— Ладно… — смирился с моим нежеланием развивать тему Паук, — если хочешь, то можем отбросить приличия. Алик, ты мне не то что не нравишься, я тебя ненавижу. С радостью раздавил бы тебя, как слизняка на асфальте. Но ОН этого не одобрит. А злить ЕГО, мне совершенно ни к чему. Вот ради этого мы и встретились тут. Я должен тебя завербовать. Раньше должен был, но ты всё время выкабениваешься, чудишь, доставляешь проблемы… Надо сказать, что ты слишком дорого обходишься Ордену. Так что, лучше уж закрыть вопрос окончательно. Нужно свести тебя с НИМ, чтобы вы сами между собой всё решили.

— И в чём же проблема? — прищурился я, — почему ты сам припёрся со мной разговаривать, вместо того, чтобы просто организовать нашу встречу?

— Ты прав! — не стал отпираться Паук, — проблема именно в этом! Мне дали задание, и я должен его выполнить. Вообще, я понимаю, почему ОН в тебе так заинтересован. Даже я не был такой занозой в заднице, когда начинал свою деятельность. Ты же просто невыносим! Лезешь везде, постоянно вмешиваешься, куда тебя не просят, создаёшь проблемы, убиваешь моих людей.

— На это можно взглянуть и с другой стороны, — пожал я плечами, — это ты со своим Орденом уже всех заколебал и давно пора надавать вам по щам, а лучше истребить под корень как тупиковую ветвь эволюции. Вы укурки уже стольким людям жизнь загубили, что заслужили право вечно гореть в адском пламени. И я приложу все силы, чтобы это вам организовать.

— Глупо! Очень глупо! — разочарованно покачал головой Паук, который на мои слова ничуть не обиделся, — не понимаю, что ты добиваешься и главное, для кого? Для всех этих убогих людишек, которые сами о себе позаботиться не могут? Зачем они тебе сдались? Но я догадываюсь, в чём истинная причина такого твоего поведения. Ты просто не до конца понимаешь ситуацию… вернее, вообще не понимаешь! Поэтому мне придётся тебя ввести в курс дела. Просветить, так сказать. Объяснить, что за игра идёт и какие в ней правила. Чтобы ты, наконец, понял, что ты здесь не игрок! И я не игрок! Игроки, это совсем другая лига, и мы в неё никогда не сможем войти. Но что мы можем, так это выбрать себе перспективного игрока, служить ему, попытаться обеспечить победу над другими и тогда, у нас есть шанс прожить долгую и обеспеченную жизнь. И под обеспеченностью я подразумеваю не деньги как таковые, а вообще, исполнение любых желаний. Хочешь, чтобы твои желания исполнились?

— Конечно, хочу! — сказал я, — только вот мои желания могут оказаться несовместимы с твоими. Быть, так сказать, взаимоисключающими. И что тогда? Кто-то будет неудовлетворён! Получается, что ты обещаешь мне то, что невозможно будет исполнить. То есть, попросту врёшь!

— Похоже, мне придётся запастись терпением! — рассмеялся Паук, наливая себе в чашку из чайника что-то, похожее на чай, — разговор не будет лёгким! Я тебе не вру, но, естественно, исполнение желаний имеет ограничения. Всегда есть мера возможного и допустимого. Только вот мы можем быть в числе тех, у кого этих ограничений будет совсем мало. Будут, но по меркам этого мира мы будем королями!

— Кем же тогда будут основные игроки? — поддел я его, — если мы займём все престолы?

— Богами, естественно! — удивился моему вопросу Паук, — тебе налить? — он сделал движение чайником, который всё ещё держал в руках, в мою сторону.

— Нет, у меня есть! — сказал я, беря в руки свою термокружку.

— Не доверяешь? — весело сказал Паук, — ну, это глупо! Травить тебя никто не собирается! В этом нет смысла. Было бы нужно тебя убить, сделали бы это уже давно без всяких сложных ухищрений.

— И всё же я ограничусь своим напитком, — упрямо сказал я, — что бы ты ни говорил, все твои слова ничего не стоят. Твоя репутация свидетельствует о том, что доверять тебе нельзя!

— Да ради бога! — пожал плечами Паук, ставя чайник на стол, — сказал же, что у меня к тебе тоже нет тёплых чувств и наши переговоры, мера вынужденная. Не хочешь, не пей. Это всё дело десятое. Главное ведь то, что произойдёт в результате нашего разговора.

