Он понял, что пожалеет о том, что поддался эмоциональному импульсу рассказать про убийство.

— Ты в кого-то уже стрелял? — Догадалась она.

— Да, вчера на дороге мужику в ногу попал? — Сознался Юрий в меньшем из зол.

— Он не умер? А в скорую сообщил? — Перепугано поинтересовалась Елена.

— И в скорую, и в полицию, и в верховный суд с повинной обратился. Нет, конечно, они хотели меня и еще кучу народа ограбить. Мне плевать умрет он или нет. Чем больше таких загнется, тем спокойнее жить оставшимся. — Юрий убрал пистолет за пояс и прикрыл майкой. — Поеду, картошку в погреб уберу и банки.

— Давай не сегодня, Юр. Пусть обстановка немного успокоится. — Распереживалась Елена.

— Ага, успокоится. Она только хуже будет с каждым днем. — Юрий надел кроссовки. — Никому не открывать, кроме меня. Никаким газовикам, электрикам и свидетелям Иеговы. Поняла?

— Поняла. — Супруга подошла и обняла его. — Как доедешь до гаража, набери, я буду ждать.

— Хорошо. — Юрий похлопал себя по карманам, проверил, взял ли ключи от дома и гаража.

Убедившись, что они на месте, вышел в подъезд. Елена проводила его взглядом до лифта и перекрестила, когда он зашел в него.

— Как в деревне-то? — Спросила соседка у вышедшего на улицу Юрия.

— Там тихо.

— Это пока. — Пророчески предположила тетя Варя. — Скоро бандиты приедут грабить.

— Видно будет. Может и не приедут, не успеют. — Она разозлила своим явным желанием смакования чужой беды.

— Приедут, приедут, как только голод начнется, сразу по деревням ринутся. — Не успокаивалась она.

— А в городе каннибализм начнется. Начнут есть самых беззащитных. — Припугнул ее Юрий, сел за руль и захлопнул дверь, чтобы не слышать ее ответа.

До гаражей добрался без проблем. Ехал быстро, обстановка на дороге позволяла. Свернул в гаражный кооператив и сразу наткнулся на экскаватор, собирающийся раскапывать въезд на территорию. Юрий выскочил из машины и подбежал к трактористу.

— Ты чего делаешь, а? Как я заеду или выеду отсюда? — спросил он в открытую дверь.

— Мужики на сходке решили, что надо перекрыть выезд. Воры стали лазить в гаражи, вскрывать и вывозить машинами. Вон, охраннику голову проломили, когда он пытался перед ними трос натянуть. Всё, отъездились, машину бросай перед гаражами, а дальше пешком.

— Слушай, дай полчаса, я машину выгружу, а потом раскопаешь. — Юрий полез в кошелек и протянул трактористу две тысячи рублей.

— Хорошо, но только полчаса, а то у меня шабашка горит.

— Я быстро. — Юрий прыгнул за руль и проскочил мимо отъехавшего трактора.

На его воротах следов вскрытия не нашлось, а вот в гараже напротив одну часть ворот срезали «болгаркой», и они висели на проушине, держась на целой половине. Видимо, идея с грабежом погребов в гаражах пришла на ум многим. Юрий спустил мешки картошки и банки в прохладный погреб и выбрался наружу. Закрыл гараж и подъехал к выезду. Выбрался из машины и подошел к трактористу.

— Скажите, а это ваш трактор? — Поинтересовался он у тракториста.

— Мой, а что?

— А сколько будет прокопать траншею в мой рост от того дома, — Юрий указал на недостроенную многоэтажку, — до наших гаражей. Конкретно до моего, вон того, зеленого.

— Дорого. А тебе зачем? — Удивленно поинтересовался тракторист.

— Есть интерес. Назови сумму.

Мужчина прикинул на глаз.

— Двести. Налом.

— Сто восемьдесят и приступишь завтра. — Юрий не хотел показать, что сорит деньгами. — Срок — два дня.

Тракторист посмотрел на него с сомнением, типа, откуда у тебя нищеброда такие деньги.

— Задаток нужен, хотя бы тридцать косарей на заправку и так, для уверенности.

— Встречаемся завтра у того дома в восемь утра. У меня будет с собой задаток. Сделаешь до вечера половину работы, заплачу еще шестьдесят. Идет?

— Да. — Мужчина просиял. — Буду к восьми.

