— Сегодня вы начнете второе испытание инициации. Подвал этого здания — бойцовский клуб для альф. Никто не может вступить в мафию и принимать форму альфы, пока не докажет полный контроль над разумом и телом. В Серпентесе выживают только сильнейшие. Понятно?

— Эм, а что именно нам нужно делать? — нервно выпалила я.

Татуировка «LOYALTY» на шее Дона дернулась, когда он тяжело сглотнул, и змея уставилась на меня.

Я неловко забормотала:

— Эм, только если вам хочется объяснять. Ваше Высочество. Королевский сэр.

Джакс придвинулся ближе, частично заслоняя меня от взгляда дона.

Наконец, сделав долгую затяжку сигареты, Дон произнес:

— Каждый из вас будет тренироваться в течение недели, чтобы подготовить тело к боям, а затем вы сдадите тест на знание правил.

Он выпустил дым.

— Вы будете драться в своих человеческих формах. Вы должны научиться быть сильнейшими в своей слабейшей форме, поскольку подавляющие трансформацию чары широко распространены на черном рынке. Если вы переживете бои и сохраните сознание, вы пройдете второе испытание.

Я прищурилась:

— Сколько боев нам нужно пережить?

Дон выпустил очередное облако дыма:

— Несколько.

Мои плечи расслабились. Я была хорошим бойцом. Не великим воином, но с оцепенением могла за себя постоять.

Дон затянулся еще раз:

— Всего-то сто боев.

Бог солнца, прикончи меня прямо здесь.

ГЛАВА 16: СЭДИ

БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ

Я подавилась воздухом.

«Всего-то сто боев» эхом отдавалось в моей голове, словно пушечный выстрел. Иногда в стрессовых ситуациях важно заземлиться и вспомнить о своих главных ценностях.

Моей ценностью была способность пролить свою кровь и заразить кого-нибудь так, чтобы он стал моим ментальным рабом. Только это и спасало меня от желания рухнуть на колени и зарыдать навзрыд.

— За мной. Сегодня вы начнете тренировки.

Дон открыл дверь и повел нас по тускло освещенному коридору. С обеих сторон нас сопровождали беты в черных костюмах с массивными автоматами наперевес.

Лампы моргали.

Что вообще за мания в этом мире на жуткие мигающие лампы?

Мы зашли за ним в узкий лифт, который я узнала по книге о продвинутых технологиях в мире перевертышей. Играла фоновая музыка, а наши отражения рябили на гладких стеклянных панелях маленькой кабинки.

— Эм, и еще кое-что, — я склонила голову набок, глядя на Дона. — Девочкам нужно образование. Люсинде всего шестнадцать. А остальные, кажется, примерно того же возраста?

Джакс кивнул Дону:

— Джесс восемь лет, Джале четырнадцать, а Джинкс двенадцать. Я был бы признателен, если бы вы смогли организовать для них школу.

Дон прижал ладонь к черному стеклу, и белый свет лифта сменился на темно-красный.

Кабина резко полетела вниз.

Будь у меня хоть капля инстинкта самосохранения, я бы запаниковала и закричала. Вместо этого я не смогла сдержать смех, сорвавшийся с губ, когда мои волосы взлетели вверх, а ноги оторвались от пола.

В противовес мне лица парней оставались каменными, пока они парили в невесомости. Длинные светлые локоны Ксеркса завились на кончиках во все стороны. Он крутил в воздухе кинжал и сверлил меня взглядом.

Пространство снова наполнилось сладким запахом корицы с нотками мороза, каштанов и хвои.

Лифт резко остановился, и я рухнула обратно на пол. Дверь со свистом открылась, и я спотыкаясь вывалилась наружу на дрожащих ногах. Ашер поймал меня за руку и придержал, его татуировки натянулись на суровом подбородке, когда он с раздражением прорычал:

— Аккуратнее.

Нас встретил кромешно-черный коридор. Единственным источником света служила неоновая надпись на стене курсивом: «Ад вымощен костями неверных». Что смотрелось уже не так шокирующе во второй раз.

