло тут ещё хуже, чем на рынке, — тухлятиной и нечистотами. Что неудивительно: здесь проходила сточная канава. Дерьмо сюда стекалось со всего города. И люди обитали здесь соответствующие — те, кому опускаться уже некуда, и те, кому больше некуда податься.

Раньше я тут почти не бывал, а вот для Эрли это дом родной. Здесь живёт его отвратительная семейка. Вечно немытые, в рваной засаленной одежде. Каждое второе слово бранное. Днём они попрошайничают и воруют, а вечерами режутся в карты, пропивая добычу.

Но это всё с краю, а сюда, к стене Внутреннего города, я ни разу не выбирался.

— Далеко ещё? — спросил Джу.

Втянув носом воздух, он закашлялся, чуть не угодив в дурно пахнущую лужу. Из окна неподалёку послышались несвязные пьяные крики.

— Почти на месте, — ответил Эрли.

Шёл он первым, показывая дорогу. Двигался ловко и бесшумно, чего не скажешь о следовавшем за ним Хао. Тот, словно медведь, перекатывался с ноги на ногу, выбирая путь почище. За ним семенил Джу, а я замыкающим.

Чем глубже мы заходили, тем тревожней становилось на душе. Хотелось повернуть назад или попробовать в очередной раз отговорить Хао. Но я не сделал ни того, ни другого. Тот не послушает, а я… Я не брошу. Утешал себя тем, что ради тётушки Фэ стараемся.

— Сюда, — Эрли указал на неожиданно выросшую перед нами стену.

Высокая какая! Вблизи так вообще… Десяток человеческих ростов наберётся. Сложена из старого, потрескавшегося кирпича. Вдоль неё — словно выжженная земля: ни лачуг, ни лежанок, даже мусора и того почти нет. Местные сюда подходить боятся. Мне стало вдруг не по себе. Ноги, как каменные столбы, в землю вросли. Остальные тоже замерли.

— Да не бойтесь вы, нет здесь никого! — сказал Эрли и, подавая пример, пошёл вперёд.

— А как же духи? — прошептал Джу, вжав голову в плечи. — Говорят, что вдоль стены стражи бестелесные расставлены.

— Может, и были когда-то, — пожал плечами воришка. — Да только я их не встречал. А может, и выдумки это всё, чтобы таких, как ты, отпугивать! Давайте уже на ту сторону перебираться…

Сказал и направился к стене. Это он нам вверх предлагает лезть⁈ Я с ужасом представил это восхождение. Над стеной, ещё больше внушая страх, заполняя полнеба, возвышалась священная гора Фенлин. В хорошую погоду на её склонах можно рассмотреть дома практиков и павильоны секты.

Лезть никуда не пришлось. По крайней мере, вверх. Эрли подвёл нас к заросшему камышом участку стены, из-под которого текла затхлая водица. Пробравшись сквозь заросли, мы оказались у старого сточного тоннеля. Проржавевшая железная решётка давно сорвана — камыш прорастал сквозь неё. Заглянув внутрь, я ощутил движение воздуха и запах плесени.

— Неужто всё так просто? — поинтересовался Хао.

— Ага, — посмеивался воришка. — Чего этим небожителям бояться? Тут всё на людском страхе держится. Не каждый на такое решится.

Сказано это было с большим бахвальством, но и тут он оказался прав. По крайней мере в отношении меня. Стоя на краю, я никак не мог собраться с силами, сделать первый шаг. Посмотрел на друзей, замечая в их позах и взглядах сомнение. Может, ещё одумаются? Зачем лезть в пасть к дракону?

Пока я придумывал себе оправдания, Эрли спустился в воду. Всплеск вывел нас из оцепенения. Кивнув своим мыслям, вслед за воришкой отправился Хао, а спустя мгновение прыгнул и Джу. Выругавшись, я полез за ними.

