Мы все встали и выпили молча, не чокаясь. Водка обожгла горло, прокатилась огненным шаром по пищеводу. А дальше сели, и наступила тишина. Только стук ложек о тарелки и приглушенное бормотание из кухни.

Борщ оказался вкусным. Но может, я просто проголодался после всех сумасшедших событий сегодняшнего дня, поэтому ел и не мог остановиться, пока тарелка не опустела.

— Добавки? — Официантка уже стояла рядом, с черпаком.

— Да.

Вторая порция ушла так же быстро.

После борща — котлеты с картошкой… ну и водку подливали в стаканы. Не так чтобы много, по пятьдесят граммов за раз, но регулярно. В конце концов алкоголь сделал свое дело, развязав языки.

— Я двадцать лет хожу в караванах, — Дмитрий Палыч покачал головой, глядя в свой стакан. — Думал, меня уже ничем не удивишь, а здесь… Волколаки при зеленом прогнозе? Никогда такого не видел, это ж… это ж против всех законов.

— Туман законам не подчиняется, — буркнул Семен. — Сколько раз говорил и еще раз повторю, что все прогнозы — это полная херня.

— Но статистика… — начал было Замяцкий.

— Засунь свою статистику, знаешь куда? — рыкнул Семен, и ученый съежился, замолкнув на полуслове.

Повисла тишина. Потом Петров, тот охранник, которому залечили руку, кашлянул:

— А что, правда, что Койот альфу на себя отвлек? Когда тот своим ревом всех положил?

Взгляды обратились на меня. Хм… быть в центре внимания мне не особо понравилось. Я пожал плечами.

— Кто-то должен был это сделать, — нейтрально ответил ему.

— Но рев, — не унимался Петров. — Рев ужаса! От него ноги подкашиваются, в голове каша. Я сам еле в сознании остался. А ты как-то устоял. Может, расскажешь свой секрет?

Хороший вопрос. Не рассказывать же здесь про Систему, про «частичное сопротивление»… Что бы такое придумать?

— Контузия, — нашелся я. — После удара по голове в прошлом походе. Видимо, что-то в мозгах перемкнуло. Не чувствую некоторых вещей так, как раньше.

Объяснение, конечно, звучало по-дурацки, но его приняли. Или сделали вид, что приняли.

— Везучий ты, — хмыкнул Савельев. — Или отмороженный.

— Скорей всего, и то и другое, — добавила Мила, поднимая стакан. — За Койота. Если бы не он, нас бы там всех положили.

— За Койота, — эхом откликнулись остальные.

Несмотря на чувство неловкости, все равно приятно, черт возьми.

Разговоры продолжались. Вспоминали погибших: как я понял, ни у кого из них не было семьи. Травили байки про прошлые походы, про тварей, про чудесные спасения и нелепые смерти. И много пили.

Я же старался лишь подносить к губам спиртное — не особо мне и хотелось пить, — а вот Мила… она пила, на мой взгляд, больше других. Я заметил, что она наливает себе снова и снова, и язык у нее начинает заплетаться. Хотел было посоветовать ей заканчивать с этим делом… но потом решил не вмешиваться. Хочет человек напиться… пусть напьется! Может, ей это необходимо.

Около одиннадцати часов вечера Семен поднялся.

— Все, расходимся. — Он обвел сидевших за столом строгим взглядом. — Завтра в семь подъем, в восемь — похороны, потом выдвигаемся. Всем отдыхать.

Народ начал подниматься из-за стола. Дмитрий Палыч ушел первым: он выглядел совсем измотанным после целительства. За ним Замяцкий. Затем остальные.

Мила попыталась встать и покачнулась. Я успел подхватить ее под локоть.

— Эй, полегче.

— Я в норме. — Она мотнула головой, но при этом чуть не потеряла равновесие снова.

— Конечно в норме. Пойдем, провожу до номера.

Она хотела возразить, но передумала или не смогла.

Мы поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Мила опиралась на мою руку, временами спотыкаясь о ступени.

— Знаешь, Мишань, — пробормотала она, пока мы шли по коридору, — ты стр… стра… странный…

Слова ей явно давались с трудом.

— Слышал уже, — ответил я.

