— В чём-то да, в чём-то нет. Ладно, надо пробовать, а то работы много ещё впереди. Так, до вечера не управимся! — сказал я и, создав плазменный шар, направил его к большому Тите.

Этого гиганта, как и прошлого, заворожила летающая перед лицом плазма. Вообще, примитивные существа часто так на неё реагировали, впадая в некий транс. Тут же вспомнились голые железнодорожники, которые вообще впадали в прострацию и находились как будто под гипнозом.

На Титанов это действовало не так сильно, но всё равно притягивало внимание и заставляло бросить все дела.

Когда я убедился, что он пристально смотрит на посланный раздражитель и почти не двигается, то вытянул плазменный шар в копьё, которое с силой вогнал прямо в распахнутый левый глаз Тити.

Похоже, пробить глазное яблоко получилось. Я тут же принялся развивать успех, вгоняя плазменный штырь всё глубже, а поняв, что он находится уже где-то близко к мозгу, накачал его плазмой и быстро взорвал, дабы не мучить великана.

Всё это произошло очень стремительно, за считаные секунды. Титан даже, наверное, не понял, что случилось. Взрыв внутри черепа уничтожил эту огромную машину разрушения, и гигант с грохотом рухнул на ближайшее здание, которое как раз собирался разрушить. Ну, собственно, своим падением он его и уничтожил, подняв в воздух облако бетонной пыли.

— Ха! Неплохо! — рассмеялся Шторм, — очень технично получилось и можно даже сказать хирургически точно. Только вот, у нас проблема! — и он кивнул в сторону разгромленного Ордена.

Одна из черепах, уже безо всякого навесного оборудования, которое я уничтожил, ползла в нашу сторону. И ползла быстрее, чем можно было ожидать.

— Выходит, у этих существ есть форсаж, который можно врубать при необходимости! — удивлённо покачал я головой.

— Если эта громадина доберётся до нашей эстакады, то, скорее всего, её обрушит. Штука наверняка тяжёлая! — сказал Шторм, — мы можем отступить и продолжить геноцид Титанов.

— Да, но с черепахами тоже нужно что-то делать, — сказал я задумчиво, — можно попробовать применить ту же самую схему.

— Взорвать черепахе мозг? — с одобрением посмотрел на меня Шторм.

— Нет, думаю, что с ними это будет проделать намного сложнее. Головы у них слишком маленькие и подвижные. Про глаза я уже молчу! Попасть будет крайне сложно. Вот их как раз изнутри выжигать будет более эффективный метод, — сказал я.

— А как попасть под панцирь? — спросил Шторм.

— Да вон, сверху остались отверстия, что связывали внутренности и навесное оборудование. Не удивлюсь, если там внутри и экипаж сидит перед мониторами, — сказал я.

— Думаешь? — нахмурился Шторм.

— Предполагаю, — сказал я, — но не удивлюсь, если это будет так. Эдакие биобронемашины.

— Мысль интересная, — сказал Шторм, — тогда давай пробовать, а то этот танк слишком близко!

— Уже! — усмехнулся я.

На самом деле я уже давно направил к черепахе маленький плазменный шарик. Для начала большой был и не нужен, я ведь не собирался привлекать её внимание. А маленьким просочиться внутрь будет проще.

Загнать мою микрошаровую молнию в черепаху оказалось задачей несложной. Жаль только, что через свои шарики я не мог ничего видеть, приходилось снова действовать вслепую. Впрочем, здесь особая тонкость работы и не требовалась. Под панцирем находился один большой объём, который мне нужно было сжечь, вот и всё.

Именно этим я и занялся, стараясь убить существо как можно быстрее. Вырастив шар, я взорвал его внутри черепахи.

Хорошо, что немного поторопился и не раздул свою плазму слишком сильно, потому как эффект от взрыва получился неожиданный.

Вернее, неожиданной получилась сила взрыва. Панцирь лопнул пополам, раскрывшись, как упавший на землю орех. Осколки полетели во все стороны, кроме тех, что оказались, прикрыты половинками лопнувшего панциря.

Нам повезло, и в нашу сторону почти ничего не летело. Но от неожиданности мы даже присели.

— Ого! — ошарашенно проговорил Шторм, — да это же шахид-мобиль чистой воды! Они наверняка хотели её рядом с нами рвануть!

— Или просто внутри был склад какой-нибудь взрывчатки или чего-то подобного, — сказал я, — может быть, они изначально не планировали использовать черепах как камикадзе.