Дон повел нас дальше. Темный коридор казался бесконечным и зловеще тихим. Вместо того чтобы паниковать, я сосредоточилась на том, чтобы оценить настенные цитаты по шкале от «вдохновляет» до «полный бред»:

«Потей, страдай, выживай». Забавная маленькая переделка фразы «Живи, люби, смейся». Нужно отдать должное их депрессивному творчеству. Тот, кто это написал, явно был в настроении поныть. Десять из десяти, вдохновляет.

«Яростно сражайся как зверь, хладнокровно уничтожай как богиня луны». Очень круто. С каких пор богиня луны стала устрашающей фигурой? Я думала, она связана с душевным покоем. Но их версия мне нравится больше. Восемь из десяти, вдохновляет.

«Свяжешься с альфой — поимеешь всю стаю». Мне нравится, но как-то слишком двусмысленно. Семь из десяти, вдохновляет.

«Время отдыхать — плети интриги; время сражаться — режь». Хм, даже не знаю, что и думать. Я ценю хороший день отдыха. Шесть из десяти, вдохновляет.

«Смерть за око, и мир зверей выживет». Это напоминало мне другую фразу, но я не могла вспомнить какую. Минус балл за запутанность. Два из десяти, вдохновляет.

«Разбитые костяшки, разбитые губы, переломанные кости, заряженный пулемет, а еще только понедельник». Сразу нет. Один из десяти, вызывает дискомфорт.

«Предупреждение полукровкам: грядет война». По понятным причинам: ноль из десяти. Очень жутко и неприятно, совершенно лишняя клевета на полукровок, если спрашиваете мое мнение.

Дон повернулся для светской беседы, а я постаралась сделать вид, что не испытываю паническую атаку от последней фразы.

— А что насчет паренька с вами. Кажется, его зовут Аран? Ему тоже нужно в школу? — его тон был слишком непринужденным.

Я покачала головой, пытаясь казаться беспечной:

— Нет, ему двадцать четыре, и он фейри воды. Так что в школу он не пойдет. Он присмотрит за девочками.

Если под фразой «присмотрит за девочками» подразумевалось «задушит их во сне», то Аран точно светила премия «Няня года».

— Хм.

Умеют ли змеи чувствовать ложь?

Дон продолжал вести нас по узкому коридору:

— Я устрою девочек в школу. Вы знаете их потенциальные формы?

Я пожала плечами:

— Эм, я альфа. Но родителей мы не знаем. Так что я не уверена на сто процентов, что Люсинда тоже окажется альфой.

Джакс плелся в хвосте вместе с остальными парнями, но теперь шагнул вперед, становясь рядом со мной:

— Нет, все мои сестры приемные. Нам ничего не известно об их происхождении.

Меня окатило волной дежавю.

Я вздрогнула.

Наверняка это просто совпадение, но казалось странным, что никто из нас не знал своих настоящих родителей.

Предупреждение полукровокам: грядет война.

Нет, я не буду об этом думать, лучше представлю, как скачу по цветочному полю фейри. Мое воображение — дерьмо, потому что поле превратилось в темницу, а по мне ползали огромные крысы.

— Ох, блядь! Леголас!

Дон остановился:

— Что?

— Тот чувак в тюрьме, он кое-что сказал. Какая-то звездная херня…

Это вертелось у меня на языке, но вспомнить никак не получалось.

Все ждали от меня продолжения, и я наморщила нос, изображая мучительные воспоминания. На самом деле в голове была абсолютная пустота. Все, что я могла вспомнить — это жуткую вонь экскрементов.

Кобра выступил вперед из того места, где о чем-то шептался с Ашером (дай мужику стаю, и они тут же лучшие кореша) и усмехнулся:

— Леголас из Высшего Суда, позиция заключенного 4444, просил оповестить кого-нибудь, что его держат в заложниках в тюрьме теперь уже очень мертвой королевы фейри. И да, Сэди, память у тебя — полное дерьмо.

У меня запершило в груди, когда я зарычала на него.

Кобра зашипел в ответ.

Бог солнца, не дай бог девушке испытать легкое помутнение рассудка после того, как она сражалась за свою жизнь против злого правителя и пережила пытки. К тому же, я никогда не претендовала на звание самой умной. У меня другие таланты.