— Здесь только мы, принцесса. Забей на всех остальных. Они никого не волнуют, — прошептал Ашер с другого уха.

Судя по всему, он единственный переживал за мое душевное состояние.

— Я просто играла роль! Нам нужна любая инфа сегодня! — злобно бросила я.

Сейчас был явно не тот момент и не то место для их собственнических альфа-психозов.

Ашер провел зубами по моей шее, татуировки заходили ходуном, пока его руки сжимали мою талию.

Он укусил.

Жестко.

— Ты больше никогда не прикоснешься ни к одному мужику. Поняла? — янтарные глаза Ашера сверкнули в упор.

— Не указывай мне, что делать, — огрызнулась я.

Кобра сделал еще один угрожающий шаг ближе.

— Котенок, это не переговоры.

Я оказалась в ловушке.

Кобра облизнулся. Ксеркс щелчком выкинул лезвие своего сексуального ножа. Джакс рычал. Ашер прожигал взглядом.

Я попыталась сделать шаг назад, но Джакс зажал меня в тиски.

Я совершила гребаный просчет.

ГЛАВА 38: СЭДИ

ТЕНЬ КРОВАВО-КРАСНОГО

Красные стробоскопы замигали быстрее, выхватывая из темноты резкие черты трех злобных альф и одного омеги в ошейнике.

Я тяжело сглотнула.

Одно дело: заявить, что я сделаю все необходимое. И совсем другое: пройти через это на самом деле.

К тому же я как-то не учла, что мужчины явно в бешенстве.

Платформа под нашими ногами медленно крутилась, напоминая ревущий Колизей и схватку с кровожадными гладиаторами.

Музыка грохотала.

Это была другая битва, но война оставалась войной.

Мне не нравилась злая ухмылка на лице Кобры, то, как задирались уголки его губ. Свет стробоскопов и тени плясали по его лицу. Теневая змейка на моей коже дернулась, передавая мне образы счастья и любви.

Чертов ублюдок возомнил себя неотразимым.

Я мысленно отослала ему картинку того, как душу его своими руками, пока он молит о пощаде.

Он откинул назад свое великолепное лицо и рассмеялся, плечи затряслись, а змейка побежала новыми искрами по моему телу. Внезапно смех сошел с его лица, и его исказила самая мрачная гримаса из всех, что я видела.

Теневая змейка послала мне еще одну волну тепла и поддержки, и я наконец поняла, что он делает. Он готовил меня, напоминая, что все это — игра.

Это не по-настоящему.

Кобра схватил Ксеркса за хвост и швырнул на пол. Подыгрывая, тот раскинулся на полу, изображая испуг. Скулы Кобры казались острее бритвы, а красные тени падали на его сверкающие драгоценности и глубокий V-линию пресса, обрамляющую его пресс.

Неземной бог.

Он запустил пальцы в пряжку ремня и вытащил хлыст, который я до этого не замечала. Тот был аккуратно подвешен у него на бедре.

С резким движением он щелкнул запястьем, и длинный хвост рассек воздух. Рука взметнулась вперед, и плеть полоснула Ксеркса по груди, оставляя длинный красный след.

Ксеркс простонал от удовольствия, но тут же замаскировал стон гримасой боли.

Кобра взмахнул снова.

Толпа взревела от восторга, обожая это насилие.

На секунду мне показалось, что это хлыст рассекает воздух. Что это мою плоть полосуют на куски. Что это моя кровь струится по груди после безжалостного избиения.

Я судорожно охнула.

В комнате катастрофически не хватало кислорода.

Теплые руки Джакса обхватили мою шею и запрокинули голову назад.

Он грубо поцеловал меня, но отстранился, чтобы прошептать на ухо:

— Ты в порядке. Мы держим все под контролем. Никто тебя не обидит. Это просто шоу.

Я ответила на поцелуй, задыхаясь:

— Пожалуйста, только не позволяй ему хлестать меня.

В его груди перекатился низкий рокот, пока его руки мягко прижимали меня к себе, а рот хищно терзал мои губы. Отстранившись, чтобы сделать вдох, он прошептал:

— Никогда. Мы собирались проделать это с Ксерксом, помнишь?

Я кивнула, но это была ложь.

Я так переживала за Аран, что совершила серьезную ошибку, упустив из виду то, что задумали мужики.