— Только не болтай никому, а то сейчас времена сложные, люди стали агрессивнее. Услышат про деньги и ум теряют.

— Само собой, друг. Ты тоже не распространяйся.

— Конечно. Ну, давай, до завтра.

— До завтра.

Юрий сел в машину и поехал домой, довольный тем, как удачно сложились обстоятельства.

Глава 15

Даниле Андреевичу не спалось. Страхи одолевали его разум. Огромная туманность почти полностью закрывала небосвод. Она висела так низко, что казалось, забравшись на крышу можно коснуться ее рукой. Директор стоял у дальнего расшторенного окна, чтобы яркий отсвет не падал на жену. Посмотрел на свои ладони и в измененном свете увидел неестественно темные линии на них. Перевернул тыльной стороной. Вены тоже проступали темными ветвящимися полосами, как пересохшие русла рек на старой пергаментной карте.

— Ночь вурдалаков. — Данил посмеялся над тем, как свет туманности меняет цветовосприятие.

Марена предупреждала людей, что когда она войдет во власть, всё станет иначе, так, как решит она.

Данил вспомнил, как вывозили московскую комиссию к самолету. В городе

разыгралась жуткая бойня. То, что Вениамин планировал как спецоперацию по уничтожению руководителей стихийно образовавшихся банд, вылилось в междоусобное побоище. Все воевали со всеми, как будто жили последний день. Город стоял на ушах. Рвалось и стреляло в каждом районе. Напуганные москвичи решив, что эта история ничем хорошим для них не закончится, и они могут остаться в Староуральске навсегда, вызвали самолет из Москвы и потребовали отвезти их в аэропорт. В благодарность за выполнение этой просьбы они обещали полностью принять объект без замечаний.

Вениамин отговаривал их, пугая тем, что его план не сработал и город больше никем не контролируется. Выезжать из него чистое самоубийство. Любая приметная колонна автомобилей станет невольной жертвой каждой группировки, принявшей ее за маневры противника. К тому же многие улицы были перегорожены баррикадами, расположение которых никто точно не знал, а значит велика была вероятность залететь в тупик со всеми последствиями.

Однако самолет из Москвы вылетел и вечно ждать в аэропорту, который тоже мог стать зоной чьих-то преступных интересов, не собирался. Пилоты предупредили, что при первых признаках появления посторонних людей на взлетном поле, сразу же взлетают и возвращаются назад.

Реальным решением проблемы являлись только военные. Данил Андреевич набрал генерал-майору, который привез им оружие.

— Служу России. — Ответил тот вместо приветствия.

— Взаимно. Это Данил Андреевич, директор Староуральского машзавода, ныне убежища. Помните, вы обещали нам помочь с безопасностью?

— Мы вам уже помогли, как могли, а в чем дело? — Поинтересовался военный без особого желания.

— У нас в городе началась заварушка, а в убежище находится группа высокопоставленных чиновников, приехавших принимать объект. Самолет за ними уже вылетел, но не обещал долго ждать. Понимаете настроение людей? Им в убежище места нет, они боятся, что этот борт последний и они больше не смогут вернуться.

— Понятно, миссия — эвакуация вип-персон. А заварушка серьезная? — Поинтересовался генерал.

— Весьма серьезная. Местные вскрыли склад удобрений и потчуют друг друга взрывчаткой. Стрельба стоит уже несколько часов и не думает стихать. Я поднимался на вентиляционную вышку и видел две катапульты, которыми они закидывают заряды на территорию врага. — Поделился Данил Андреевич. — Еще немного, и они повернут их в нашу сторону.

— Я должен посоветоваться со штабом. Перезвоню, как будет решение. — Ответил генерал и отключился.

Итоги совета «в Филях» пришлось ждать целый час. За это время с Крайновой случилась истерика после разговора с домашними. Она живо представила, что больше никогда их не увидит и начала плакать, затем пришла в бешенство и костерила всех, кто попадался ей на глаза. Данил Андреевич узнал про себя, что он шутовской директор задрищенского кружка юных умельцев. Что в Москве дальше дворника он никогда бы не поднялся. А тут из-за вырождения и повальной дебилизации населения ему доверили завод. Дамочка впала в состояние демонической одержимости, кричала не своим голосом, пока на губах не выступила пена и не появились признаки эпилепсии.