Тоннель оказался узким и невысоким, идти приходилось гуськом, согнувшись чуть ли не пополам. На ощупь и по колено в воде. Ил под ногами скользил, заставляя то и дело хвататься за склизкие стены. Мерзко…

Но стоило оказаться на той стороне, всё разительно изменилось. Примыкавший к стене небольшой парк скрывал тоннель от посторонних глаз. Здесь пахло цветами, сливой и сырой землёй. Аккуратные дорожки, подстриженные кусты, фонари из резного камня. За деревьями угадывались крыши домов с загнутыми краями.

Здесь мы задержались, чтобы обсохнуть. Без этого никак — мокрые грязные следы на чисто выметенных улицах внутреннего города привлекут внимание. Спустя полчаса мы вынырнули из парка и, спрятавшись за окружающим его невысоким заборчиком, осмотрели близлежащие строения.

Вокруг всё лучилось чистотой. Улицы, как в лучших кварталах верхнего города, были вымощены камнем — выскоблены и вымыты до блеска. Стены домов выложены камешек к камешку, на крышах бирюзовая черепица. Резные коньки с изображением духов-хранителей изгибались вверх. Ворота — словно только что окрашены. Рядом бронзовые стражи — драконы или цилини. В свете луны они казались живыми. А ещё — мёртвая тишина.

Запретный город — вот он какой. Когда-то я мечтал ступить на его улицы с гордо поднятой головой, воображал себя могучим практиком, способным кулаками дробить камни, а сейчас пришёл крадучись, пугаясь каждой тени. Не так я себе это представлял.

— Нам сюда! — показал Эрли и, оглянувшись, перебежал через улицу к высокому забору.

Я последовал за ним. Рядом косолапил Хао, позади догонял Джу. Вжавшись в стену, я пытался унять бьющееся, как у кролика, сердце. Всё вокруг казалось чуждым. Хотя на самом деле чуждыми тут были только мы. На мгновение я почувствовал себя забравшейся в амбар мышкой, трясущейся в ожидании кота.

— Подсади, — попросил воришка, и Хао привычно, как делал не один раз, подставил руки.

Толчок — и тот на стене, протягивает руку. Вторым наверх забрался Джу. Теперь пришла моя очередь подставлять руки. Здоровяк оттолкнулся, и парочка наверху, кряхтя, вытащила его к себе. Не в первый раз мы таким промышляли, но одно дело — яблоневый сад, другое — дом мастера секты…

— Может, с нами? — спросил Эрли, глядя на меня сверху вниз.

Глянув на него, я покачал головой, и тот, подмигнув, соскользнул с забора по ту сторону. Всё, назад дороги нет. Оказавшись один, я почувствовал себя ещё более неуютно. Да и стоять вот так под стеной смысла не было. Любой случайный прохожий заподозрит неладное. Прошмыгнув обратно за заборчик, ограждавший парк, я пригнулся и принялся наблюдать.

Прошло немного времени, и из-за забора донёсся скрип разрываемого с силой дерева. Едва слышный, но мне он показался оглушительным! Однако никто не бежал проверять, что это было.

Спустя пять минут мимо прошёл дозор из внешних учеников. На лбах — красные повязки стражей. Я спрятался за заборчиком, затаив дыхание. В ушах шумела кровь. Вдруг заметили? Но пронесло. Прошли мимо, тихо переговариваясь. Неужели всё получится? Неужто зря так возносят сектантов?

Время тянулось медленно, как смола. Казалось, с тех пор как ребята оказались внутри, прошла вечность. Хотелось сорваться с места и поторопить их. И я уже решился на это, когда тишину этого заповедного места нарушил резкий порыв ветра. А затем — лёгкий, едва слышный шорох.

Подняв взгляд вверх, я увидел, как по крыше соседнего дома, чуть касаясь носками черепицы, пробежала фигура в белых одеждах. Прыжок — и ветер, будто подхватив, опустил её на привратный столб.