Нахуй меня и мое дырявое внимание.

Глубоко вздохнув, я напомнила себе, что они никогда не причинят мне вреда. Даже когда Кобра ухмылялся, пуская в ход хлыст на теле Ксеркса, теневая змейка транслировала мне образы тепла и уюта.

Это же Кобра, Джакс, Ашер и Ксеркс.

Я доверяла им, а на кону стояли наши жизни.

— Я справлюсь, — прошептала я Джаксу в ответ.

Он поцеловал меня еще раз, а затем кивнул остальным.

Кобра вскинул руки к небу и рявкнул толпе:

— Кто хочет посмотреть, как омега трахает альфу?

Раздались визги, и платформа задрожала от ответного рева. Кобра громко щелкнул хлыстом. Кобра был прирожденным шоуменом в своей стихии.

Перевертыши визжали, пока его прекрасное лицо искажалось в злой ухмылке. От него так и разило сексом, развратом и насилием. Драгоценности мерцали под прожекторами.

Настоящий демон.

Он обрушил хлыст на грудь омеги, распуская багровые рубцы и разбрызгивая кровь. Ксеркс наигранно вздрогнул, будто ему было больно, но его глаза пылали.

Насилие заводило его.

Кобра двинулся на него, резко наклонился и влепил ему пощечину

Рев толпы заглушил стон наслаждения Ксеркса.

Кобра послал мне через змейку новую порцию картинок с любовью, наклонившись и вытаскивая наружу огромный член Ксеркса.

И его вибрирующий узел.

Между ног у меня все зашлось от жажды, стоило вспомнить, как именно Ксеркс поимел меня. Что этот чертов узел со мной сделал.

Омега опустил голову и свел плечи, притворяясь пристыженным, но посмотрел на меня своими фиолетовыми глазами и облизал губы. Быстрее, чем мои глаза успели уследить, он издевательски изогнул бровь.

И тут же вернул лицу прежнее выражение.

Блядь.

Я судорожно сжала бедра.

Вид омеги сводил с ума. Он лежал, раскинувшись на платформе. Со своей загорелой-оливковой кожей, натянутой на бугрящиеся мышцы, покрытые капельками пота. С кровью, капающей на грудь. С торчащим, как кол, членом поверх кожаных штанов. С размазанным по лицу кайалом и ошейником на шее.

Ксеркс еще никогда не выглядел таким манящим.

Это было неправильно.

Но я была возбуждена до одури.

Рев толпы казался где-то далеко. Двигающаяся платформа, стробоскопы и сигаретный дым придавали моменту сюрреалистичный, сновидческий оттенок.

— Плохие омеги получают по заслугам от альф! — рявкнул Кобра на публику, щелкая в воздухе хлыстом, а его лицо перекосило от ярости.

Судя по жесткому бугорку в его штанах, роль эта ему чертовски нравилась.

Конечно же, он процветал бы в роли психопата-мастера БДСМ.

Я так увлеклась зрелищем между Ксерксом и Коброй, что совсем потеряла бдительность, и в следующий момент Джакс с Ашером схватили меня за руки и потащили вперед.

Они приволокли меня к Кобре, словно какую-то девственницу, принесенную в жертву.

Я подавила желание закатить глаза от этого театрального пафоса и вместо этого попыталась сделать кроткий и испуганный вид, что давалось с огромным трудом.

Неуместный смешок застрял в горле.

Кобра наклонился и прошептал прямо мне на ухо:

— Ты вела себя плохо. А за плохое поведение нужно платить.

Его язык высунулся наружу и скользнул по моей щеке.

Я подавила новый смешок.

Кобра звучал нелепо.

Он двинулся с невероятной скоростью, впиваясь ртом в мою грудь. Его зубы и язык скребли сквозь тончайшую ткань, едва прикрывавшую меня.

Смешок умер в горле, сменившись обжигающим плацентарным жаром.

Я тонула в морозе.

Кобра сосал мои соски, а затем грубо втолкнул внутрь два пальца.

Мы оба знали, как сильно я текла, заливая его пальцы от возбуждения, вызванного этим маленьким представлением. Лицо Кобры искривилось в зловещей ухмылке, он задвигал пальцами быстрее, а затем наклонился и прикусил мой сосок.

Я испуганно пискнула и плотно сжала бедра, чувствуя, как по ногам стекает влага.