— Нет, реально стр… стра… странный. Раньше ты был… ник… никакой. А теперь… — Она махнула рукой, чуть не заехав мне по лицу. — Теперь ты вон, волколаков валишь. Альф на себя отвле… отвлека… отвлекаешь. Че с тобой случилось?

— Контузия, — повторил я заученную фразу.

— Херня, — фыркнула она. — Н-не… втирай мне-то… Контузия людей не меняет. Не так. Ты как будто… — она замолчала, подбирая слово, — как будто проснулся. После долгого сна.

— Может, и проснулся, — уклончиво ответил.

Развивать эту тему точно не собирался.

Мы дошли до ее номера. Она порылась в карманах, достала ключ, но попасть в замочную скважину не смогла. Пришлось открывать дверь мне. Номер ее оказался таким же, как мой. Только еще зеркало на стене и засохшие цветы в горшке на подоконнике.

— Спасибо. — Мила шагнула внутрь, держась за косяк. — Ты это… нормальный. Не как другие.

— Спокойной ночи. — Я развернулся, чтобы уйти, но она схватила меня за руку.

Я обернулся. Она была близко. Глаза расширены и затуманены алкоголем, одна ее рука вцепилась в мой рукав, другая легла на грудь.

— Останься, — выдохнула она. — Не хочу быть одна.

Ее губы потянулись к моим, но я мягко взял ее за плечи и отстранил.

— Не сегодня. У нас всех был тяжелый день., тебе надо просто выспаться. К тому же не надо этого делать в таком состоянии, пожалеешь утром.

— Нормальное у меня состояние и ничего я не пожалею. — Она попыталась поцеловать меня снова.

— Пожалеешь, поверь. — Я развернул ее к кровати, мягко подтолкнул. — Ложись и отдыхай.

Она села на край кровати, глядя на меня снизу вверх.

— Ты… — Мила зевнула, заваливаясь набок, — ты реально странный, Мишаня…

Через несколько секунд она уже спала. Я накрыл ее пледом с кресла, выключил свет и тихо вышел, закрыв дверь.

В коридоре было пусто и тихо и я отправился в свой номер. Оказавшись в нем некоторое время просто стоял, прислонившись спиной к косяку.

День был тяжелым. Голова гудела, но не от алкоголя, а скорее от переизбытка впечатлений. Я сел на кровать, стянул сапоги и наконец позволил себе то, что откладывал весь вечер.

— Меню.

Уже ставшая привычной синяя табличка возникла перед глазами в полумраке комнаты.

Имя: Михаил Рощин (Койот)

Уровень: 2 (45/400 опыта)

Состояние: Здоров

Способности:

Путеводная нить (активный). Уровень 2

Дальность: 100 м. Стабильность: средняя

Чутье опасности (пассивный). Уровень 2

Радиус: 20 м. Точность: базовая

Скрытые способности:

Парализация. Уровень 1

Активируется ментальным посылом. Длительность: 3 секунды. Требует перезарядки. Время перезарядки зависит от уровня

Я уставился на последний пункт. Парализация? Что-то новое. Интересно, это открылось из-за повышения уровня? Или из-за того, что я убил альфу? Ответов Система не давала, по-прежнему оставаясь лаконичной до безобразия.

Сконцентрировался на надписи, мысленно «нажимая» на нее.

Парализация

Активный навык. Позволяет на короткое время парализовать цель ментальным воздействием. Эффективность зависит от уровня навыка и сопротивляемости цели. На текущем уровне: длительность 3 секунды, перезарядка — 10 минут. С повышением уровня увеличивается длительность, сокращается время перезарядки, расширяется количество целей.

Три секунды паралича вроде и немного, но, с другой стороны, в бою даже три секунды могут спасти жизнь или решить исход поединка, дав нанести решающий удар.

Я обратил внимание на характеристики способностей. У путеводной нити второго уровня дальность сто метров вместо пятидесяти, стабильность повысилась до средней. Для чутья опасности, тоже второго уровня, радиус увеличился до двадцати метров.

Ощутимый прогресс. Что ж, сейчас сорок пять очков из четырехсот, которые необходимы до следующего уровня. Нужно еще триста пятьдесят пять. Если за обычного волколака давали восемьдесят пять, а за альфу — сто пятьдесят… Это еще три-четыре твари уровня волколака или десяток баргестов. Ну или один бой с чем-то покрупнее.