— Может, и не планировали, а теперь запланировали, — сказал Шторм, — уверен, что они хотели её взорвать возле нас. Повезло, что панцирь треснул поперёк, и нас прикрыло его частью!

— Да, в любом случае подпускать их так близко к нам не стоит, — сказал я.

— Эй, — раздался возмущённый крик Алисы, — вы чего там творите? Это же вы наделали, да?

— Маленькая побочка! — крикнул ей Шторм, — но вы лучше отойдите подальше, на всякий случай.

— Лень! — махнула рукой Алиса.

— Ну, смотрите сами! — пожал плечами Шторм.

— Я тоже чуть не обделался! — раздался голос Пети, который последнее время молча сидел на каком-то трупе, погружённый в свои мысли.

— Хорошо, что «чуть», — усмехнулся Шторм, — а вообще, не обязательно нас об этом информировать.

— Ну почему, мы же команда! — сказал Петя и поднял вверх два кулака.

Шторм некоторое время смотрел на него удивлённо, но потом вдруг рассмеялся.

— Ты же пошутил? Ну скажи, что пошутил! — спросил он.

— Естественно! — улыбнулся Петя, — не думаешь же ты, что я это серьёзно?

— Ладно, шутники, продолжаем геноцид! — сказал я, отворачиваясь от них, — теперь вот думаю, за кого браться. За черепах или за Титанов.

— Мне кажется, что Тити всё же более опасные ребята, — сказал Шторм, — хотя… и шахид-черепахо-мобили тоже представляют угрозу.

— Попробую грохнуть ещё одну черепаху! — решил я, — посмотрим, рванёт она или нет. Только выбрать надо какую-нибудь подальше от нас. Правда, тут возникает другая проблема…

— Какая? — спросил Шторм.

— Попасть в отверстие на панцире. Мне же его всё равно нужно видеть хоть немного, — сказал я.

— У меня монокуляр есть, дать? — спросил Шторм и сразу же, не дожидаясь ответа, полез в сумку на поясе.

— Да, должно помочь, — сказал я, принимая прибор.

Для эксперимента я выбрал одну из самых дальних черепах, но находящуюся в зоне прямой видимости. Монокуляр Шторма мне помог, но он тоже не обладал слишком уж большим увеличением, поэтому попал в нужное место на панцире я не с первого раза. Однако всё равно попал.

В этот раз я не поскупился на ману и взорвал заряд значительно мощнее первого. Наши догадки оказались верны, в черепахах было ещё чему взрываться, кроме моей плазмы. Панцирь разорвало на куски, как осколочную гранату, выкосив вокруг всё подчистую. Думаю, что все выжившие адепты Ордена, кто находился сейчас неподалёку от взрыва на открытом месте, погибли. Такая гигантская осколочная бомба никого не пощадила.

Даже Тити находящиеся поблизости, гневно взвыли, наполучав осколками по своей толстой, непробиваемой шкуре. Хотя она у них наверняка пробиваемая, просто тяжело. Сейчас, насколько я мог разглядеть в монокуляр, некоторые титаны получили ранения. Наиболее острые осколки панцирей посекли даже их шкуру.

Да, эти ранения были несмертельными. Да, они даже на их подвижности не особо сказались, но всё равно. Какой-никакой, а ущерб был нанесён. Я пересчитал оставшихся черепах. Их, как и Титанов, было ещё очень много!

— М-да уж! — вздохнул я.

— Что? — спросил Шторм, видя мой невесёлый настрой.

— Не знаю, — передёрнул я плечами, — вроде бы мы всё правильно делаем… а только всё равно внутри какой-то червячок гложет… ну ладно в бою убивать, когда тебе угрожают. Но вот так, просто хладнокровно истреблять тех, кто не может тебе ничего сделать? Ну такое…

— А-а-а-а-а, — с пониманием кивнул Шторм, — понятно. Но ты ошибаешься! На войне всегда так. И эти зверушки о-го-го сколько всего могут сделать и тебе, и всем, кто тебе дорог. Они совсем не безобидные и не беззащитные.

— В каком смысле, на войне всегда так? — не понял я его мысль.

— Война, это не всегда рукопашная или столкновения лицом к лицу. Если до этого дошло, то значит, где-то раньше был допущен просчёт, — сказал Шторм, — если проводить аналогии, то ты сейчас работаешь как дальнобойная артиллерия. Уничтожаешь силы врага на расстоянии. Если ты этого не сделаешь, то они рано или поздно придут сюда, и тогда уже с ними придётся иметь дело всем. Многие могут погибнуть! Ты ведь этого не хочешь?