— Ты умрёшь? — спросил я.

— Нет, с чего ты взял? — удивился Паук, — хочешь снова попытаться меня убить? Думаешь, на этот раз получится? Ну на, попробуй! Я специально его захватил, чтобы дать тебе убедиться в невозможности этого.

Сказав это, Паук вытащил из-за пояса за спиной револьвер и положил на стол ближе ко мне.

— Серьёзно? — усмехнулся я.

— Конечно! Он заряжен, патроны все боевые, полный барабан. Хочешь меня убить, пробуй прямо сейчас и закроем эту тему, — сказал Паук, — только, пожалуйста, не в глаз. Это ни на что не повлияет, но мне будет очень неприятно и настроение сильно подпортится. А вести переговоры в плохом настроении, это такое себе… в общем, не стоит. Мне кажется, что я тебе уже про это рассказывал, да? Ну что, будешь стрелять? Или хочешь попытаться одолеть меня при помощи магии? Но это будет сделать ещё сложнее. У меня мощная защита, тебе её не пробить. Ты тоже наверняка защищён. От магии, но не от пули! Но я в тебя стрелять не собираюсь, поверь. В общем, из нас двоих если кто кого и сможет убить, то только я тебя. Но ты не переживай, я умею держать себя в руках, тем более что у меня есть очень мощный мотиватор.

Конечно, соблазн взять револьвер был, да ещё какой, но я решил этого не делать. Не потому, что чувствовал подвох, его, скорее всего, не было. Наверняка и оружие было настоящее, и патроны боевые, просто Паук, в самом деле, был для них неуязвим, поэтому и давал мне в руки так смело. Скорее всего, здесь он действовал в открытую и пытался исключить фактор моего внезапного нападения, который может поставить крест на переговорах. Приходилось признать, что это было очень разумно, потому что до этого момента я пытался найти момент, когда ударить, а после того, как револьвер оказался на столе, осознал, что это в самом деле бессмысленно и нужно искать другие способы.

— Ладно, если ты меня совсем выбесишь, я шмальну тебе в рожу, — сказал я, — пусть тебя это не убьёт, но напряжение мне снять позволит.

— Не советую этого делать, я ведь тоже могу вспылить. Но револьвер, так и быть, оставлю, если тебе с ним спокойнее, — усмехнулся Паук, — может быть сама мысль о возможности выстрелить будет тебя успокаивать!

— Так что ты хотел мне рассказать? Как планировал завербовать? И что это за игрок, которому я так нужен? — спросил я.

— Я тебе скажу, но попрошу тебя, сильно на эту тему не распространятся с непосвящёнными. Эта информация не должна иметь свободное хождение. Те, кому нужно, и так в курсе. А кому не нужно, пусть спят спокойно и ни о чём не думают, — сказал Паук.

— Вечным сном? — усмехнулся я.

— Что? — нахмурился Паук, не поняв мою мысль.

— Спят вечным сном? — повторил я и кивнул в сторону огромной массы существ за спиной у Паука.

Я сидел к орде лицом и ни на секунду не забывал об этой страшной силе, нависшей над городом как дамоклов меч.

— А, ты об этом… — отмахнулся Паук, — здесь всё равно почти никого уже не осталось.

— Почти… — сказал я.

— Издержки, ничего не поделаешь. Игра идёт большая, и ставки в ней очень высоки! — вздохнул Паук.

— Так ты будешь переходить к делу? — спокойно сказал я и отхлебнул кофе, — что за игрок?

— Его зовут Туман, — сказал Паук, — он Демиург. Один из Демиургов.

— Пока что понятнее не стало. Не хватает контекста, — сказал я.

Паку взял печеньку, а на столе были всё же печеньки, задумчиво засунул в рот и принялся медленно пережёвывать. Потом запил её чаем и, наконец, сказал:

— Открытие чакр, освоение новых навыков, боевых заклинаний, всё это полная хрень!

— Почему это? — удивился я, — однако сам ты не брезгуешь этой хренью пользоваться!

— Нет, пользоваться нужно, я сейчас не об этом… — Паук задумался, — видишь ли, у нашего развития есть потолок. И потолок этот может казаться высоким только тому, кто находится на дне.

— Ты достиг потолка? — удивился я.

— Пока нет, — сказал Паук, — но я знаю, что никогда не смогу стать Демиургом. Это данность, которую невозможно приобрести.